Красное знамя. 1970 г. (г. Елец)
.Д ъв. Ф е 1 > с ж г г у р к а х С Т Р А Н И Ц А сгаааааааааааааааааааоаааааааапаааааоаааооаааоаааоаоаааоаааааааашаааааоаааоаааааооааааапаааааааааоаЕзааоЯ а а □ НОВЫЕ Край сказаний, край былин — Россия! Выйду рано у тр ом на крыльцо , Подлетит и гикнет ветер синий М ол о д е ц ким посвистом в лицо. |В буйном вихре заметелит пылью . Вдаль умчится, за собой маня.., И родной старинкой позабытой В д р у г повеет тихо на меня . Гуси-лебеди роняю т перья. Зам ер лес, непроходим , дремуч ... С Т И Х И К расной дев кой бродит по деревне Самый первый , роб кий солнца луч. В чисто поле, там, где р ож ь густая, Я уйд у по росам за зарей. И, ка к мой прапрадед , тож е стану Разудалым бой ким коб зарем . Встретят люди , двери открывая. Вынут хлеба с солью каравай... Гой , еси, ты, Русь моя родная. Сказочный мой , песенный м ой край ! Снова встают рассветы, ' Падают в траву грозы . Бродят по троп кам ветры, ■И шелестят березы . А где -то грохочут пуш ки . С качут тре вож но кони ... Только у нас в ком на туш ке Тихо и очень спокойно . Пахнет сушеной мятой . Комната в солнце тонет... К то -то в траве измятой Тихо, но тяж ко стонет... Вертится наша планета. Жизнь с каж ды м днем красивей . о Э Еиаооооаоарооооааааопппоаопооопппопоааоооооппппоопоапаопппппппооо0оооопппаппп»;попоооопоапопопапааопоопп0| Ну отчего ж е где-то Мать не дождется сына? Люди , восстаньте, люди ! Слышите, плачут дети? С кажите ; «'Войны не будет! Нам нужен м ир на планете!». Г. ИВАНОВА. НА БЕРЕГУ РЕКИ. Книга «О поэтах, о стихах, о песнях» Михаила Исаковско го вышла в издательстве «Со ветский писатель». В ней глав ное внимание известного та лантливого лирика сосредоточе но на поэтическом мастерстве. В произведениях собратьев по перу М. Исаковский ищет и на ходит чистые, как родниковые воды, удачные сравнения, ме тафоры, которые рвутся из са мого сердца. Все фальшивое, псевдонародное, рассчитанное на невзыскательные вкусы, вы зывает в поэте гнев и возмуще ние. И тогда обнажается его ■бюевое перо, не знающее по щады. Он пишет об Александре Твардовском, шестидесятилетие которого недавно отметила чи тательская общественность, о покойном поэте Николае Ры- ленкове. Высказывания о нем полны ярких мыслей, острых наблюдений, ценных особым, присущим только М. Исаков скому видением мира поэзии. Многих заинтересует статья «Как не следует писать стихи». Автор пишет, что в последние годы центральные и местные газеты начали печатать боль шое количество стихов, что свидетельствует о росте куль туры советского народа. Но Михаила Исаковского как тре'бовательното мастера огор чает, что некоторые отделы С зеленой улицы, в конце которой Из бревен сложенный, стоит мой дом... .Выходит так, что из бревен чатого дома видно все; — «Весь заповедник русской славы?» И потом: Там дали расстилаются лесные, ЧИТАТЕЛИ О КНИГАХ Забота большогомастера редакций относятся к выбору стихов для печати крайне не серьезно. И в конечном итоге на газетные страницы попадают порой легковесные поделки, вы зывающие недоумение читате лей. Автор, не боясь задеть само любия известного поэта Осипа Колычева, приводит четверости шие из одного его стихотворе ния «Где начинается Россия». Оно открывается следующими строчками: Мешает ветер звезды и листву, Там начинается моя Россия, В конце той улицы,-, где я живу. Михаил Исаковский, а вме сте с ним и читатель спраши вают; почему Россия (хотя бы и моя!) начинается в конце той улицы, где живет некий я? А может, Россия начинается с середины улицы или с ее на чала? Илй середина и начало улицы находятся уже за преде лами России? Так отсутствие элементарной логики порожда- е'г ничего не говорящие слова. , Интересен отдел в книге «О поэтическом мастерстве», в котором поэт, читая письма, ве дет дружеский и вместе с тем деловой разговор с теми, кто, шервые шявшйсь за пе ро, пробует свои силы на поэ тическом поприще. Привлекают внимание «Беседа со школьни ками», «По поводу двух слов», «Из переписки о языке» и др. Сборник дополняют воспоми нания 0 . Максиме Горьком, о композиторе В. Г. Захарове и о начале литературного пути са мого поэта, который сейчас зорко всматривается в жизнь, бережно и любовно растит мо лодые побеги. Литературные портреты, созданные автором, позволят увидеть читателю, как обширна карта писателя, какое множество на ней поэтических имен, о которых поведал ху дожник. А. ВОРОТЫНЦЕВ, сотрудник многотиражной газеты «Электрон» завода «Эльта». ИЗ П0ЭТИ4ЕСК0Г0 БЛКОНОТА Молодому геологу Над землей , подернутой туманом . Бродит тихо месяц молодой . Спи, геолог, завтра у тром рано Ты пойдешь нехоженой тайгой. Труден путь в тайге первоидущ им : Что ни шаг, то топи, бурелом . Над тобой докучливо и злющ е Комарье закружится столбом . Зной сухой по крое т спину солью. Будет лить за ворот хлесткий дождь . Неудача отзовется болью . Стиснув зубы , дальше ты пойдешь. Ты пойдешь навстречу зы б ким гатям. Чтоб найти богатства, тайники. Как когда -то шли твои собратья. И их д оро ги были нелегки. Не страшась суровостей урманов . Ш ли они, ка к воины, на бой... Спи, геолог, завтра утром рано Ты пойдешь нехоженой тайгой. М. ФОМИН. Раздумья Только что снег прошел, Свежий такой, мохнатый. Было так хорошо , Словно со мной была ты. Была и в старом новь, Была и грусть без грусти. Словно моя любовь, Снова в счастливом русле. * * Когда пройдут дож дей лавины И уплывет в залесье гром , Мы вдруг поймем , ка к мы повинны, В чем -то немыслимо большом . И мы поймем , что все обиды И вся дневная трескотня Быть м о гу т экстренно забыты Над тихой речкой , у огня Костра, зажж енн о го косцами И легших у него кр уж ко м . Они радушно будут с нами Делиться хлебом, м ол о ком Расскажут про свои седины... И вдруг мы вспомним че тко так Что деревца не посадили. Хоть изломали целый парк. В. МУРЗА 'Во®а и Миша — братья. Во ве пять лет, а Мише десять. Оба — заядлые рыболовы. Раинш шольсгоим утром при шли братья на речку. По воде малиновый свет разливается, свежестью бодаящей тянет. Ще бечут на все голоса птицы, приветствуя солнышко. Сели Миша и Вова . рядом, закинули удочки. Не прош.то и полмйвуты, как ^ Вовы клюну ло. Дернул изо всех сил малыш — затрепетал на крючке сере- ’бристый жарашк. — Это мой,— сказал Миша. —Как твой?—удивился Вова. —А так. Мотыией-то я вчера достал. 'Обиделся Вова. Насадил на крючок червяка- И опять: толь- ®о поплавок коснулся воды — тут же клюнуло. — И эта рыба моя,— завиет- лив'О ерзая на кочке, пре.дупре- дил Миша. — Как твоя? — еще боль ше раскрыл от удивления глаза Вова. А. ЕГОРОВ. Вовкина рыба — А вот так. Я вчера это место присмотрел, а ты его за нял. Горько стало на душе у Во вы, чуть не заплакал с досады. Но стерпел. А рыба, как нароч- ио, идет только к неагу: еще двух карасей и ерша-ерш'овича вытащил. — А я рас'С^кажу маме, как ты вчера сахар из б^чрета тас кал,— как бы между прочим обр'О'Нил М|иша. — А вот и не таскал, и не таскал,— отцепляя еще одного -карася с крючка, сквозь сле зы прошептал Вова. — Мне... мама... раз...решила. ’ — А я тогда 'скажу, как ты Р АС С К А З верхом на сосе'докой козе ка тался. Задрожали у Вовы руки, выпала удочка. —А я... а я ..,—пытался он сказать тоже что-нибудь обид ное в адрес Мнпхи, но ничего придумать не мог и оттого за ревел еще сильнее. Вдруг Вовкина удочка ше вельнулась и поползла к воде. — Ай, ай!— закричал Ми ша- — Держи! Братья уцепились за удочку. А она так и ходит в руках, дро жит струной. — Ой, здоровый, навер'но, карасище дрался , — захлебы вающимся от волнения го.досом проговорил Миша. Вытащили братья на берет огромного карася._ Килограмма, верно, в полтора. Общими уси лиями стянули его с крючка, на на снизку — и в во'ду. — И этот твой? — тихо спросил Вова, просительно гля дя в глаза брату. — Этот-то? — отведя -в 'Сторону взгляд, о1заб'очеяяо по скреб затылок Миша. На мгно вение ему стало жаль братиш ку, но чувство зависти переси лило.— -Иэтот мой! Вова бросил-ся напролом в кустарник. Затрещали ветки, через М'инуту все стихло. Миша еще раз почесал за тылок, соображая, бежать ему за братом или нет. Потом реши тельно махнул руной и снова сел на кочку... Солнце поднялось уже высо- 'ко, припекать стало. ^Зода ря бит под легким ветерком, ка жется, что серебряные монет ки в «блинчики» - играют... А рыба все не идет к Мише. И мотыля он нажив 1 ит, и червяка, и поплюет на него—все беспо лезно. И даже Вовкина кочка не поморгает. Перед Мишей' встают большие карие глаза Вовы, слы- пйгтся просительный голос бра тишки; «И этот тво'й?» Миша стремительно о'пускает снизку в траву, торопливо собирает удочки. ..Дверь дома открыта. Миша тихо входит в прохладные по- лусумрачные сени. Он видит, как мать склонилась над ши пящим примусом. ■— Мам.., - - каким-то чужим голосой говорит Миша. — Мам, возьми... Вовка поймал. И отворачшаетея.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz