Коммуна. 1949 г. (г. Воронеж)

10 июля г., № 134 (5665)’ Л и т е р а т у р н а я с т р а н и ц а Б Е С ПО К ОЙНО Е С Е Р Д Ц Е Между марлевой занавеской и оконным стеклом жужжала и билась большая оса, неведомо откуда залетевшая в больничную палату. Тоненький луч утреннего солнца желтоватой полоской тянулся по полу и пропадал где-то в углу за белой тумбочкой. Степан Ильич долго ворочался на кой­ ке, натягивал па голову одеяло, стараясь уснуть. Он досадливо крякнул, поправил подушку и стал наблюдать за осой. Позве­ нев крылышками по стеклу, насекомое вы­ билось из сил и свалилось на подокоппик. «Ну и дура,— усмехнулся Степан Ильич,— форточка же открыта!». Из дальнего конца коридора донеслись приглушенные голоса и звяканье посуды. • «Может, они думают, что я сплю? Давай- ка посигналим». Он осторожно постучал чайной ложечкой по стакану. Дверь в палату приоткрылась, и черно­ глазая медсестра Лиза звонким шопотом, чтобы не потревожить других больных, спросила: — Что тут случилось? Степан Ильич спустил ноги с койки. —• Брюки несите... пиджак, ботинки, кепку... Кончено, отвалялся! Лиза сделала строгое лицо. — Во-первых, верхнее платье в палату вносить не разрешается, а во-вторых, от­ валялись вы или нет — позвольте нам знать. Лежите спокойно, больной! «Больной» сначала рассердился, а потом приуныл. А вдруг, действительно, задер­ жат в больнице еще на несколько дней.... С тоски пропадешь. Два месяца назад он под проливным хо­ лодным дождем делал разбивку фундамента большого здания. На другой день его при­ ш л и в больницу с температурой около сорока. Седоватый доктор посмотрел его и свернул фонендоскоп. — М-да... Сей муж надолго к нам... В четвертую палату. ...Однажды утром Степан Ильич очнул­ ся, открыл глаза, увидел задумчивую си­ неву рассвета, пробивавшуюся в окошко, и ^легченио вздохнул. Хотел было подтя­ нуть сползшее одеяло, но руки не слуша­ лись. «Шут с пим, и так будет ладно». Совершенно непонятно, почему его дер­ жат в больнице! «Лежите спокойно, боль­ ной». Попробуй улежать, когда ва окнами такая хорошая жизнь. И кажется Степану Ильичу, что все ждут его и скучают о нем Правда, строи­ тельство ведет уже другой прораб, но мало ли строек в городе! На-днях его чуть было не выписали из больницы. Все дело испортил врач с се­ доватой бородкой. Он заметил Степана Ильича в коридоре, когда тот сидел и бесе­ довал с женой, пришедшей его навестить. — Какая у больного температура? — спросил врач у медсестры. — Уже четвертый день нормальная. Гм... Выписывать все-таки рановато, возможны осложнения. Что же вы наморе­ ны делать дальше? — обратился он к Степану Ильичу. — Как что? Ясное дело—снова на строительство пойду. — Э-э нет... И не думайте, молодой чело­ век. Вам на некоторое время придется установить абсолютно спокойный режим. — В колхоз его увезти, что ли,— нере­ шительно предложила Феня — жена Сте­ пана Ильича.— У меня папа животновод, давно зовет, да никак не соберемся. — Вот-вот, — одобрил врач,— это са­ мое лучшее. Молоко, яички; чистый воз­ дух. А основное—-покой. Будете себя хоро­ шо вести— в понедельник выпишем. Сегодня понедельник. Ждал этого дня Степан Ильич. Ему даже снилось, как в палату входит врач, жмет руку и поздрав­ ляет о выздоровлением, как сестра-хозяйка торжественно вносит узел с одеждой, как ★ РАССКАЗ ★ он из «больного» превращается в обыкно­ венного гражданина. Но уже с самого ут­ ра все пошло не так. Конечно, Лиза про­ сто важничает, ничего от нее не зависит, а настроение все-таки непорчено. Поскорее бы дождаться прихода врача и доказать ему, насколько нелепо принуждать здоро­ вого человека целыми днями валяться на койке. Однако доказывать ничего не пришлось. Степану Ильичу стало немного обидно, что процедура выхода из больницы протекла чрезвычайно просто. Сестра-хозяйка, на­ блюдая, как он одевается, зевала самым откровенным образом, а с врачом он столкнулся у выхода. Тот справился о са­ мочувствии и еще раз посоветовал вести спокойный образ жизни. — Это уж непременно, — поспешно со­ гласился Степан Ильич, — через пару деньков уеду в деревню... А сам ехидно подумал: «Как же, спешу я туда, аж спотыкаюсь... Ты мне только дай выбраться отсюда». — За вами ведь жена собиралась прит- ти, — напомнила Лиза, — вы бы е» по­ дождали... Ничего, ничего, я ее но дороге встре­ чу! • • • Степан Ильич медленно шел по уличе и с удовольствием разглядывал чугунную ог­ раду сквера, тонкие деревца, опушенные нежной листвой, траву, пробивающуюся между булыжниками на краю мостовой, и лица проходящих людей, которые были не­ обычайно приветливыми и красивыми. В одном из переулков Степан Ильич за­ держался. Прислонившись спиной к дере­ вянному забору, он разглядывал, как ма­ ляр красит фасад небольшого дома. Извест­ но, что дома, как и люди, имеют свои фи­ зиономии. Этот весело улыбался всеми че­ тырьмя окнами и, казалось, приглашал; «Не стесняйтесь, заходите, пожалуйста!». Маляр работал небрежно. Краска ложи­ лась неровными полосами, и там, где про­ шлась кисть, фасад домика мрачнел и мор­ щился. — Неважно получается у тебя, па­ рень! — не выдержал Степан Ильич. — А тебе что? — ответил маляр, ые оборачиваясь. — А то... Если взялся, то делай с чув­ ством, с душой... Маляр — тот же ху­ дожник, понял? Степан Ильич взял кисть из рук ото­ ропевшего маляра и сделал несколько ши­ роких, уверенных мазков. — Понятно, в чем соль? Действуй в таком же духе, художник. Пройдя еще несколько десятков метров, Степан Ильич почувствовал, что устал. Он присел на скамейку. Теперь близко. В конце улицы за поворотом будет пустырь, а там и до дома рукой подать. Но пустыря че было. За невысокой из­ городью, около ям для гашения извести, в клубах белой пыли и пара суетились лю­ ди, где-то гудела и позванивала бетономе­ шалка, несколько дюжих ребят с лязгом выгружали из автомашины железные бал­ ки. Поодаль виднелись сложенные до по­ ловины стены корпуса. Бывший прораб, словно зачарованный, прошел в калитку мимо дремавшего сторо­ жа. Ему было и радостно, и грустно. «Да, строится город... И здесь, смотри ты, какое дело завернули. А я, вроде, от всего в сто­ роне»... Он с ревнивой завистью следил, как че­ ловек в брезентовой куртке, очевидно бригадир, лазал по лесам и что-то об’яснял каменщикам. Все были заняты, и никто не РАЗГОВОР С ДРУГОМ Мой дорогой товарищ и друг, прерви на время свой благо- ОЧЕРК родный труд, давай взойдем на поросший чебрецом курган, ★ что за околицей, и посмотрим вокруг. Равнина. Бескрайная, яркая, многокра­ сочная. Золотистый цвет озимых, взволно­ ванных знойным июльским ветерком, резко обрывается чернотою майских паров. На зеленом массиве подсолнечника уже замая­ чили желтые шляпки. За оврагом, возле темнеющего перелеска, раскинулся светло­ серый квадрат овса, за ним __ белое, до боли в глазах, небольшое поле гречихи. А дальше, огибая подбитые немецкие танки, растет красный клевер. Иа ржаном иоле — людно. Стрекочут жатки и лобогрейки, там и тут белеют платки вязальщиц. Вдоль поля идет ком­ байн — степной корабль, как его назы­ вают в народе. Пыль, будто нехотя, подни­ мается вверх и медленно рассеивается. К комбайну сбоку под’ехала бестарка. И хоть этого нам и не видно, мы знаем; сей­ час Из бункера комбайна в бестарку ян­ тарным потоком течет зерно. На твоем ли­ це появилась еле заметная улыбка, а в глазах— огонек радости. Я понимаю тебя: комбайн идет по участку твоей жены — звеньевой... ч Вместе с тобой мы шагали по студеной хляби на дорогах войны, вместе штурмова­ ли Чижовку, отвоевывали велико-букрин- ский плацдарм на седом Днепре, вместе шли но улицам золотой Праги в день ее величайшего ликования. И уже я-то хорошо знаю, как страстно ты мечтал о родном колхозе, об этом нарядном бескрайнем про­ сторе, по которому движется комбайн. Эта мечта согревала в стужу, звала вперед, на врага. В чужедальних краях много красивых мест видели мы с тобой, но нигде не встре­ чали милей вот этих, родных. Недаром же, когда мы слышали там или сами произно­ сили великое слово — Родина, в памяти неизменно возникали курган, на котором мы сейчас стоим, степь, колхоз «Путь к коммунизму», район, область, вся нсоб’ят- ная страна, Кремль, Сталин... Отсюда^ вот с этих мест, для нас с тобой начинается Родина — могучая, любимая, которую мы вместе со всем народом отсто­ яли в боях, выдержав нечеловеческие ис­ пытания... На милых сердцу просторах идет сейчас битва за урожай. Как и в каждом сраже­ нии, определено направление главного уда­ ра (досрочно выполнить свою святая свя­ тых — план сдачи хлеба государству), рас­ ставлены силы и средства (основной упор — на механизацию), установлены сроки (сжатые до предела). И мы с тобой снова воюем, снова на первой линии. Рядом с нами наши боевые друзья, с которыми мы делили горести и радости фронтовой жизни, рядом с нами и та ко- ротоякская колхозница, у которой — пом­ нишь? — фашисты повесили единственную красавицу дочку и которая со слезами радости встретила нас, своих освободите­ лей, и благословила на подвиг. Как и на фронте, не с голыми руками боремся мы ныне, не с серпом и мотыгой, которые стали музейной редкостью,__мо- обращал внимания на Степана Ильича. А он бродил вокруг постройки, похлопывал ладонью по стенам, иногда одобрительно бормотал, кое-где останавливался и пока­ чивал головой. Потом махнул рукой и на­ чал взбираться наверх по крутой стремян­ ке. Тут на него налетел бригадир. — Вы куда, гражданин? Давайте вниз! Степан Ильич, казалось, не слышал это­ го категорического предложения. Он погла­ дил бригадира по рукаву куртки и сдер­ жанно похвалил: — Ничего работаете, чистенько. Бригадир вдруг притих и конфузливо заулыбался. Степан Ильич сам чувствовал цену своей похвалы: у строительных про­ рабов это не в обычае п, когда дела идут хорошо, они предпочитают молчать. — А вов в том углу швы у вас, надо сказать, подгуляли. Бригадир поглядел в указанном направ­ лении. — Так это ж Грачева работа... Учишь, учишь его, а он обязательно что-нибудь наколбасит. — Как бы мне посмотреть на твоего Гра­ чева, может, я с ним договорюсь. Бригадир быстро пошел по гибким доскам. Через минуту он возвращался на­ зад, подталкивая перед собой рослого бело­ брысого каменщика. Тот упирался. — А кто зовет? Кому я понадобился? — Вот увидишь... Инспектор какой-то. Он тебе сейчас всыплет. Почувствовав себя в привычной обста­ новке, Степан Ильич забыл, что ему надо спешить домой. Он уверенно распоряжал­ ся, сам хватал кельму, показывая камен­ щикам приемы скоростной кладки, ругался с подсобными рабочими, опоздавшими при­ готовить раствор. И в самый разгар его деятельности, когда он с увлечением дока­ зывал преимущества русской цепной клад­ ки перед американским методом, где-то внизу мелькнул знакомый красный бере­ тик. Степан Ильич замолк на полуслове. Это его жена шла по мостовой, растерянно озираясь по сторонам. — Феня! — виновато крикнул Степан Ильич, — подожди, я сейчас слезу. Феня, увидев мужа, всплеснула руками. — Господи, да он совсем ошалел... Из больницы ушел, домой не является. Без разговора, едем в колхоз. Сегодня опять от папы письмо получила. — Ага? Что же он пишет? — миролю­ биво спросил Степан Ильич. — Что пишет... Ехать надо, вот что. Вишни поспевают, молоком хоть залейся... — Хм... Не люблю я что-то молока. — Не выдумывай. Полюбишь. На той неделе выезжаем. — Эк тебе загорелось. А электричестве там есть? —• Пока нет... — Во? видишь! — Пока нет, — продолжала Феня, — но электростанцию уже начали строить. — Да ну! — восхищенно вырвалось у Степана Ильича. — С этого бы и начи­ нала! И он ясно представил себе длинную цепь подвод с лесом и камнем, ползущую по плотине, ощутил запах свежего бетона, ус­ лышал стук топоров, перекличку рабочих на лесах электростанции. «Надо спе­ шить, — подумал Степан Ильич, — тут уж ни одного дня терять нельзя». Потом, спохватившись, он взял жену под руку и нарочито равнодушным тоном произнес: — Так о чем, собственно, разговор... По-моему, нечего тянуть до будущей неде­ ли. Давай завтра с утренним поездом и вы­ едем. Пожалуй, там вполне можно будет соблюдать спокойный режим. Георгий ВОЛОВИК. гучую технику дала нам страна... Вон идет самоходный комбайн — чудо-машина. О ней наши деды не смели и мечтать, как но смеют мечтать сейчас крестьяне капи­ талистических стран. Советские ученые, а среди них есть и наш земляк и товарищ, создали самую передовую в мире науку земледелия, а партия наша родная, советское правитель­ ство, товарищ Сталин указали нам путь к высоким и устойчивым урожаям, наметили план покорения извечного врага хлеборо­ бов — засуху. Погляди на тот склон, на котором вол­ нами переливается озимая шпенипа. Ви­ дишь, там тянется зеленеющая лента? Это — полезащитная лесная полоса. Копа деревья ее во всю мочь расправят могучие плечи, она оградит посевы от губительных суховеев, идущих к нам из астраханских степей. Под ее защитой будет расти ска­ зочный злак — ветвистая пшеница Трофи­ ма Денисовича Лысенко. А слышишь, как стучит двигатель? Это насосная станция подает живительную влагу в оросительную сеть... Пройдет немного лет, и родной наш с тобой край, как и вся страна, изменится до неузнаваемости. Границы полей севообо­ рота, берега реки, балок и оврагов, улицы села и усадьба МТС — все это оденется кудрявою веленью лесов. Вон в той низи­ не, где сейчас разгуливает отара овец, заблестит под лучами солнца огромный водоем, обрамленный вербами. По нему бу­ дут плавать тысячп гусей и уток... Благороден труд советского хлебороба! Его подвиги на трудовом фронте прирав­ нены к подвигам воинским, его трудовая доблесть так же почитаема народом, как и доблесть солдата. И это неслучайно: хлеб— нашо богатство — твое,. мое, той V • Ш ' з * 1» А ч ' ' ; Ж'ч? &*■' ч ;..Г 4 •.. ' . V; Ю - И | | | | Л ,<мя*ст? вьфаишвается 4 500 кустов роз. На снимке: работница цветоводства" а . ытреокова (учащаяся Ю класса вечерней школы рабочей молодежи № 5). фото Т. Копелиович. ★ ★ ЛИСТОВНА Листовка пожелтевшая, потерты колонки строк. Но жизнь их — на века. В подвале, ночью, в девятьсот четвертом их набирала твердая рука. В них молодая искра разгоралась, чтоб пламенем великой правды стать. Так наших дел сподвижница рождалась - оружье партии — советская печать! Г. ЛУТКОВ. ★ ★ ★ ПОЛИТИЧЕСКАЯ САТИРА Интересную учебную экскурсию по Воронежской области совершили сту­ денты-географы Воронежского педаго­ гического института. На снимке: груп­ па студентов на Галичьей горе (Во- допьяновский район). Фото М. Зубащенко. колхозницы, что благословила нас на под­ виг, всех советских людей, это—сила ч могущество нашей Родины. Да что тебе про это говорить! На твоей груди рядом с боевыми орденами и медаля­ ми красуется знак трудовой славы — Ор­ ден Трудового Красного знамени... Битва за урожай нынешнего года всту­ пила в ^заключительный и потому самый трудный этап. И хотя она только, только развертывается, уже появились герои. Их имена мелькают на страницах газет и бое­ вых листков, в эстафетах, на досках поче­ та, о них рассказывает радио, их повто­ ряют агитаторы: труженики социалистиче­ ских полей на виду у всего народа. Рас­ скажу и я тебе о некоторых из них. Роман Аникеевич Зубков, колхозник одно­ го из верхне-мамонск'ях колхозов, на косо­ вице вручную выполняет по три с лиш­ ним нормы. Тебе ль не знать, сколь труд­ ное это дело — скашивать в день более двух гектаров. Но сколько на другой же день у Зубкова появилось последователей! А Николай Гончаров из Богучара и Андрей Ремизов из Абрамовки __ эти признанные мастера уборки жатками? В прошлом году они довели выработку до 15—16 гектаров. Выдающихся успехов Николай Гончаров добился и теперь. Такие успехи сами не приходят, они бе­ рутся с боя. Когда человек поднимается в гору, ему бывает нелегко. Но зато с каж­ дым Шагом все шире открывается горизонт, все ближе желанная вершина и, глядя на нее, человек чувствует прилив новых сил. Роман Зубков, Николай Гончаров и Андрей Ремизов вместе со всем советским народом, ведомые партией Ленина— Сталина, под­ нимаются на сияющую вершину комму­ низма. Ив. СИДЕЛЬНИКОВ. Американские портреты 1. Судья Не в одном замешан деле, казнокрад и гангстер сам, он достиг высокой цели — возведен в судейский сан. Как судья и как преступник, с правом Штатов столь знаком, что ограбит и пристукнет, но нарушив их закон. Обвиняя коммунистов, он по-гангстерски неистов, Ку-Клукс-Клан в защиту взяв, он— добряк: — Убийца—прав! Так преступного закона соблюдая желтый дух, речью грубого жаргона он стране терзает слух. Хоть и туп судья Медина и лицом дегенерат, прыти этого кретина рад и Тафт и Хартли рад. Но когда народ пред’явит иск и тафтам и ему— отсидев в своей управе, первым сядет он в тюрьму. 2. Географы Приемы их несколько странны, чудны их ученые нравы... Отправятся в дальние страны, изучат и камни и травы, исследуют горы и руды, узнают про кассы и банки, блокнотов тяжелые груды испишут пытливые янки, кой-где нацарапают вкратце шифрованные пометки — и шлют небольшие трактатцы в бюро федеральной разведки. ... Давно в загнивающих Штатах географов подлинных нету — отребьем расистов проклятых они наводняют планету. В тюрьме уготовили Штаты места настоящим ученым, отдав их права и мандаты преступникам и шпионам. К. ГУСЕВ. З а в о д с к и е о г н и Летний дождь прошумел По асфальту веселой водою, Ночь, как легкая шаль, Опустилась на крыши домов, И смотрю я в окошко, Раскрытое настежь грозою, Как мерцают вдали Огоньки заводских корпусов. Скоро станет светать... Только спать не хочу почему-то. Ловят мысли мои За крылатой мечтою мечту. Я гляжу на огни, И мне кажется — в эту минуту В раскаленную печь Погружают для плавки шихту. Я гляжу на огни... И, повеяв горячим дыханьем, ’ Проплывают цеха В несмолкающем шуме станков, Или вдруг в темноте Забушует искристое пламя Из высокой трубы, Чтоб светить далеко, далеко... \ Полной грудью вдохнул |* Я дождями очищенный воздух, . Рад тому, что завод Мы подняли в суровые дни, Что горят в эту ночь Не одни только яркие звезды, , Что горят ярче звезд И мои заводские огни. Г. ПРЕССМАН, Н А Р А С Чудесная, рассветная пора! Редеет мгла над полем, над колхозом. Скрипя, телеги едут со двора И тянутся по большаку обозом. Разбуженная птица прокричит. Петух горластый запоет спросонок. И вот уж солнца первые лучи Глядятся в зеркало седого Дона. Народ с зари работает в полях, И любо слышать в этот час рассветный, Как зашумят листвою тополя, Как наши косы зазвенят в ответ им, Как на заре пастушеский рожок Сзывает на лугу большое стадо. Как в эту пору видеть хорошо, С В Е Т Е Что мы творим в своем краю богатом! Шумят хлеба, умытые росой, Поют ветра над золотом бескрайним... Звени, звени, косарь, своей косой, Прокладывая добрый путь комбайнам! Тебе дано измерить эту ширь Вэ всем ее простом великолепии. Ты, словно небывалый богатырь, Встаешь сейчас над необ’ятной степью. А урожай действительно хорош, Созрел в полях на солнечном просторе. Под зыбким ветром золотая рожь Колышется, как за кормою море... А. ТАРАСОВ. Л и т е р а т у р н а я х р о н и к а НОВАЯ ЛИТЕРАТУРНАЯ ГРУППА В Алешках, при редакции газеты «Путь Ленина», соз­ дана литературная группа. В нее вошли студенты зоо. ветеринарного техникума Н. Белоусов, И. Микляев, преподаватель А. Вишнев­ ский, учитель Липяговской семилетней школы Б. До_ кучаев, механик Н. Лету- новский, журналист П. Оди_ ноков, культпросветработник Л. Поляков и др. На первом литературном вечере выступили со своими стихотворениями молодые поэты Л. Поляков, Н. Бе­ лоусов и Н. Летуновский. Лучшие стихи, рассказы и очерки начинающих авторов будут печататься в «Лите­ ратурной странице». ПРОИЗВЕДЕНИЯ О КОЛХОЗНОЙ ДЕРЕВНЕ В Анненском районе рабо­ тает группа молодых писа­ телей и поэтов; К. Локот­ ков, А. Кузнецов, А. Коз­ лов и др. Их произведения, посвященные в основном жизни колхозной деревни, вызывают значительный ин­ терес. Стихи А. Кузнецова печатаются в альманахе «Литературный Воронеж», повесть К. Локоткова о со­ ветских студентах будет издана областным книго. издательством. В Анненском районе есть все возможности для соз­ дания литературной группы. В ПОЭТИЧЕСКОЙ СЕКЦИИ ВОРОНЕЖСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ ОСП Состоялось заседание поэ­ тической секции Воронеж­ ского отделения союза с е . ветских писателей. Ответ­ ственный секретарь отделе­ ния тов. Кретова, отметив, что в г. Воронеже и рай­ онах области работает мно­ го молодых, способных поэтов, стремящихся отра­ зить в .своем творчестве патриотизм советского че­ ловека, героический труд нашего народа, строящего коммунизм, остановилась на задачах секции по сплоче­ нию поэтических сил, орга­ низации их теоретической и творческой учебы. На собрании секции ре­ шено в ближайшее время организовать совместно с редакцией газеты «Комму­ на» вечер молодых поэтов г. Воронежа. С чтением своих стихов на секции выступили тт. М. Б е, ляков и Г. Лутков,