Красное знамя. 1962 г. (г. Елец)

КРАСНОЕ ЗНАМЯ декабря 1962 г. А|г 237(9571)' т Ш Ш /1 /М /м н г м » ЫосКрестл трс( 01 Щ В оскресная И 1И !ш | д 1 к^,,мгяпА с ш т т в. З О Р И Н Л И Р И Ч Е С К И Е С Т Р О К И Меня в сады на исцеленье От грусти осень увела. Девчоночка, как вдохновенье, Ко мне с корзиной подошла. Она смеялась белозубо. Роняя смех в рыжу траву: Ах, мальчики, кто будет любый. Своим суженым назову. Я любовался ею скрытно. Светлел душой и веселел. Антоновки хрустели сытно И пахли маем на селе. Все было здорово в тот вечер, И мы пошли с ней в местный клуб, И вдруг улыбочка беспечная Легла морщинками у губ. Строга, надменна, как графиня. Ах, Сима, строгость, не к лицу. Но Сима стала Серафимой И Николавноц по отцу. Не понял я метаморфозы. Какой-то хлюст, села кумир. Шепнул мне на большом серьезе: «Мол, действуй, Симка'— бригадир». ...А в клубе пели и плясали. Ходили доски под игру, И видел я, как ноги сами Мою девчонку звали в круг. Пойди же, вдарь. Там будет видно. Устанешь, вызывай меня. Но бригадирская солидность Ее хранила от огня. О, эти званья, почитанья... Им спесь придумали чины. Нам важность не нужна баранья. Нам искренность и ум нужны. Ушел за песней я из клуба, Что потерялась днем в траву... Ах, мальчики, кто будет любый. Своим при маме назову! М О Д Ы Изменчивы моды. Как люди и годы. То желтый с красным Считают прекрасным. А то фиолетовый С черной крапинкой Семнадцатилетняя Просит от папеньки. Радуги, жару. Красок, как песен. Земному шару Вращаться весело. Ходили в черном По улицам сонным, Подкатывал ворон, Каркал темный. Брал за шиворот, Живо вталкивал, Пальцами жирными Шарил по талии. Мне скажут: «Чего ты Пишешь про это? Теперь, мол, мода Писать о запретном». Спросят, а раньше Где же ты был? — Ел манную кашу. Под стол ходил. Но я о другом. Друг мой Саня Пошел в голубом — Назвали смутьяном. Он шел, мешали. ^ Чуть ли не драка. Стреляли мещане: «Стиляга, стиляга». А человеку наскучила серость, А человеку нужна была свежесть. Он был откровенным. Хороший малый, С других по примеру Безликость слетала. Теперь по улицам яркость бродит... Моды волнуются, К лучшему — моды. Г воМ л а. \ —Почему ты не пишешь лирику? Задают мне вопрос друзья.— В нашей жизни, такой счастливо; Без нее ведь прожить нельзя. Да, друзья, наша жизнь счастлива. И хотя б по тому, 410 она В совокупности с Музой и Лиро Нам однажды всего дана. И, конечно, писать про ночи ■ В соловьиных песнях хмельных г Я не против, хочу я очень, I Это будет прекрасный стих. г И тем более с вами не спорю . Как волнующ тот дивный миг 1 Милых глаз вдруг увидеть \ море,— ‘ Это самый прекрасный стих! : Но когда где-то кровь струится,' Когда Куба встает на бой, | Как могу тут писать я лирику А Про уют, соловьи, любовь?! * Как могу я засесть в кабинете,-. Окунуться в тишь личных дел? I - Не имею я права на это I И отверг бы его, коль имел. * Мне сейчас шар земной — ^ трибуна. Голос мой — не один миллиард. Это лучше лирики будет — По врагу наносить удар. Мы, рожденные в мир под шинелью. Чтоб с земли ложь и дрянь стряхнуть, Права мы молчать не имеем. Нам борьба — самый верный путь! Это счастье жизни великое. И простите меня, друзья, Но писать любовную лирику Мне сейчас позарез нельзя. А. ЕГОРОВ. Самым страшным для Коли Ле- : * * * * * * * * * * * * * * песткова был урок, физкультуры.* Полные, румяные щеки его сразу! К о л я становились серыми, мальчик х горбился - и с испугом смотрел,I как одноклассники лазали по РАССКАЗ ^ «шведской» стене, будто настоя­ щие обезьяны карабкались вверх по канату. И хотя Коля занимал­ ся еще и музыкой, не было для него слаще звуков, чем звонок, возвещающий об окончании этого неприятного урока. В этот день дома мальчика встречали обычным вопросом: «Опять ты был на Физкультуре?» Он отвечал: «Да». Мама сразу бросалась к теле­ фону, а папа начинал беспокой­ но ерзать за письменным столом, смотря на сына так, как будто видит его в последний раз. — Товарищ директор, — шу­ мела между тем мама в телефон­ ную трубку, — до каких пор можно издеваться над человеком? В нашей стране полная свобода, а вы заставляете моего мальчика, моего слабенького' мальчика, — в этом месте мама обычно всхли­ пывала, — выделывать неверо­ ятные вещи: прыгать через «ба­ рана», отнимать мяч у товари­ щей, чтобы забросить его в ка­ кую-то корзину. Этим вы разжи­ гаете нехорошие привычки! Сна­ чала он отнимет мяч, а потом выйдет грабить на большую до­ рогу. Слава богу, с моим ребен­ ком этого не случится! А потом, разве это дело, — заставлять Ко­ лю лазать по стенке, пусть даже с хорошим, заграничным названи­ ем? Я понимаю, сейчас модно де­ лать все, что делают лунатики, но мой сын'не думает летать на Луну, ни даже на Солнце. Он рожден для музыки... Потом мама уставала кричать и бросала трубку. Проходили дни, опять приближался самый «чер­ ный» из них, и все начиналось сначала. Однажды урок физкультуры проводили в парке. Ребята учи­ лись ходить на лыжах, умело съезжать с гор. В этот историче­ ский для Коли Лепесткова день рядом с учителем стояла Колина мама. Она предупреждала учите­ ля, что, если мальчик поломает руки, он не сможет играть на пи­ анино, и преподавателю придет­ ся отвечать. Обычно, зная «скромный» ха­ рактер этой мамы, учителя пред­ почитали отмалчиваться. Так бы­ ло и на сей раз. Мальчики ката­ лись с горы, а Коля стоял у са- ФЕТИС ЗЯБЛИКОВ (По рассказу В. Ильенкова) Их было двенадцать, и сиде­ ли они в колхозном амбаре под замком. Сегодня утром гитлеровцы спросили; — Кто из вас коммунисты? Они- промолчали. — Ну, что ж, подумайте! И теперь они думали. ► «У нас в деревне все комму­ нисты», — вот как нужно ска- I зать. Но тогда всех убьют, а нужно и в живых остаться, и ^Вави.тыча не выдать, и от ком­ мунизма не отрекаться. ^ ...Фетис смотрел в щель на угасающий день, жадно вбирая авсем сердцем недоступную •жизнь. Он — всегда любивщий ^поломаться и поворчать — .принимал ее теперь всю, — со реей горечью и отрадой, с бес­ покойством о делах государст­ ва и неустанным трудом на об- 1 щем поле. Загремел замок; Коммуни­ сты, виходи! Фетис шагнул вперед. ^ — Фетис Зябликов! Я! Его отвели к стене. В тре­ вожном изумлении глядели на него одиннадцать человек. А |Максим Савельевич тихо ска­ зал; — Достоин. рю го края и смотрел на них,. ^ ожидая, что кто-нибудь все-таки I поломает руку. Но товарищи и не * думали делать таких страшных I вещей. Они весело смеялись^ »♦♦ • иногда падали в ;^ягкий снег ^5- снова вставали на лыжи. Вот Катя Стрельцова, соседка Коли по парте, отбросила в сто­ рону лыжные палки и, крикнув, что-то веселое, покатила вниз. Коля засмотрелся на нее, и вдруг... Кто-то из ребят подтолкнул его, и Лепестков похолодел. Он почувствовал, что лыжи несут его вниз. Словно сквозь сон, он услышал, как вскрикнула где-то далеко мама, а лыжи скользили все быстрее и быстрее, ветер хва­ стал его за уши и кричал: «Все,. Коля, все». Ребята на горе покатывались, со смеху, видя, как разъезжают­ ся у Лепесткова ноги в разные стороны. Еще бы, он первый раз. встал на лыжи. Вот и сугроб.. Лыжи с ходу внесли в него Ко­ лю. Только снежный вихрь взле­ тел над тем местом, куда врезал­ ся незадачливый лыжник. — Я говорила, я предупрежда­ ла! — зарыдала мама, заламывая руки. — Вы ответите!.. Коля открыл глаза, пощупал одной рукой другую — все в по­ рядке. Стряхнул снег, и е^у, вдруг стало так смешно и весе­ ло, как никогда не было. — Ура! — закричал он и начал карабкаться снова на снежную- гору. Вот он поднялся на нее — це­ лый и невредимый. Мать кин у ­ лась целовать и обнимать маль­ чика, но он, весело смеясь, отби­ ваясь от материнских объятий, снова подъехал к обрыву и, не- задумываясь, ринулся вниз. Ему показалось, что смелее его нет никого на свете. А. Баюнанский. Есть такая улица Нет, моя фамилия не значится Ни в одной домовой книге тут. И дома ничем не отличаются. Что на взгорок чередой идут. Чем же здесь прохожий залк}буется? На чего посмотрит не дыша? Но, а все ж, признаюсь, эта улица Для меня близка и хороша. Я иду и веселиться хочется, И мечтать в вечерней тишине. Каждой встречной веточкой пророчится Счастье неотысканное мне. Как большая сказка .мироздание. И душа о. будущем поет. Я хожу тут часто на свидание, Тут моя люби.мая живет. Не сдержать мне светлого волнения. Как увижу свет весенний глаз. Вы поймете. Есть же, без сомнения. Улица такая и у вас. Н. Бадулин. МЯЧ НАД СТОЛОМ Белый целлулоидный мячик ЯРКО взлетает над черным сто- ом. Сильные удары чередуются с укороткой, противники пооче­ редно уходят то в защиту, то пе­ реходят в нападение. Первенство Ельца по настольно­ му теннису среди женщин нача­ лось. Совсем недавно они в на­ шем городе в него не играли, а сейчас звание сильнейших оспа­ ривают представители многих предприятий и учебных заведе­ ний. После пяти туров впереди молодые — ученица школы-интер ната Падалко, работницы швей ной фабрики Муравьева и Поля кова. Они выиграли все встречи. Сегодня начнутся соревнования среди мужчин. Сегодня, в день выходной Вот и кончилась еще одна- трудовая неделя. Сегодня мож­ но хорошо отдохнуть. И молодые и пожилые зрите­ ли в кинотеатре «Удар«ик» мо­ гут посмотреть интересный ху­ дожественный фи.тьм «Улица младшего сына». Он демонст­ рируется на двух сеансах — в 9 часов и в 14 часов 15 минут' Там же можно посмотреть ки^ нокомедию «Двенадцать деву шек и один мужчина». Она идет на сеансах в 10-45, 16, 19-30 и 21 час. На сеансах в 12-30 и 17-45 демонстрируется фильм «Пять патронных гильз». «Дни любви» — этот фильм можно посмотреть в кинотеатре «Прожектор». Начало сеансов в 9, 11, 13, 15, 17, 19 и 21 час. Для детей в этом кинотеатре сегодня демонстрируется широ­ коэкранный художественный фильм «Сампо». Начало сеан­ са в 9 часов. К СВЕДЕНИЮ ПОДПИСЧИКОВ Подписка на газету «ПИОНЕР­ СКАЯ ПРАВДА» продлена до 15 декабря и принимается без ог­ раничения всеми почтальонами, общественными распространителя­ ми печати и почтовыми отделе­ ниями связи. Редактор А. ТРУБНИКОВ. АДРЕС РЕДАКЦИИ : г. Елец, площадь Ленина, корпус № 1. ТЕЛЕФОНЫ; редактора — О—12, ответственного секретаря и бухгалтерии — 3—00, отделов: партийной жизни и массовой работы — 3— 14, промыш.тенно-транспортного — 2—03. АЭ 55703 Гор. Елец, типография Областного управления культуры, площадь Ленина, корпус № 1. Заказ № 6551