Красное знамя. 1964 г. (г. Елец)

Литературная страница Торжественные минуты Обычный день входил Уж в каждый дом. Дымили трубы Фабрик и з:аводов. Нацелен был Ракетой космодром в осеннюю туманность Небосвода. И время шло, Замедлив быстрый ход. На нужную волну Весь мир настроив, Час новой эры возвестил «Восход». И мы узнали Имена героев... Они вернулись Под родимый кров. Спираль витков вокруг Земли замкнута... Как много чувств, И нет достойных слов Запечатлеть Торжественность минуты! А. Синельникова. «■•■•••■■■•■•••«•••а \ i I Ч ГЕНЕРАЛ. Что-о-о1 Заступавшь- У ся? Молч.ать! Арестовать! И вме у сто с «ими! Это но солдат, 3io ^ мразь! Снять с него погоны и от- ^ линия. Снять, связать, взять! Рас- ' немедленно! Расслре- БАЮКАНСКИИ . Документальная повестЬ ^ стрелять У лять... Сию минуту. С ОТЕЦ АНИСИЙ. Ваше превосхо- i; днтельство, он сумасшедший. Он — У контуженный и сумасшедший ста- Мне уже восемнадцать Посидим поглядим на дорогу, у Н и к о л а й . О н помешанный, ва- Под заветной березкой скамья. ' ''^^n'!i'^nnMaH*B*"'ri 3 °vx местаТ'^° ^ Nчеоеп пооломэн в двух т х. Мне сегодня грустно немного— генерал . Как то есть? Какого » же черта сюда впускают сумас- У шедших? У ОТЕЦ АНИСИЙ. Он сам пришел. S Старый доброволец. ^ ГЕНЕРАЛ. Черт знает что такое? V Отпустите ©го. Убрать! И чтобы я Уезжаю сегодня я. У меня и билет в кармане. Вот он, в клеточках, голубой, И невесело что-то маме: На вокзал она едет со мной Обо мне не тревожься, родная, ч больше не видел этой дурацкой Не придумывай множество бед.^ Люся стала твоя большая — Мне уже восемладцать лет. Л. Зайцева, технолог комбината «Стройдеталь». ВЕЖЛИВОСТЬ Бывает вежливость, Как подлость... Он ходит сдержанный, Молчащий. И с ним Несправедливость подле И вопиюща И кричаща! Ничто на свете Не поправит. Боясь нечаянно Обидеть, Задеть и правых И неправых. Хотя непрарду Зорко видит. Такому легче всех Живется: Чужими жар Гребет руками. Он никому Не отзовется. Друзьям — не враг, Не друг — с врагами! Безликая И серенькая личность. л ИПАТ. (Задерживаясь у входа, отстегивает планку с крестами, V возвращается, подает их дрожа- ^ щей рукой генералу): — Н-на1 4 ГЕНЕРАЛ. Вот ч-удак. (|?зворачи- к вается к солдату). Догони от- Nдай ему, скажи — я пошутил. [ч __ Стоп! Товарищи! Над этой 5 сценой придется поработать еще. 4 А сейчас, товарищ Казаков, по- вторите заключительный монолог ^ старика 14пата. Помните обстанов- 5 ку. С партизанами уходит дочь S Ипата Ганна. Над кушацкими дома- Сми пылает зарево. Ишат возбуж- ^ ден. Начинайте, И^1вт1 > ИПАТ. Горите, черти прокля- S ib ie l Не умели ценить вы жизни к нашей. Пришла-таки правда на к землю. Красная правда!.. Желез- ^ ная! Темным был Ипат. Как деготь, к темным. Ни'кто научить не мог. к сам выучился, В один час, в од- ^ ну минуточку просветили мою ^ старую пробитую пулями голову. ^ Гори вся нечисть, ^и не жить вла- Чсти кулацкой, помещичьей! ^ Фомич зс молчал и выжидатель- ^ но посмотрел на комиссара; Але«- ^ сандр почему-то резко отвернул- S ся к окну. Тугой ком подкатил к к его горлу. Он бы сам не решился Vдать определения охватившему чувству —• то ли авторская гор- S дость, то ли проникновенный го- к лос Фомича-Игата вывели комис- к сара из равновесия. S Наконец, совладав с собой бойцам: к Александр повернулся ^ — Сейчас уже лучше П!рочита- ^ на сцена. Давайте повторим еще Ьраз. Be ПО'Ме'НЬШб бы ТПКИХ на свете. |ч Ре^ко распахнулась дверь Глухих, безмолвных, ^стовой, забрызганный грязью, ды- S шал тяжело, яростно косил гла- Безразличных — Лю.!(иШек Вежливеньких этих1 В. Фролов. к за Г на артистов. Окончание. Начало в № № 230—242. Александр разорвал пакет. Бой. цы заметили, как разом потемне­ ло лицо комиссара. — Товарищи! Красноармейцы! В тылу — казаки. Нашему баталь* ои-у приказано занять линию обо­ роны на станции! За мной!... Выглянувшее на мгновенье солнце осветило тонкие лезвия сабель над головами пригнувших, ся к лукам седел всадников. Ба­ раньи казацкие папахи, яростью искаженные лица — все это было рядом. Меткие выстрелы бросали всадников на землю, кони, ломая ноги, летели вслед за хозяевами. Неожиданно откуда-то из-за правого крыла вокзала застучали казачьи пулеметы. Рядом с Алек­ сандром прошел веер пуль. Ох­ нув, осел на левый бок запевала Симка. Александр подхватил па­ дающее тело/ Но тут же почувст­ вовал острый толчок в грудь. От­ крыл гл-аза. Увидел прямо перед зрачком красную продолговатую ягоду волчьего лыка. Усилием воли заставил себя вспомнить все. При­ поднялся на локте. Подтянул сла­ беющими руками винтовку. — Товарищ комиссар, живы? — Семен Г^атренко наклсжил к Алекоандр'у просветлевшее ли. цо. » То очень добре! Ряды бойцов таяли. Александр вскинул винтовку. Рядом мельк­ нула лошадиная морда. Показа­ лось, даже клочья пены слетели с удил. Александр выстрелил в v^nop. Лошадь вскинулась на ды­ бы. Но прежде чем Александр успел уклониться в сторону, ост- оая боль сковала руку. Бо<льше o<f ничего не помнил. Казачья лавина захлестнула редкую цепь красноармейцев. С гиканьем и свистом пронеслась она над головами раненых, сея смерть. Александр открыл глаза и громко застонал. Потянулся к винтовке, но вдруг прямо над '■о- ловой усльшал торжествующий крик: — Сюда, вот он — комиссар! Мгновенно возле Александра выросла толпа спешившихся ка­ заков. Их потные ухмыляющиеся лица, разгоряченные боем, — все смешалось в глазах комиссара. Огромным усилием воли он за­ ставил себя встать. Но грубый толчок свалил Александра на землю. Перед ним стоял Лизунович. — Итак, товарищ комиссар Вер- мишев, — наклонил он искаженное злобой лицо, — кто из нас не до­ жил до цветения вереска? Ах, вам неприятен тот разговор, пом­ ните, в штабе бывшего вашего батальона? I Алекса>ндр не отвечал. Только легкая насмешливая улыбка чуть тронула его тубы. — Улыбаетесь? Хорошо! А ну, живо, доставить комиссара гос­ подину генералу! — скомандовал Лизунович и яростно ударил сте­ ком по блестящим черным кра­ гам. Грубая веревочная петля опоя­ сала тело комиссара. Один из ка­ заков привязал веревку к луке седла и ударил носком сапога прямо под брюхо коня. Жители испуганно захлопывали калитки. Вслед за Лизуновичем неслись казаки, волоча по пыль­ ной земле безжизненное тело комиссара. Сколько прошло времени, Александр не знал. Очнулся он после того, как ему на лицо выли­ ли ведро колодезной воды. — Доброе утро, товарищ ко ­ миссар! — ехидным тоном про­ изнес генерал Мамонтов, на­ клоняясь над телом Вермишева. — О, пардон, то-ва-рищ, — ~ вы, надеюсь, извините нас за не слишком мягкое ложе. Да и обращеньице не партейное. Не успели-с выучить. Быть может, то-ва-рищ желает облегчить душу, ибо все равны перед небом? Все плыло перед глазами ко­ миссара: тонкое холеное лицо, нервное подергивание, пышные усы и белая папаха. Горячий, лип­ кий туман застилал грудь. Мамонтов резко выпрямился: —• Уж не гипноз ли у этого владельца кожаной куртки? Про­ жечь меня хочет своим взглядом. В самом деле, генералу стало не по себе от этого немигающего, ненавидящего взгляда. Столько было в нем ненависти и достоин­ ства, жажды жизни и одиовре- но спокойствия перед лицом смерти, что генерал на секунду даже позавидовал воле этого че­ ловека. Затем Мамонтов махнул перчаткой. Тотчас к комиссару подскочил скуласть!Й калмык в черкеске, перепоясанной газыря­ ми. — Отвечать! Сколько штыков в укрепрайоне? — взвизгнул он. Комиссар молчал. Над его го­ ловой плыло вечное небо. Вот кучевые облака расступились на миг и пропустили на землю яр­ кий сноп солнечного света, от ко­ торого все заискрилось и засвер­ кало вокруг, низкие черные тучи вдали у горизонта окрасились в ярко-кровавый свет. Высоко - вы­ соко в небе проплыла над горо­ дом журавлиная стая. И комисса­ ру вдруг показалось, что все его тело стало невесомым, и он по- Ио-Испстолщсиу интересны Более двадцати пяти лет на­ зад елецкий журналист и на­ чинающий писатель Евгений Горбов привез на «суд» москов­ ских литераторов повесть «Ку­ риная слепота». По-товарище­ ски дружелюбно и внимательно выслушал К. Федин молодого писателя и попросил оставить рукопись... Вскоре, весной 1940 года,.Евгений Горбов был вы­ зван в' столицу — на курсы- конференцию областных лите­ раторов. Здесь от известных пи­ сателей и критиков услышал автор «К'уринйй с.тепоты» нема­ ло теплых и ободряющих слов. Разбирая произведение, К. Фе­ дин очень обильно процитиро­ вал его. Перед войной в издательстве «Советский писатель» почти од- иовременно вышли две повести Е. Горбова — «Куриная слепо­ та» и «Черный князь». Так на­ чался путь в большую литера­ туру... Сейчас Евгений Горбов — автор це.того ряда повестей и рассказов, романа «Дом под тополями», опубликованных в центральных И местных изда­ тельствах. Творчество Е. Горбова обсуж­ далось недавно в Союзе писа­ телей РСФСР под председатель­ ством А. Кешокова. Е. Благи­ нина, В. Василевский, А. Гро­ мова, В. Друзин, А. Карцев, 0. Кожухова, В. Мильчаков, Н. Москвин, 0. Резник, В. Рос­ ляков, Л. Фоменко говорили о большом В'кладе писателя в со­ ветскую литературу. Тонкий психологизм, острая наблюда­ тельность, глубокая лиричность отличают произведения Е. Гор­ бова. Его герои — «трудные», нередко за.чкнутые, застенчи­ вые, но богатые внутренним содержанием люди. Особенно удаются писателю образы про­ стых русских женщин. Такова Феня (повесть «Феня»); само­ отверженная Ярославна, выво­ дящая в светлый мир «ерши­ стого» героя «Куриной слепо­ ты»; Лида из «Дома под топо­ лями». В произведениях Е. Горбо­ ва действие происходит, как правило, на родной Орловщине, в Ельце или его окрестностях. Писатель постоянен не только в выборе «прописки» своих ге­ роев. Все, созданное Е. Горбо­ вым, пронизывает страстная целеустремленность — жела­ ние раскрыть душу современ­ ника, решить сложные нрав­ ственные проблемы, А. Холодков. •летел вслед за журавлями в бес- I крайнюю даль. ■ — Наша беседа затянулась, — ■ нахмурил седые брови генерал ■Мамонтов, — напомни комиссару, • где он изволит находиться! • —Почему молчи, говори надо • есть! —• калмык выхватил из но- • жен саблю... Комиссар не сразу • почувствовал боль. Она пришла • на мгновенье позже — нестерпи- амая и жгучая. Комиссар закусил агубы. Каждый нерв протестовал • проти'В молчания. Закричать, об> ■легчить душу—схлынет боль. Нет, ■крепче стиснуть зубы. «Родина, '* родные мои, я молчу, слышите, как бьется мое сердце перед тем, как навсегда умолкнуть!» И опять липкий туман заполня­ ет все вокруг. Сознание возвра­ щается медленно. Комиссар с трудом приподнимает тяжелые веки. Прямо над ним искаженные злобой казачьи лица. Но он не видит их. Перед мысленным взо­ ром умирающего трепещет ог­ ромное алое знамя. Оно вьется по ветру. Будто несет его креп­ кая рука красного конника. Вот и впрямь слышен гулкий топот ло­ шадиных копыт. Горнист играет «поход». — Да что ты с ним цацкаешь­ ся, криворукий! — рыжий есаул плечом отодвинул калмыка и во­ просительно посмотрел на гене­ рала Мамонтова. Тот вытер плат­ ком вспотевший лоб. — Да, да, продолжайте допрос! Снова боль пронзила тело. Еще и еще раз. Какая-то женщина яро. стно вскрикнула в толпе: — Чего измываетесь, изверги! Мамонтов вскинул голову. Но толпа угрожающе задвигалась. — Хватит, поднимите его. Пусть последний раз посмотрит на го­ род и... Казаки подхватили обмякшее тело комиссара, приподняли его. Александр вытолкнул изо рта сгу­ сток крови. Он увидел родные |>росторы в косых бликах угасаю­ щего дня, увидел сочувствующие лица ельчан и еще что-то такое, от чего радостной болью вспыхну­ ли его глаза. — Да здравствует Красная Ар­ мия! — выкрикнул комиссар. Тол­ па взволнованно загудела. — Да здравствует власть Со­ ветов! Да здравствует товарищ Ленин! — Замолчать! — заревел гене­ рал Мамонтов. — Будьте прокляты, пала... На мгновенье перед глазами комиссара мелькнуло падающее небо. И это было последнее, что он увидел. * * * Бегут и бегут днем и ночью ми­ мо Ельца поезда—пассажирские и товарньге, рабочие и скорые. И, проходя мимо вокзала, машини­ сты гудком салютуют памяти ко-. мнссара Александра Вермишева. Живет, трудится и любит го­ род, где пролил свою горячую кровь поэт и воин Александр Вермишев. Сбылись e io проро­ ческие слова: «Ты вечно будешь жить в молве людской, И весь ты не умрешь!». Крутят моторы лопасти машин, гудит тугая энергия в станках-ав­ томатах, и всюду, в каждом ды­ хании трудовых наших будней, сражается, любит и побеждает' вечно живои Александр Алек­ сандрович Вермишев. КОНЕЦ. Литертаурная среда в среду, 16 декабря, состо­ ится очередное занятие литера­ турной группы при редакции газеты «Красное знамя». Местные авторы Владимир Фалин, Людмила Зайцева, Алек­ сей Воротынцев, Анатолии Ми­ шарин и другие познакомят со своими новыми стихами. Занятие начнется в G часов вечера. Приглашаются члены лите­ ратурной группы, читатели «Красного знамени».