Коммуна. 1949 г. (г. Воронеж)

2\ сентября 1949 г., № 186 (5717) К О М М У Н А Судебный процесс венгерского государственного преступника Райка и его сообщников Т и т о и а м е р и к а н с к а я р а з в е д к а — а в т о р ы п л а н а в о о р у ж е н н о г о п е р е в о р о т а в В е н г р и и О к о н ч а н и е д о п р о с а Б р а н к о в а БУДАПЕШТ, 19 сентября (ТАСС)__ На сегодняшнем утреннем заседании суда, рассматривающего дело Райка и его со­ общников, прокурор Дьюла Алапи обратил­ ся с рядом вопросов к подсудимому Бран- кову, допрос которого членами суда был закончен в субботу. Отвечая на вопрос прокурора, Бранков показывает, что югославская военная мис. сия была принята в Венгрии очень радуш­ но и что к работникам военной миссии, а затем дипломатической миссии Югославии в Венгрии относились исключительно теп­ ло. «Часто мне было,— говорит подсуди­ мый,__ просто стыдно выполнять белград. ^ ие указания, направленные против тех, кто смотрел на нас с такой любовью. На дружбу мы отвечали шпионажем, подго­ товкой переворота и убийства руководите­ лей венгерского народа». Отвечая на другой вопрос прокурора, Бранков показывает, что подавляющее большинство официальных представителей Югославии в Венгрии занималось шпиона­ жем и что посланник Югославии в Венг­ рии не только знал об этом, но всегда на­ правлял эту шпионскую деятельность. Прокурор: Что вы знаете о насильст­ венном увозе из Венгрии в Югославию венгерских граждан? Бранков: В январе 1947 года насиль­ ственным образом была увезена в Югосла. вию Хрвбар Любица. Перед ней таким же образом был похищен Ференц Микула. Это делалось с целью их вербовки. Были случаи, когда агенты югославской развед­ ки по фальшивым документам выезжали из Венгрии в Белград. Например, Хеггедюш, Лаелович, Видакович и др. Прокурор: Вы показывали, что такую ^ же, как в Венгрии, деятельность югослав­ ские руководители проводили и в других странах. Что вы можете рассказать об этом? Бранков: Особенно активно шпионская деятельность проводилась в Чехословакии. Ранкович не был доволен нашей работой в Венгрии и, упрекая, подчеркивал, что югославская сеть в Чехословакии работает гораздо лучше. Там был главным резиден­ том УДБ Дрндич — заместитель военного атташе. Дрндичу удалось установить хорошие связи с тами чехами и словаками, которые во время войны находились на Западе, и особенно с теми, которые служили в английской армии. Ранкович указал мне на необходимость следовать по этому же пути Дрндич во время моей встречи с ним в 1947 году рассказал, что в своей работе он опирался на националистические эле­ менты, на людей, служивших в «гвардии Глинки», что он всячески использовал противоречия между чехами и словаками. Прокурор; Какие инструкции о методах вербовки получали вы, как главный рези- детт УДБ? Бранков: Ранкович дал указание ис­ пользовать в этих случаях угрозы, запуги­ вание людей разоблачением их преступ­ лений. Это, понятно, относилось к тем, кто был связан с венгерской тайной по­ лицией, гестапо, английской и американ- '* ской разведками. Эти люди становились самыми лучшими нашими агентами. Их мы легко держали в своих руках. Ранко­ вич, давая эти указания, не скрывал, что это— гестаповские методы, и даж е подчер­ кивал, что из опыта гестапо нужно многое перенять. Я думаю, что по отношению к Ранковиду и Тито американцы также при­ менили эти методы. Мне кажется, что американцы имеют в своих руках доку­ менты, компрометирующие Тито и Ранко. вича в их старых связях с полицией, и, пользуясь этим, держат их в руках. Во время войны Ранкович с небольшой груп­ пой партизан попал в руки к немцам и был доставлен в гестапо Через короткий промежуток времени Ранкович оказался на свободе, в то время как остальные захва­ ченные партизаны были расстреляны нем­ цами. в связи с этим у некоторых парти­ зан возникло подозрение, что Ранкович был завербован гестапо и выпущен. В 1941, 1942, 1943 годах Тито вел перегово­ ры с немцами, соглашаясь прекратить борьбу против них в том случае, если ему разрешат создать в Югославии свое прави. тельство Об этом тогда много говорили в его окружении. В середине 1943 года, в связи с приближением Советской Армии, эти переговоры были прекращены. Тех, кто знал об этих переговорах, начали по­ сылать на самые опасные участки фронта. Таким же образом поступали с людьми, которые не одобряли связи группы Тито с англичанами и американцами. Сотни та­ ких людей погибли. Отвечая на вопрос прокурора, подсуди­ мый Бранков показывает, что консульский отдел югославской миссии в Будапеште имел целую коллекцию поддельных вен­ герских печатей, которые использовал для изготовления фиктивных документов и виз на паспортах. Этим занимались, как показывает Бранков, Смилянич и Блажич. Бранков говорит далее, что Милош Моич был убит по прямому указанию Ранковича и Тито. Ранкович дал письменное распоря. жение уничтожать тех агентов, которые могут повредить, и подчеркивал в своем приказе, что это полностью одобряет Тито. В данном случае была получена те­ леграмма Ранковича с приказом убрать Милоша Моича. Посланник Мразович, на­ стаивавший на выполнении этого приказа, поручил его исполнение Блажичу, которо­ му дал для этого свой револьвер, а сам уехал в Югославию, чтобы не быть в Венгрии в момент совершения убийства. После этого прокурор задал несколько вопросов подсудимому Райку. Отвечая на вопрос, кого из числа лю­ дей, находившихся во французских кон­ центрационных лагерях и проводивших там подрывную работу, подсудимый пом. нит, Райк говорит, что новых имен он назвать не может, так как это было давно и он многое забыл. Кроме того, говорит подсудимый, многие тогда были известны под вымышленными фамилиями, иногда даже одинаковыми. Возможно, что некото­ рые, кого, как мне помнится, я знал по Испании, встретились мне позже, и на­ оборот, тех, кто был тогда в лагерях, я считаю своими более поздними знакомыми. После того, как защитники заявили, что у них вопросов к допрошенным подсуди­ мым нет, суд перешел к допросу четвер­ того подсудимого— Тибора Сеньи. Д о п р о с Т и б о р а С е н ь и Отвечая на вопрос председателя суда, этот матерый американский шпион заяв. ляет, что все пред’яйленные ему обвине­ ния правильны и что он считает себя виновным в совершении преступлений, перечисленных в обвинительном акте. Подсудимый начинает свои показания с рассказа о том, как он стал на службу американской разведки. С американской разведкой, говорит он, я связался осенью 1944 года. В то время я находился в Швейцарии в качестве по­ литического эмигранта, там было много подобных мне политэмигрантов. Органы американской разведки в первые же годы войны развернули активную работу по вер­ бовке агентов из числа таких элементов, которые смогли бы затем вести подрывную работу в компартиях. В Швейцарии нахо­ дился в то время европейский центр ОСС (американская разведывательная органи­ зация — бюро стратегических служб. — Ред.), которым руководил Аллен Даллес, официально являвшийся сотрудником аме­ риканской миссии в Берне. В 1944 году, показывает далее подсуди­ мый, уже было ясно, что часть Восточной Европы освободит Советская Армия. Тог­ да перед Даллесом поставили задачу соз­ дать крупную шпионскую сеть в этих во­ сточно-европейских странах. Ближайшим' помощником Даллеса по этим вопросам был Ноэль X- Филд, официально являв­ шийся представителем УСК (благотвори­ тельная комиссия унитарной церкви.— Ред.) в Европе. Оказывая материальную помощь политэмигрантам, он вербовал их для шпионской работы. Помогали ему в этой работе также Миша Ломпар— американ­ ский разведчик, ставший югославским кон­ сулом в Швейцарии, и Латинович, ставший затем югославским консулом в Марселе. — Я, — говорит подсудимый,— руково. дил группой венгерских политэмигрантов, которая состояла из политически неустой­ чивых студентов и представителей интелли­ генции. Воспитывал я их в шовинисти­ ческом, националистическом духе. Ломпар поддерживал тесную связь со мной и Фе­ ренцем Ваги, находившимся там же. Лом­ пар снабжал нас литературой, пропаганди­ рующей теорию Браудера (бывшего гене­ рального секретаря компартии США. — Ред.). Мы познакомились с этой теорией и одобрили ее. Мы решили, что Венгрию надо поставить на сторону Америки. — Ломпар, — продолжает подсуди­ мый, — узнав об этом решении нашей группы, в сентябре 1944 года предложил мне установить связь с Даллесом. Я знал, что Ломпар и Ноэль X. Филд занимались вербовкой агентов в среде чехословацких, немецких, польских и других эмигрантов. В 1944 году вместе с Ференцем Ваги мы разработали меморандум, в котором изла­ гали свои взгляды на послевоенное поли­ тическое положение Европы и планы на будущее, в которых предусматривалось сотрудничество с Америкой. Я передал этот меморандум американцам через Мишу Ломпар. После этого я неоднократно встречался с Даллесом. В ноябре 1944 года он официально завербовал меня на службу американской разведки. Даллес, говорит подсудимый, заявил мне, что коммунистические партии восточно­ европейских стран в итоге разгрома фа­ шизма придут к власти и поэтому надо будет развернуть подрывную работу внут­ ри этих партий. Между нашими взглядами не было никаких расхождений, но Даллес все же пред’явил мне мою расписку в по­ лучении денег от Ноэль X. Филда. С Дал­ лесом мы договорились, что после моего возвращения на родину я буду поддер­ живать с ним связь под кличкой Петер, а он будет фигурировать под именем Вагнера. Далее Сеньи рассказывает о той роли, которую сыграл в его вербовке американ­ ской разведкой югослав Миша Ломпар. Он, говорит подсудимый, установил связь со мной и со всей моей группой. Он ста­ рался проводить в нашей группе проамери­ канскую пропаганду и играл большую роль в организации переброски нашей груп­ пы в Венгрию. Этим же он занимался и в других группах политических эмигрантов. Обо всем он подробно информировал Дал­ леса. — Я сам лично убедился,— говорит под. судимый,— и слышал об этом от Ференца Ваги, что в 1944 году между Тито и Дал­ лесом уже имелась тайная связь и шли переговоры о координации деятельности на послевоенный период, целью чего была организация подрывной группы Тито, на­ правленной против Советского Союза. Это я хорошо знаю из беседы е Мишей Лом­ пар. Отвечая на вопрос председателя суда, Сеньи говорит, что в составе его троцкист­ ской группы, находившейся тогда в Швей­ царии, были Ференц Ваги, Андраш Каль­ ман, Дьердь Дэметер, Дьюла Кути, Янош Добо, Иван Фэльди, Петер Балабан. Дьердь Шомло. — В ноябре 1944 года, — продолжает подсудимый, — Даллес дал нам указание возвратиться в Венгрию. Поехали со мной Ваги, Дэметер, Кути, Кальман, Добо. Остальные остались в Швейцарии. Ими руководил Фэльди. Перед нашим от’ездом Даллес заявил, что наша поездка будет организована Мищей Ломпар и Ноэль X. Филдом. Мы получили подложные д о ­ кументы югославских офицеров. Кроме того, нам вручили секретные письма в ОЗНА, в которых об’яснялось, что мы яв. ляемся работниками американской развед­ ки и что нам нужно оказывать помощь. Ноэль X. Филд вручил нам 4 тысячи швейцарских франков и организовал пеие- броску нас во Францию через швейцар­ скую границу. Мы направились в Марсель к Латиновичу, который также снабдил нас новыми документами и письмами в юго­ славскую военную миссию в Бари, а так. ж е связал нас с американскими военными властями, которые предоставили • в наше распоряжение военный самолет, доставив­ ший нас в Белград. Латинович нам сказал, что о порядке доставки информации Дал­ лесу надо договориться в Белграде, в ОЗНА. — В Б ел граде,— продолжает Сеньи,— майор Ковачевич связал меня с майором ОЗНА Николой Калафатич, который дал мне указание немедленно уничтожить по приезде в Венгрию подложные документы. Он организовал переброску нашей группы через границу. В наше распоряжение бы­ ла предоставлена автомашина ОЗНА, и в сопровождении офицера ОЗНА мы были доставлены в Сегед, где немедленно унич­ тожили свои подложные документы. Отвечая на вопрос председателя суда, Сеньи показывает, что все официальные американские и югославские деятели, с которыми ему пришлось сталкиваться по пути в Венгрию, хорошо знали, что он яв­ ляется американским шпионом, и было со­ вершенно ясно, что все они также тесно сотрудничают с американской разведкой. Мне, говорит подсудимый, часто было трудно определить, где кончается амери­ канская разведка и где начинается развед­ ка Югославии. — Даллес, — показывает Сеньи, — дал нам указание проникнуть в ряды ком­ партии, пробраться, по мере возможности, на самые высокие посты, использовать их для проамериканской пропаганды, при­ влечь на свою сторону как можно болыйее число лиц, занимающих видные посты. Кроме этого, мы должны были регулярно информировать американскую разведку. Для этого были намечены три канала. Первый и основной — через югославов: Цицмил — Калафатич — Латинович — Ломпар — Даллес. В 1945— 1946 годах я пользовался*.этим каналом. Второй к а н а л - посылка мною информации в Швейцарию Ивану Фэльди, который передавал ее Ноэль X. Филду, а тот — Даллесу. Тре­ тий канал — письменное сообщение в Швейцарию от «Петера» к «Вагнеру». В Будапеште постоянная связь с Цицмилом поддерживалась мною через Андраша Кальман. Отвечая на вопрос председателя суда, подсудимый подробно рассказывает о своей подрывной и шпионской деятельно­ сти, которую он проводил в Венгрии. Мне удалось, говорит он, занять видный пар­ тийный пост, который я использовал для того, чтобы протащить других членов моей группы на важные должности. В конце концов Ференц Ваги был устроен в отдел печати премьер-министерства. Андраш Кальман — в министерство социального обеспечения, Дьердь Дэметер — на пост директора акционерного общества «Дану- бия», Петер Балабан — в радиокомитет, Иван Фэльди — на руководящий пост в акционерное общество «Масовол» и др- — Каждые два месяца, — говорит да. лее Сейьи, — мы проводили совещания, на которых члены нашей группы получали указания стремиться внешне-активной ра­ ботой добиваться повышения по службе и завоевывать симпатии окружающих. Одно­ временно нужно было вести осторожную пропаганду, направленную против руковод­ ства компартии. Подсудимый показывает, что, исполь­ зуя все три канала, он и Ференц Ваги ре­ гулярно отправляли секретные информации Даллесу. В мае 1946 года, говорит подсудимый, Иван Фэльди привез из Швейцарии' пись­ мо, в котором приводились имена амери­ канских шпионов — Бела Сас, Дьердь Адам, Иван Матэ. Позже, по поручению Райка, я устроил Бела Сас на руководя­ щую должность. Во время этой встречи с Фэльди я дал ему указание организовать переброску в Венгрию той части нашей группы, которая оставалась в Швейцарии. Однажды, рассказывает Сеньи, я ис­ пользовал в качестве курьера Илону Кой- са, которая в 1947 году возвратилась из Франции в Венгрию и должна была со з­ дать здесь представительство УСК, под покровом которого находилась бы амери­ канская разведка. С моей помощью она выполнила эту задачу. Отвечая на вопросы председателя суда, подсудимый показывает далее, что в 1946 году через особого курьера он получил указание от Даллеса установить связь с Ласло Райком. В 1944 году, говорит Сеньи, Даллес во время беседы со мной спросил, знаком ли я с Райком, бывшим в Испании под именем Фиртош. Даллес рассказал мне, что он встречался с Ласло Райком еще во Франции и что мне, может быть, придется столкнуться в моей работе с этим человеком. Председатель: Кто был этим особым курьером, через которого вы получили указание установить связь с Райком? Сеньи: Ласло Барток, работавший в ми­ нистерстве иностранных дел Венгрии. Он также являлся американским разведчиком. Подсудимый показывает, что. когда рн установил связь с Райком, тот заявил ему, что знаком с деятельностью человека, но­ сящего кличку «Петер», и вообще знает об этом многое. Начиная с первой встре­ чи, говорит Сеньи, мы поддерживали с Райком постоянную связь до мая 1949 го­ да, т. е. до момента моего ареста От не­ го я получал указания и он же руководил моей деятельностью. Далее подсудимый показывает, что под­ готовка к вооруженному перевороту в Венгрии начата была заговорщиками очень давно. Наша практика, говорит он, меня­ лась в соответствии с политической об­ становкой в стиане. При Ференце Надь мы стремились к удалению представителей компартии из правительства. В 1947— 1948 годах положение изменилось— силы демо­ кратии окрепли, из правительства были удалены проамериканские элементы, укре­ пилось единство рабочего класса. После этого речь уже могла итти только о на­ сильственном перевороте. Этот переворот своими силами мы не могли осуществить; таково было мое мнение и Райка. — Райк, — говорит подсудимый,— рас­ сказал мне о своей поездке в Югославию. В январе 1948 года оч познакомил меня конкретно с планом переворота, передав мне содержание своего разговора с Радко- вичем, который произошел на станции Ке- лебия. В этот период произошла новая крупная перемена внутри страны. Измени­ лось положение и в самой Югославии Резолюция Информбюро компартий разо­ блачила Тито и окружающих его лиц. Встретившись со мной в министерстве внутренних дел, Райк сказал мне о том, что можно рассчитывать на активную поддержку Югославии и в дальнейшем. Однако связь с руководителями Югосла­ вии затруднилась. Надо было проявлять максимальную осторожность. — В 1948 году, — продолжает подсу­ димый, — когда Райк стал министром иностранных дел, он подробно рассказал мне о плане Тито, предусматривающем создание блока балканских стран во гла­ ве с Югославией, направленного против СССР. Цель этого плана так же, как и цель всей нашей деятельности, заключа­ лась в свержении демократических пра­ вительств и создании в странах народной демократии буржуазно-демократического режима. Райк поддерживал непосредствен­ ную связь с Тито и Ранковичем и через них с американской разведкой. В его ру­ ках были все нити заговора. — В конце апреля или в начале мая этого года, — говорит подсудимый, — я получил от Райка указание подготовить созыв партийной конференции, которую мы намечали организовать после перево­ рота. Райк сказал, что нужно устроить так, чтобы на этой конференции были только такие люди, которые согласились бы легализировать переворот. Отвечая на вопрос председателя суда, подсудимый показывает, что оч знал о подготавливавшемся убийстве Ракоши, Фаркаша и Еерэ и о том, что в этом юго­ славы также окажут помощь. Подсудимый говорит, что Райк все вре­ мя поддерживал тесную связь с Тито и Ранковичем и получал от них указания. Райк сказал мне, показывает Сеньи, что план вооруженного переворота он обсудил с Ранковичем и что Тито знаком с этим планом. Райк подчеркнул при этом мне, что срок переворота зависит от Ранковича и американской разведки. Установление этого срока связано также с международ­ ной обстановкой. Мне было известно, что авторами планз вооруженного переворота являются американская разведка и нынеш­ ние руководящие политики Югославии — Тито, Ранкович и другие. Сеньи показывает, что план вооруженно­ го переворота в Венгрии был только частью общего американско-югославского плана создания блока балканских стран во главе с Югославией. Подсудимый заявляет далее, что из бе­ сед с Райком он знал о содержании пере­ говоров, происходивших неоднократно меж­ ду Ранковичем и Райком. Я знаю, говорит он, что Райк беседовал с Ранковичем и на другие темы, в частности, как мне извест­ но, Ранкович рассказал Райку о провока­ циях, направленных против советских ди_ пломатов в Белграде. Председатель: На какие силы вы рас­ считывали опереться при совершении во­ оруженного переворота? Сеньи: На поддержку отдельных воин­ ских подразделений, которую обеспечил бы Палфи, а также на поддержку некоторых специальных полицейских отрядов. Райк говорил мне, что он всячески стремился обеспечить свое влияние на полицию и уже послал на работу в министерство внутрен­ них дел своих людей — Эндре Себеньи, Дьюла Оско, Шандор Чересньеш и Дру­ гих. Самостоятельно и при моей поддерж ­ ке он устроил на важные посты Ласло Маршалл, Ласло Матьяш, Яноша Бекк, Карой Рат, Калчича и других. Для уси­ ления своего влияния Райк распустил парт­ организацию в полиции. Кроме того, мы рассчитывали на поддержку национали­ стических, шовинистических и реакцион­ ных элементов страны. Мы сделали все, чтобы привлечь на свою сторону молодежь народных колледжей, в среде которых мы старались популяризировать Райка. Райк получил указание из-за границы опираться в селе на кулацкие элементы, я ч городах — на националистические и шовинистические элементы. Председатель: Какую поддержку вам обещали из-за границы? Сеньи; Райк говорил, что нам будут по­ ставлять оружие, а также окажут под­ держку югославскими воинскими частями, которые будут одеты в венгерскую форму. Обещали поддержку также в осуществле­ нии террористических актов. Для помощи нам собирались также спровоцировать в этот период вооруженные инциденты на венгерско-югославской границе, которые югославы уже начали провоцировать с пер­ вых месяцев этого года. После ж е осу­ ществления вооруженного переворота Вен­ грия получила бы экономическую и финан­ совую помощь США и ее приняли бы в ряды ООН. Отвечая далее на вопросы председателя суда, Сеньи рассказывает о своей непо­ средственной роли в подготовке к воору­ женному перевороту. Он говорит, что пос­ ле опубликования резолюции Информбюро он распространял пропагандистский мате­ риал, направленный на защиту Тито, кото­ рый он получал от Андраша Салаи. Под­ судимый признает, что свое служебное по­ ложение он использовал для того, чтобы на все мало-мальски важные посты назна­ чить своих людей или хотя бы таких, на которых можно было бы положиться в будущем. Сеньи говорит, что в последний период свои шпионские донесения он пе­ редавал американцам через Райка. — После переворота, — показывает подсудимый, — мь? должны были создать новое правительство. Политический строй Венгрии был бы преобразован по образцу Югославии. Коммунистическую партию мы оттеснили бы на задний план, в ы д в и н у в вперед народный фронт, который насыти­ ли бы кулачеством и мелкобуржуазными элементами. В экономической области иы постепенно свели бы на нет все завоевания венгерской демократии. Возвратили бы фабрики, заводы, шахты и банки старым владельцам, ликвидировали бы земельную реформу, снова вернув землю помещикам. В вопросах внешней политики, говорит Сеньи. мы также действовали бы осторож ­ но, стремясь постепенно оторвать Венгрию от лагеря мири и перевести в лагерь США. Мы вынуждены были бы делать все это осторожно и постепенно, потому что хоро. шо видели большие симпатии масс венгер­ ского народа к Советскому Союзу. Поэто. му, в частности, даж е финансовая помощь со стороны Америки первоначально ока­ зывалась бы не открыто, так как это не понравилось бы массам трудящихся Венг­ рии. Повторяю, речь шла о постешенном переходе Венгрии на сторону США. И этот «венгерский план» представлял собой только часть всего плана создания блока балканских стран, направленного против Советского Союза. Это также было при. чиной того, что мы должны были бы дей­ ствовать после вооруженного переворота очень осторожно, чтобы не раскрыть кар­ ты всего плана. Председатель: Кто вошел бы в состав правительства? Сеньи; Лица, участвующие в заговоре и сочувствующие нашей политике. Пре. мьер.министром был бы Райк. Председатель показывает подсудимому фотографии Аллен Даллеса, Ноэль X. Фил. да и Ранковича. Подсудимый Сеньи сразу ж е узнает Даллеса и Филда. Подсудимый Райк, которому также была показана фото, графия, узнал Ранковича. Председатель; Получали ли вы или Райк вознаграждения за свою шпионскую деятельность? Сеньи; Я и моя группа получили от Ноэль X. Филда 4 тысячи швейцарских франков. Кроме того, Ваги и Дэметер в 1943 г. регулярно получали от него раз­ личные суммы денег. Дважды получал от него деньги и я. Поддерживали ли амери­ канцы материально Райка— не знаю. После этого подсудимый просит суд разрешить ему сделать заявление. Получив разрешение, он говорит, что «сожалеет» о своей шпионской деятельности и поэтому говорит обо всем откровенно. — Я говорю это,— заявляет подсуди, мый, — так как знаю, что общественные круги некоторых стран и, особенно, иност­ ранные журналисты во время таких про. цессов часто пишут о том, что такие приз­ нания вынуждаются насилием или дела­ ются подсудимыми под влиянием каких-то особых лекарств. Я по профессии врач- невропатолог и еще раньше понимал неле. пость таких утверждений. Теперь ж е на своем опыте я еще раз убедился, что по. добные утверждения — ложь, и еще раз заявляю, что мои откровенные признания являются следствием моего раскаяния и кончился. решения попытаться хоть частично испра­ вить свои тяжелые преступления. Затем подсудимому задает несколько вопросов прокурор. Прокурор: Каковы, по вашему мнению, были бы последствия вторжения в Венгрию воинских частей из Югославии и Австрии? Сеньи: Конечно, ликвидация всех дости­ жений народной демократии и кровавый террор. Прокурор: Состояли ли вы в рядах сио. нистской организации? Сеньи: Члены моей группы состояли в этой организации и они одновременно тесно сотрудничали с американской раз­ ведкой. Прокурор: Что вы знаете о деятельности американских шпионов в других странах народной демократии? Сеньи: Я точно знаю, что такая ж е шпионская сеть была создана американца, ми в Чехословакии. Ею руководил с юго­ славской стороны Павлик, с которым я встречался. Павлик был в тесной связи с Лондонским чехословацким правительст­ вом, в частности с неким Копецким. Была у американцев, насколько мне известно, такая ж е шпионская сеть в Германии, Польше и других странах. На этом допрос подсудимого Сеньи за- Д о п р о с А н д р а ш С а л а и БУДАПЕШТ, 19 сентября (ТАСС). — Пятым допрашивается подсудимый Анд­ раш Салаи. На вопрос председателя суда, признает ли он себя виновным в пред’яв- ленных обвинениях, Салаи отвечает утвер­ дительно. Затем подсудимый повествует длинную историю своей гнусной провокаторской и предательской деятельности. К сотрудни­ честву в полиции, показывает Салаи, он был привлечен в 1933 году в городе Печ. Д о этого он принимал участие в сионист­ ском движении и, как он сам показывает, был достаточно политически развращен. В 1932 году он включился в молодежное коммунистическое движение, был аресто­ ван и на первом ж е допросе в политиче­ ской полиции предал всю подпольную ком­ мунистическую молодежную организацию, в которой сам состоял. Инспектор поли­ тической полиции Рети, допрашивавший Салаи, предложил ему наладить связь с полицией, и тот немедленно согласился. — Мне было поручено, — говорит под­ судимый, — узнать, кто еще из членов организации остался неизвестным хортист- ской полиции. Я проник в их доверие и предал их. Это явилось одной из причин того, что в городе Печ в течение многих лет не было серьезного молодежного ком­ мунистического движения. По поручению Рети я доставал сведения о деятельности профсоюзных организаций, о намечающей­ ся борьбе рабочих против своих хозяев. За это Рети дважды выдавал мне паспорт для поездки за границу. Он обещал также помочь устроить меня в университет. Однако Салаи уехал из города Печ и его связь с политической полицией и про­ вокаторская деятельность на некоторое время оборвались. Отвратительная лич. ность этого провокатора вновь всплывает в 1942 году. — По предложению инженера Петера Эрдеш, — говорит подсудимый, — я дал согласие работать в нелегальной комму­ нистической организации, но не успел еше включиться в работу, как все члены орга- низации были арестованы. Будучи также арестован, я выдал всех известных мне членов организации и. чтобы расположить к себе политическую полицию, сообщил о том, что в молодежном социал-демократи­ ческом движении работают коммунисты Ласло Орбан, Эндре Шагвари, Ева Лакош. Ева Лакош подверглась суровому наказа­ нию, а двух первых коммунистов полиции разыскать не удалось. Подсудимый цинично заявляет, что в полиции к нему лично отнеслись мягко, как к предателю. Он был освобожден до Гуда, был мобилизован в рабочий батальон и снова выдал целую группу молодежи из числа тех, кто, как он узнал, боролся в свое время на стороне республиканской Испании. За это предательство им была получена крупная в то время награда в сумме 1.000 пенго. Состоявшийся суд, чтобы избежать ра­ зоблачения Салаи, приговорил его к не­ большому сроку заключения Сидя в тюрь­ ме Шаторальяуйхей, он и здесь не пре­ кратил своей гнусной провокаторской и предательской деятельности. Он связался с начальником тюрьмы Линдбергом, сооб­ щал ему о нелегальной доставке заклю­ ченным политической литературы, о на­ строениях заключенных. В тюрьме в это время находилось около 400 сербских ан. тифашистов и коммунистов. Они сделали подкоп и в назначенный день устроили побег. Но полиция была предупреждена об этом. Завязалась кровавая схватка, в результате которой было убито 54 заклю. ченных и Ю передано трибуналу и казне­ но. За оказанную услугу Салаи был вы­ пущен из тюрьмы. После освобождения страны, скрыв свое прошлое, Салаи вступил в партию и стал работать в отделе пропаганды ЦК Венгер­ ской коммунистической партии. Салаи и здесь не прекращает своей предательской деятельности, направленной на этот раз против освободившегося от фашистских пут венгерского народа. Весной 1946 года его завербовал в качестве шпиона руково­ дитель югославского репарационного управ, ления майор Смилянич. Работая по зада­ ниям Смилянича, а затем главного рези­ дента югославской разведки, советника югославской миссии Бранкова, Салаи вел политическую пропаганду в пользу Юго­ славии, поставлял шпионские сведения, устраивал на руководящие посты югосллз.’ ских агентов. Смилянич особенно интере­ совался внутренним положением в Вен­ грии, соотношением сил в политических партиях, выполнением трехлетнего плана и развитием венгерской промышленности, подготовкой к выборам 1947 года, реше­ ниями ЦК партии и т. д. Подсудимый ак­ куратно поставлял все эти сведения. Ис­ пользуя свое служебное положение, Са­ лаи, по поручению Смилянича, организовал доклады, имевшие целью популяризиро­ вать Югославию и Тито и вместе с тем популяризировать план создания так на­ зываемой Дунайской конфедерации Смысл этого плана состоял в том, что страны, находящиеся в долине Дуная, должны об’единиться вокруг Тито и опираться не на Советский Союз, а на Югославию. — Смилянич указывал, — говорит под­ судимый, — что задача состоит не в том, чтобы венгерская промышленность восста­ навливала Венгрию, а в том, чтобы она помогала осуществлению пятилетнего пла­ на Югославии. Вся экономика Венгрии должна быть подчинена интересам Юго­ славии. В доказательство необходимости этого Смилянич приводил следующие до­ воды: Венгрия только тогда загладит свое фашистское прошлое, если будет способ­ ствовать укреплению Югославии. Он ис­ пользовал временные трудности Венгрии, чтобы убедить меня в том, — показывает подсудимый, — что такую страну, как Венгрия, восстанавливать не стоит, что общей целью всех народных демократий должно быть укрепление Югославии, кото­ рая является «образцом народной демо­ кратии». Я осуществлял на практике ука­ зания Смилянича, проводя антивенгерскую линию. — Смилянич заявил также, что другой важнейшей задачей пропаганды должна являться переориентация трудящихся масс Венгрии вместо Советского Союза на Юго­ славию. Когда я сказал.— показывает Салаи__ что перед трудящимися Венгрии невозможно поносить Советский Союз, Смилянич зая­ вил, что в таком случае нужно умалчи­ вать об исторической роли Советского Союза и о героической борьбе югослав­ ского народа, а восхвалять только поли­ тику Тито. — По заданию Смилянича я должен был помочь избранию Антона Роб в вен­ герский парламент. Выполнить это я мог бы только при том условии, если бы ра­ ботал в отделе кадпов Центрального ко­ митета партии. Я обратился к Олту (быв. ший начальник отдела кадров Централь­ ного комитета партии. — Прим. Ред.). В отделе кадров имелось свободное место, и Олт, не зная, какие цели руководят мною, принял меня на работу. И с п о л ь з у я свое служебное положение, я помог Робу стать депутатом парламента. По указанию Сми­ лянича, я устроил также на работу в ре­ парационное управление Иожефа Хегге- дюш. ■ — В койне 1947 года. — показы вает Салаи,— Смилянич уехал из Венгрия. П е­ пел своим от’ездом он познакомил меня с Бранковым. с котопым я договорился, что буду держать с ним связь, но непосред. г т п рн н о . а сначала через Роба, а петом Шебянича. Используя свое служебное положение, Салаи еше до опубликования решения со­ вета министров о национализации крупных предприятий, весной 1948 года сообщил о нем Бранкову. — Я, — показал подсудимый,— расска­ зал также Бранкову о решении Коминфор. ма, о котором узнал на закрытом заседа­ нии в Центральном комитете партии до того, как это решение было опубликовано. После опубликования решения Информ­ бюро, продолжает подсудимый, Антон Роб, являвшийся генеральным секретарем Вен­ герско-югославского общества, бежал. Выборы нового генерального секретаря явились открытым вмешательством юго­ славской миссии во внутриполитические дела Венгрии. Большой упор в нашей деятельности делался на работу Венгерско-югославского общества, которое занималось преимуще­ ственно тем, что засылало агентов (Огче- нович и др.) в районы, где живут южные славяне, с целью восстановить их против венгерского правительства и народной д е ­ мократии. Но это не удалось. Южные сла­ вяне стали на сторону резолюции Комин- форма. На пост генерального секретаря Венгер­ ско-югославского общества предполагалось назначить Милоша Моича. Это не входило в расчеты югославской разведки, так как она уже не была в нем полностью увере­ на. Моич был убит. — После того, как Шебянич уехал в Югославию, а Бранков опубликовал своз заявление против Тито, я, показывает под­ судимый, стал держать непосредствен­ ную связь с Бранковым. Сам характер связи не изменился. В январе 1949 года я передал ему сведения о ходе чистки в партии, о социальном составе партии, о количестве исключенных и переведенных в кандидаты. Позже такие ж е шпи­ онские сведения давались мною об армии, а также о миккотерстве иност­ ранных дел. Весной 1949 года Бранков попросил меня помочь ему достать з ми­ нистерстве внутренних дел разрешение для перехода через венгеоско.югославскую границу якобы для переброски в Югосла­ вию пропагандистского материала, направ­ ленного против Тито. Однако министерство внутренних дел отказалось выдать такое разрешение, заявив, что Венгрия не может вмешаться во внутренние дела Югославии. Отвечая на вопросы председателя суда, Салаи подробно рассказывает, кого он устраивал на различные п о ^ н п еги по поручению америк н'-когс р-звздчик °ецьи. (Окончание см. но 4 -й сгр ). 4 (