Красное знамя. 1963 г. (г. Елец)

Н а д е ж н ы е р у к и Много написано в жнигах и поется в песнях о святых руках матери. Оудьба обокрала меня, и я их не помню. Это случилось в страшные годы войны — годы моего раннего детства. Но я знаю другие, мужские руки. Морщинис­ тые, в синих вьшуклых венах, с коротко под­ стриженными ногтями, они беспомощно лежат на письменном столе. В свете пастольной лампы, под зеленым абажуром, они каж!утся еще бледнее. Высыхающие, длинные, с кривыми мизинцами, пальцы иногда чуть вэдрагиван>т. Я смотрю на них и вспоминаю их совсем дру­ гими. Собрав оставшиеся после смерти матери нехит­ рые пожитки и сложивших в маленький узелок, они одни повели меня по жизни. На них еще не было морщин. Всегда— и зимой, и летом— О’НИ были коричневые от плотного загара.' Помню их, когда они вместе с моими неумелы­ ми руками раскладывали на куч ки деревянные палочки первоклассницы. : т Помню, уложив нас с братом спать, эти не знающие отдыха руки поздней ночью стирали на- ше белье. А оставшиеся до утра несколько часов « на них, лежащих на столе, дремала уставшая от тревог и забот начавшая рано седеть голова. 5 А потом стежок за стежком они учили меня V пришивать к школьному платью белый воротник и манжеты. Учили долго, настойчиво распарывая } плохб сделанное. И снова, в который уже раз, сами показывали, как надо правильно делать. ♦ Эти руки поднимали меня над моим несмыш- леным детство'М. Они вели меня от одного порога * к другому в кипучую жизнь. Я выросла. Научилась сама разбираться вжиз - ,1„ ни. Но и теперь нередко передо мной поднимается ♦ рука. Это значит; «Остановись, девочка. Не иди ^ туда. Там не твоя 'дорога». И я останавливаюсь. Я привыкла верить этим » рукам и уважать их. Это отцовские руки. ♦ Маргарита Иванэва. ’♦* Ст р ои те ЛИ Девчонки встанут спозаранку, Порядок наведут на койках. Расправит кудри свои Анка, Чай вскипятит подругам Зойка. Они такие непохожие. Не в этом дело. Ну и что ж! От солнца обе чернокожие И презирают обе ложь. А их подруги тоже общие Имеют свойства и черты: Подвластны им машины сложные, И, падкие до красоты, Они картины любят Шишкина, У них Чайковский завсегдатай, И полки ломятся под книжками —- На них истрачена зарплата. ...Девчонки встанут спозаранку И колдовать начнут у зеркал. Пойдет на сахарный наша Анка, На жилобъект помчится Верке. А. Воротымцев. Д е т с т в о Утром рано в сад бегу. Там травам как на лугу. Листья шумно шелестят, И кузнечики трещат. Я на дерево полез. Воробей сидел — исчез. Вижу весь огромный сад. Вижу желтеньких цыплят. ПИСАТЕЛЬ СТАНОВИТСЯ МАТРОСОМ ЯПОНСКОЕ МОРЕ. На научно-исследовательском судне «Ю., М. Шокальский» вышел в свой первый рейс к экватору матрос Леонид Тендюк. Балагур и интересный собеседник, с которым мож­ но поспорить о музыке или новой книге, он сразу пришелся по нраву всей команде. За любое дело Леонид берется охотно: то чистит от ржавчины фальшборт, то красит пожарный инвентарь корабля. Правда, не все пока у матроса получается гладко — но­ вичок! И лишь вернувшись из плавания моряки узнают о том, что плечом к плечу с ними проработал весь рейс член Союза писате­ лей СССР. Леонид Тендюк известен на Украине как автор обративших на себя внимание сборников стихов «Ручьи рождаются в горах», «По­ ле мое, полюшко». Встречи руководителей партии и правительства с деятелями ли­ тературы и искусства заставили глубоко задуматься молодого поэ­ та. Чтобы лучше узнать жизнь, труд советских людей на далеких рубежах нашей Родины, Леонид Михайлович отправился в боль­ шую поездку по Дальнему Востоку. В прошлом году он путеше­ ствовал по Камчатке, Курильским и Командорским островам', При­ морью, работал вместе с рыбаками, зверобоями. Путевые очерки, писателя, объединенные в книгу «Одиссея восточных морей», вы­ ходят в украинском издательстве «Молодь». Во время плавания на «Шокальском» Леонид Тендюк завершит работу над сборником стихов «Бригантина поднимает паруса», со­ берет материал для задуманной им книги, рассказывающей о тру­ де моряков и океанологов. На снимке: Леонид Тендюк красит судовой инвентарь. Фото Ю. Муравина. ^ Фотохроника ТАСС ИЫ 1 АГШ 1 Р 0 Г 0 Е ИВОЮ Снова красят попьГ церкву^ики — Жарким золотом купола! Но к обедне — одна лишь старушка. Что сегодня тревожно спала. Все ей мнились кресты да могилы. Да какой-то слепой певец. Ты скажи мне, батюшка милый. Видно, мой недалек конец? “ • Мать моя! — поп басит игриво. Деньги на кон — дорога в рай... Что попу пятаки да гривны? Ты десятку ему подай, Чтобы, ризу парчовую сбросив, В ресторане кутнуть он смог. ...Только мы у попа не спросим. 'К а к попасть нам на райский порог. Рай для нас, работяг одержимых, — Труд, любовь, революций гром. Кровь Коммуны бурлит в наших жилах. Мы святую водицу не пьем! Мы не библию нынче листаем — Планы строек назло врагу. Даже галок церковных стаи Реактивный приветствуют гул! Даже тех, кто кадильным куреньем Одурманил когда-то свой ум, Маяковского стихотворенья Вновь подняли на жизненный штурм! Вы не красьте, попы, церквушек! Не ярите набатную медь. Все равно не придут старушки — Им милей телевизор смотреть! А. ЕГОРОВ. Добро Собрание, как телега по ров­ ной дороге, продолжало катить­ ся, и конца пути-говорильни еще не было видно. Внимательная секретарь-машинистка два раза ходила в столовую за газиро­ ванной водой, 1 И слабеющий от нахлынувших чувств докладчик — начальник резерва проводни­ ков—при виде запотевшего ета- кама снова 0Ж1Нвлялся и рубил фразы, которым суждено было надолго войти в историю столь почтенного учреждения, как ре­ зерв проводников. — Повторяю, — басил он,— наш резерв — это частица той великой силы, имя которой — сеть железных дорог. Работа проводника — это не только проверка билетов, выдача посте­ лей, Нет, проводники тоже должны творить. Повторяю: не вытворять, а творить! Всюду рационализаторы, а у нас их нет. Почему? Творчество — это чув­ ства, это лирика, это, если хо­ тите. даже музыка. Короче. Да­ вайте широко распахнем двери для новаторов. Добро пожало­ вать, товарищи будущие ньюто­ ны и Эдисоны! Будущие ньютоны и Эдисо­ ны скромно сидели на краешках стульев, и по их лицам блужда­ ли улыбки признанных, но еще не поставленных на пьедестал гениальных новаторов. На следующий день вышла в резерве стенная газета: «Голос пооводника». В первой колонке было крупным шрифтом написа­ но: «Каждый проводник—нова­ тор! Все в ряды рационализа­ торов!» В конторе резерва появления первого рационализатора ждали, по крайней мере, через неделю- другую. А он пришел уже в этот день. Долго стоял у входной двери. А работники конторы, прослышав о том, что пришел новатор, столпились у окна и начали гадать, что же такое придумал рационализатор. — Видишь, как крепко дер­ жит он лист ватмана. Не ина­ че, как предло)кение по лучше­ му использованию кипятильника в вагоне. — Нет, вы на лицо взгляните. Что на нем написано? Блажен­ ство. Человек хочет преподне­ сти сюрприз своему другу—пас­ сажиру! Наконец, рационализатор ре­ шился. Он толкнул дверь и пошатнулся. Его приветство- Вижу все село большое, " ' Возле леса белый дом. Струйку дыма за горою И колодец с журавлем. Серый кот сидит на крыше, Я забрался все же выше. А, Чутчев. пожаловать, Э д и с о н ы! вал весь управтенческии коллек­ тив резерва. Даже вызывная— смешная девчушка с хвостика­ ми-косичками—и та замерла от изумления^ впервые видя перед собой живого новатора. — Рады, очень рады! — пер­ вым проговорил старик-бухгал­ тер и от волнения начал проти­ рать стекла очков. — Петров, проходи, дорогой! Как куда? К начальнику резер­ ва! Дверь кабинета распахнули., — Товарищ начальник, к вам рационализатор! — О, приветствую, очень тро­ нут. Садись, выкладывай! Рационализатор смущенно пробормотал: —Вы посмотрите, может быть, это и не очень важно. — Для нас все важно, — глубокомысленно изрек началь­ ник резерва. Рационализатор развернул лист ватмана, разгладил его на колене. Работники конторы заглядыва­ ли через его плечо... «Схема ав­ томатического управления рабо­ той поездного радиоузла». «Гм, Для начала совсем не­ плохо»,—почесал кончик носа начальник. Вот он кончил читать чертеж, снял очки, протер их кончиком голубого, с -горошинами, платка, снова водрузил их на нос и только тогда взглянул на пун­ цовые от волнения щеки автора предложения. — Пока еще не Ньютон, но здорово. Поздравляю! Восхи­ щен! Немедленно будем внедрять в жизнь! — Точно, новая мысль! Нигде и никогда еще не встречал та­ кой! — подхватил механик. Легкая теНь пробежала по ли­ цу начальника резерва. — Как вы сказали, нигде не встречали такой? — Могу поклясться, нигде. Представляете, только в наше.м резерве! Лицо начальника стало крас­ неть. — Это правда? — повернулся он к рационализатору, который «е знал, то ли радоваться ему, то ли волноваться. — Я сам разработал. Честное слово! Нигде ничего не зз'им- ствовал! — Простите, дружище, но в таком случае следует подождать. Разве можно первыми на всей сети железных дорог переделы­ вать схему? Нам нужны апроби­ рованные предложения. А то по­ том греха не оберешься. Очень сожалею, — повернулся он к Петрову. Второго рационализатора в резерве проводников так и не дождались. Спустя месяц со­ стоялось ещё одно собрание, по­ вестка дня которого недвусмыс­ ленно называлась; «О творче­ ском застое в нашем коллекти­ ве». |-1ачальник резерва опять сла­ бел от нахлынувших чувств. Опять секретарь-машинистка бе- галй за газированной водой. — Творчество — это привод­ ной ремень. Только у нас царит застой. Люди отвыкли думать. А думать надо. Неужели в таком замечательном коллективе, как наш резерв, нет сволх ньютонов и ЭДИСОНОВ? Но тут начальник резерва за­ метил, ЧТО люди его не слуша­ ют. Они рассматривают что-то в газете. Начальник вышел из- за трибуны, заглянул в газету и чуть не поперхнулся. «Схема ав­ томатического управления рабо­ той поездного радиоузла» было написано в ней. Теперь уже речь начальника резерва текла, как полноводная река, не встречая на свое.м пути никаких камней: — Я всегда и везде говорил, что внимание к людям творче­ ской мысли—главное. Все новое, передовое должно идти по «зе­ леной улице». И только в на­ шем резерве. Ведь и.менно здесь...» В горле у начальника пере­ сохло. Он увидел, что будущие ньютоны и ЭДИСОНЫ начали дружно рас.чодиться. А- Баюканский. В П Е Р Е Д , Л г д Х Л Ь > 1 Ш ! Гордится мальчишка своею обновой, В глазах восхищенья горят огоньки: Ему в магазине блестящие, новые Мама купила сегодня коньки. Морт-озорник щиплет шеки и уши, По это же. право, совсем не беда. Только вот ноги не очень послушны На гладкой, зеркальной позерхности льда. Он губы кусает, и слезы досады Готовы уж брызнуть с мигающих век. Не надо же плакать, мальчишка, не надо! Не должен в беде раскисать человек! Вперед же, вперед! Гляди смело и прямо! Крепче под ветром, мальчишка, держись! Победа приходит лишь только к упрямым. Только таким дверь откроется в жизнь. А. Синельникова.