Коммуна. 1948 г. (г. Воронеж)
I V Н 4 IV IV О 'I I ЯНВАРЯ 1948 г., № 1 (5273) МРАК ИЗ-ЗА ОКЕАНА Мир разделен на два лагеря: демокра тии и империализма. На алом знамени де мократии — высокие идеалы общечело веческого прогресса. На стяге импери ализма — зловещие формулы войны и реакции. Оплотом и надеждой демократа ческих сил является наша могучая, силь ная советская страна. Собирателем и вдох новителем темных сил реакции ныне стал дряхлеющий «Новый Свет». Нашу страну обычно сравнивают с гра нитным утесом, стоящим гордо, неодоли мо. Этот художественный обр'’'’ содержит в себе большую историческую правду. Не мало вражеских шквалов за тридцать лет существования советского государства раз билось о грудь утеса-велпкана. Мы уверенно смотрим в будущее. На ше движение вперед неодолимо, — это говорят советские люди — люди сильной волн, неиссякаемой энергии и замеча тельных организаторских талантов. Мир знает; советский человек — не простодушный мечтатель, а рево люционный реалист. Он смел, тверд и настойчив в достижении своей цели. Его вдохновляет мудрая партия. Перед ним прямая дорога к сплющим вершинам ком мунизма. Все эго вызывает бешенство в империа листическом лагере. Самый факт существо вания и расцвета социалистического госу дарства напоминает реакционерам всех стран, что капиталистический строй до живает свой век. Сознание обреченности, страх перед неизбежным рождает у теря ющих рассудок магнатов капитала без удержную ненависть к нашей стране, к коммунизму, к демократии. И подобрав выбитый из рук Гитлера жупел «коммунистической опасности», нацепив на себя дырявую мантию кресто носцев, заокеанские гангстеры организуют поход в защиту «христианского образа жизни». Ярый враг Советского Союза Буллит торопит: «Война теперь, не то будет поз дно». «Спасение западной культуры от коммунизма не терпит отлагательства-'». Но мы уже знаем, какие «великие ду ховные ценности» собирался «защищать» от коммунистов нефтяной король сэр Ген ри ^ Детердинг и маклер аргентинских хлеботорговцев Фернандо Перес, радетели И. Г. Фарбениндустрп и Стального тре ста Гугенберг и Розенберг. Мы знаем также, чем это кончилось. Коротка память лишь у господина Гарри- мана. Он, министр торговли, больше по нимающий в «бизнесе», нежели в духов ных ценностях, недавно взял на себя мис сию нового идейного вдохновителя амери канских борзописцев в походе за спасение «западной культуры». И собственно от кого? От народа Пушкина и Толстого, Чайковского и Мусоргского, Менделеева и Павлова* 1 И о какой культуре и цивилизации речь идет? Мы знаем нечто иное. Знаем, что в США говорят: «У мусульман— Мекка, у американцев — Голливуд». А отцом аме риканской морали, фабрикуемой в Голли вуде, является Херст. Вот уже сорок с лишним лет тлетворное дыхание этого дряхлого старика разлагает вкусы п от равляет сознание американцев. Как известно, художник, который не служит интересам атомной морали, не находит работы в США. Если он не сторон ник расовой дискриминации, его травят. Если он не посвящает свой талант анти советской деятельности, ему угрожают тюрьмой. Додумались же кликушествую щие репортеры требовать ареста всемир но известных актеров Чарли Чаплина и Полла Муни за их прогрессивный образ мыслей. Но правду не задушишь. II если она об’явлена крамолой в США, то это еще не значит, что она не будет жить. Чар ли Чаплин опубликовал свое произведение «Комедия убийств» в советском журнале «Новый мир». Душно становится в Америке. Американский писатель Джеймс Фар релл рассказывает: «В США существуют все необходимые материальные предпо сылки для создания большой народной культуры. В стране достаточно типогра фий, бумаги, радиостанций, кинофабрик и зрительных зал. Тем не менее в США не существует настоящей демократической культуры. Культура общества — это его совесть, смысл ц оправдание его суще ствования. Но то, что выдается за амери канскую культуру, — это не культура. Культура есть нечто более возвышенное, чем базар, и деятели культуры не похо жи на тех, кто зазывает в свою лавочку на рыночной площади». В США культура — «де^о». В него вкладывают доллары. Доллары должны давать прибыль. Такова буржуазная мо-' раль. Говорят о «цивилизации». Но в то же время суд штата Северная Каролина при говаривает к штрафу в 25 долларов негра Роя Джонсона за то, что он сел на пе реднее место в автобусе, когда для нег ров отведены три последних скамейки. Убийство негра и переход улпцы в непо ложенном месте квалифицируется одина ково — как «нарушение общественного порядка». Какая же это «цивилизация», если в течение только года закрыто 6 тысяч школ, в 70 тысячах классов нет учите лей, 350 тысяч призванных в армию не сумели расписаться, а по данным Ассоци ации здравоохранения треть населения страны лишена медицинской помощи! Говорят об американском «рае». Но как он выглядят этот «американский рай»? Свыше трех миллионов безработных. Общий фонд зарплаты промышленных ра бочих снижен на 24 процента. Треть детей Нью-Йорка недоедает. 35 про центов жилого фонда страны по данным официальной статистики отнесены к ка тегории «трущоб». В этом американском аду есть, конеч но, и «райские уголки». Скажем, Уолл стрит. Здесь некоронованные короли сталь ные, пушечные, нефтяные и другие ус троились неплохо. 52 миллиарда долларов прибыли на крови за годы войны. 17 миллиардов — на труде народа за один послевоенный год. Вот под предлогом спасения какого американского «рая» пушечный король, владелец оружейных заводов в Бостоне, Джонсон создал экспортную фирму «Джон сон аутоматикс экспорт компанн», зая вив, что эта фирма: «Гораздо ближе по дойдет к разрешению практических проб лем, связанных с проведением в жизпь принципов международной безопасности, чем это имеет место на сессии 1 гпераль- ной ассамблеи Организации Об’едяпенных наций». Что же предлагает Джонсон для прове дения в жлзнь постттццпов международной безопасности? Оказывается, экспорт •О; жпя! М. МОРЕВ. (РАССКАЗ) Поезд в Шумиловку прибыл с опоздали- см, часам к дятц вечера, когда над не большой, присевшей в степи станцией уже нависали густые сумерки и в вечер нюю мглу врывались перзые беспокойные порывы ветра. Здесь, в тускло освещенном помещении небольшого вокзала, и столкну ла судьба этих трех человек— московского художника, инженера из областного треста и профессора мелиоративного институт, едущих по разным делам в отдаленный от железной дороги, ничем не примечатель ный, обычный районный центр. На станции профессор с трудом отыскал присланную за ним подвоху и, поговорив с кучером, пригласил в широкие розваль ни своих спутников. V ветер все усиливался. Подымая охап- м снега, он шварял им в лицо, разме тывал его по дороге и с ухарским посви стом несся дальше, © степь. Когда путни ки вышл'и из помещения, подводчик пос мотрел на мутное небо и нерешительно проговорил; — Может, переждать нам погоду-то? Но перспектива сидеть на глухой, не уютной станции, когда до цели осталось каких-нибудь 15 километров, никому не улыбалась. Решили ехать. Подняв воротни ки, поплотней прижавшись друг к другу, они уселись в сани, и пара лошадей Дружно вынесла их на дорогу. Но езда оказалась нелегкой. Меняя на правление, словно чем-то рассерженный, ветер то налетал на путников с боков, то бил пургой в глаза, то засыпал их охап ками сухого и колючего снега. Все темнее и темнее становилось вокруг, и в разгу лявшейся пурге люди перестали видеть даже идущих впереди лошадей. А через час кучер остановил коней. — Сбились с дороги, — с тревогой со общил он.— Пойду путь поищу, а вы по чаще голос подавайте, чтобы не отбиться. Через минуту заснеженная фигура ку чера потонула в метели. Ожидали его долго. И оттого настроение путников испортилось, на душе стало как-то невесело. — Вот тебе и новый год... — сокру шенно произнес инженер. — А я-то меч тал со стариками своими эту ночь про вести. Давно их не вплел... Кучер вынырнул из темноты как-то внезапно и, добравшись до саней, сообщил: — Нашел! Только будто ее та дорога, с вешками. Сюда ехал—вешек вроде не видел. — Ну, что же, — примирительно ска зал профессор. — Лишь бы выбраться ку да, а то еще в поле ночевать придется. Повернув направо, путники/ выехали па дорогу. Лошади веселее затрусили по накатанному пути, а через полчаса сквозь буранную мглу впереди засветилось не большое туманное зарево. — Что это? — спросил инженер. — Неужели до района добрались? Но это был не район. Лошади останови лись у небольшого, ярко освещенного до мика с крыльцом, над которым в клубя щейся снежной пыли электрическими ог нями призывно сверкал боевой лозунг: «Пятилетку — в 4 года!». Так это же правление колхоза имени Сталина! — обрадовался кучер. — Они сегодня электростанцию пустили. Руднев тут председателем. Вот куда забрались, километров двенадцать в сторону, .дали... В просторной комнате правления колхоза Джонсону вторит Элиот. В целях бе зопасности заатлантической республики необходимо, утверждает он, раскинуть сеть американских баз по всему миру— от Гренландии до Окинавы. Разрабатыва ются планы один чудовищней другого. Барух хочет поднять на воздух атомной бомбой мирные города. Маршалл— эконо мически задушить Европу. «Я щиплю себя, чтобы убедиться, не сплю ли я?» — это сказал Уоллес, че стный американский гражданин, бывший вице-президент, наблюдающий картину одичания в своей стране. Четыре необ явленные войны ведутся сейчас в мире, который уже два с поло виной года официально считается невою ющим; в Китае, в Индонезии, в Греции, во Вьетнаме. Колонизаторы нагло утверждают, что это не война, а простые полицейские ме роприятия. Вроде регулировки - уличного движения. Простые людп Америки, Англии, Гол ландии и Франции говорят, что они не имеют никаких интересов в далеких боло тах Кохинхины и в тропических лесах Явы. Для них сахар и каучук не имеют запаха. В Западной Германии создано дикое образование— «Бизония». Создатели ее оп равдываются, что, де, в Германии идет не грабеж, а экономически целесообразное использование двух зон оккупации. Но на рабочих собраниях в Руре люди удивля ются: куда деваются уголь, машины, тек стиль? Здесь говорят; «Нацисты кормили нас витаминами, англичане и американ цы калориями. А шесть никто не дает». Американские' империалисты непрочь повернуть историю вспять. Позвякивая долларами, они подталкивают впереди се бя королей в Греции, янычар в Турции, бонапартиков во Франции, просто преда телей в Иране, готовят для Италии по добие Муссолини. В этой атмосфере поли тического шантажа, подкупа, лжи и под лого предательства как рыба в воде по чувствовали себя все злейшие враги на рода — от неофашиста де Голля до Мос ли, от греческих палачей до недобитых итальянских чернорубашечников. По сиг налу с Уолл-стрита началось наступление на рабочий класс в ряде стран, преследо вания коммунистов и всех прогрессивных государственных, политических, профсо юзных деятелей. Однако заокеанские гангстеры и их под ручные взялись за непосильное для них дело. Стремления к свободе у народов ми ра не угасить. Сил демократии не пода вить. Они растут, крепнут; в Югославии, Польше, Румынии, Болгарии, Чехослова кии, Венгрии, Албании... Грозным предостережением международ ным авантюристам прозвучала забастовка 2 000 000 люд-.-? л*уда во Франции. От Милана до Сицилии ^«вернулось движе ние итальянского народа за демократиче ские свободы, за подлинно национальную политику. Не желают быть с американ ским ярмом на шее миллионы китайцев. Они борются упорно за независимый, де мократический Китай. Теснят наемных ландскнехтов американского капитала вой ска Свободной Греции. Крапленая карта империалистов будет бита. Будущее принадлежит, тем. кто бо рется за мир, за правду, за социализм, за коммунистическое переустройство мина. Ф. ГРИГОРЬЕВ. онп застали только одну сторожиху. — По домам разошлись, новый год встречают, — сообщила она приезжим. — Побудьте тут, товарищи, а я до председа теля добегу. Путники остались одни. Инженер подо шел к, свисающей над столом электриче ской лампочке, дотронулся до нее рукой и задумчиво'проговорил: — Я ведь электрик. И вот, видите, в степи, в деревне — электростанция... Широко распахнулась дверь, п в ком нату вошли два человека. — Ну, кого судьба послала нам к празднику? — басовито произнес высокий, крепкий старик. В широкой бороде его сверкали набившиеся снежинки, из-под густых, нависших бровей на приезжих глядели пытливые, умные глаза. Он по дошел ближе и, здороваясь, проговорил: — Председатель колхоза я, Руднев. Ка ким ветром занесло вас? П впрямь ветром, — засмеялся ху дожник. — Буран нас загнал, с дороги сбились. — Ну, коли попали к нам, будьте гос тями. Ехать вам теперь все равно не к чему’. Заночуете, а там, гляди, и погода утихнет. А пока прошу вас в хату ко мне, новый год вместе встретим... В доме председателя было людно и ве село. В просторной комнате за длинным столом, обильно уставленном всякой снедью, сидели молодые п пожилые кол хозники ц колхозницы. В комнате стоял разноголосый гомон, прерываемый веселы ми всплесками смеха. Для гостей расчистили почетное место п усадили рядом с председателем. — Праздник-то у нас сегодня вдвой не, — заговорил Руднев, обращаясь к го стям.— П новый год встречаем, и вот свет свой зажгли, станцию построили. . — Это по вашей части,—шутливо обра тился художник к инженеру, — вы ведь электрик... Услышав это, Руднев радостно схватил гостя за плечо. Да ну? Электрик? Вот дорогой гость! Дружеские Проф. Н. Успенский. Ваш труд упорный и огромный Плоды прекрасные принес: Взращенный вами колос скромный В колхозном поле стал колосс. V * Стахановцы И. Сесельев (завод им. Калинина) и И. Чурсин (завод «Электро- сигнал») Во славу нашего народа, Во славу Родины своей У них в теченье только года Пять трудовых календарей! А. М. Черных. Какие урожаи снятся ей! ' Сна о них полна забот. Но урожай ее плантации Все сны, конечно, превзойдет! V. -Г ^ Рисунок и текст В. Кораблинова. ^ Акт короля Михая об отречении от престола БУХАРЕСТ, 30 декабря (ТАСС). — Се годня в 18 часов вечера в Бухаресте ста. ло известно об отречении от престола ко роля Михая I. Вскоре после того, как бухарестское ра_ дно передало это сообщение, вышли экст ренные выпуски газет, в которых опублико. ван следующий официальный текст акта об отречении, подписанного королем Миха- ем: «В жизни румынского государства .в последние годы произошли глубокие поли, тические, экономические и социальные пре образования, которые создали новые отно шения между главными факторами госу дарственной жизни. ч Эти отношения не соответствуют ны нешним условиям, установленным основным законом страны—конституцией, и требуют безотлагательных и коренных изменений. В связи с этим в полном согласии с ответственными факторами страны, сознавая также лежащую на мне ответственность, я считаю, что монархия больше не соответствует нынешним усло виям нашей государственной жизни и яв ляется серьезным препятствием на пути развития Румынии. Вследствие этого, вполне сознавая важ ность акта, который я совершаю в интере сах румынского народа, я отрекаюсь за се бя и за своих наследников от престола и отказываюсь за себя и за них от всех пре рогатин, которыми я пользовался, как ко роль Румынии. Оставляю за румынским народом право и свободу избрать себе новую форму госу дарственного правления. Король Михай I, Дано в Бухаресте сего дня, 30 декабря 1947 года». Обращение румынского БУХАРЕСТ, 30 декабря (ТАСС), В передачах по радио и вечерних изданиях газет опубликовано обращение правитель ства к румынскому народу: «Рабочие, крестьяне, интеллигенция, сол даты, офицеры, граждане и гражданки! Король Михай I отрекся от престола. В акте об отречении, подписанном сегод ня. 30 декабря 1947 года, констатируется, что «Монархия больше не соответствует нынешним условиям нашей государственной жизни и является серьёзным препятствием на пути развития Румынии». Таким образом, румынский народ получил свободу строить новую форму государст венного правления—народную республику. Освобожденный в 1944 году из-под ига гитлеровских захватчиков и их приспеш ников внутри страны, румынский народ взял свою судьбу в свои собственные руки. Румынский народ, имея во главе органи зованную, сознательную и непоколебимую силу рабочего класса, об’единившегося с трудящимся крестьянством, устранил поме- Ну, придется вам поглядеть нашу станцию советы, может, какие дадите, с механиком нашим потолкуете, он сейчас на станции дежурит. И председатель колхоза, забыв об осталь ных гостях, завел разговор с инженером. — А мы тут лесопилку на моторе плани руем создать, электрическую дойку коров завести, да молотьбу думаем от электриче ства наладить. Опять же радиоузел свой ставим. Так что советы ваши нам очень нужны будут. — А лозунг видели? Про пятилетку? — возбужденно продолжал Руднев.—Это кол хозники сами пожелали. Раз мы боремся за то, чтобы план в четыре года выполнить, так пусть наш лозунг сверкает над колхо зом, чтобы его за сто верст кругом видно было. А пока председатель вей беседу с инже нером, художник в это время, не отры ваясь, смотрел на сидящую в конце стола девушку, на ее будто точеные черты лица с большими темными глазами. Была она одета в светлую блузку, на плечах ее ле жал яркий цветной шаток, и вся она по казалась художнику каким-то чудесным цветком, занесенным в эту комнату. — Кто это?—прервал он Руднева, — указывая глазами на девушку. — Вы про кото? А... про Аннушку... — Это звеньевая наша, на героиню труда представлена, по двести пудов хлеба с каж дого гектара собрала, да свеклы по 800 центнеров выходила. — Ну и хороша!—восхищенно прогово рил художник.—Так на полотно и просит ся. Вот кого нарисовать-то... — Да вы, товарищ, не художник ли, случайно?— осведомился председатель. Гость утвердительно кивнул головой. — Родной ты мой! — обрадованно вос кликнул Руднев'.— Что же ты молчишь? Да мы тебя отсюда и не пустим, ты нам так нужен, так нужен, просто позарез. И порт реты наших передовиков писать надо, и партизан наших изобразить, и для клуба нам картины нужны, настоящие, художе ственные, чтобы с них бога/гая наша жизнь правительства к народу ЛЕ00001. шичье иго, наказал предателей своих ин тересов и изгнал из управления страной всех, кто защищал интересы его порабо. тителей. Таким образом,, румынский народ смог создать себе демократический режим, кото рый он и. продолжает укреплять. Монархия являлась препятствием для развития нашей страны на пути к режиму народной демократии, которая обеспечила бы всем трудящимся материальное и куль турное благосостояние, обеспечила бы не зависимость и суверенитет румынского го сударства. .**• • С упразднением монархии перед нашей народной демократией открываются новыа пути к великим достижениям. Рабочие, крестьяне, интеллигенция, сол даты, офицеры, граждане и гражданки! Возвысим новый.строй жизни нашего го сударства—Румынскую Народную Респуб лику, родину всех трудящихся». Обращение подписано всем составом ру мынского правительства. глядела... Да тебе тут на целый год работы хватит, только пиши, пожалуйста. Не принимавший до этого никакого уча стия в беседе профессор наговорил с сидя щим рядом пожилым колхозником, на гру ди которого посверкивала партизанская медаль. Старый ученый расспрашивал сосе да о мпнувпгах боевых партизанских де лах, о жизни и работе восстановленного колхоза. — Ну, а теперь я бригадиром работаю,— рассказывал сосед.— Год-то ноне хороший, хлеба вырастили много, крепко стали мы на ноги: хаты новые ставим, клуб воздвиг- нули, свет вот какой запалили, а теперь за орошение принимаемся. — Как за орошение?—заинтересовался профессор. — А как же! Государство нам большие деньги дает, 120 гектаров орошать будем, тут у нас уже мелиораторы были, все пла ны составили. Установку теперь ждем. — Вот как!— обрадовался профессор. И, прерывая разговор председателя с художни ком, зашумел:—Товарищ Руднев! Может, и я для вас полезным окажусь? Как никак, я лекщш по мелиорации читаю, молодежь нашу учу...—шутливо произнес он. — Это профессор мелиоративного инсти тута, шепнул инженер председателю. Рудне® даже привстал от неожиданности. Ну, и удача мне сегодня!—прогудел он на всю комнату. — И до вас, товарищ профессор, ©опросов у меня много будет — насчет поливки и прочего. И еще оживленнее потекла беседа за столом. И случайно попавшие в колхоз го родские люди, и хозяева затворили о кол хозных делах, о новых планах, о том, как растет и подымается в новым высотам ар тельное хозяйство. А часовая стрелка приближалась к две надцати. Взглянув на нее, председатель колхоза прервал беседу, поднял руку и, когда шум за столом призатих, сказал: — Так что, друзья, товарищи, давайте нальем наши чарки. Зараз в новый год шагнем. И пусть этот новый год принесет нам в нашей колхозной жизни новые ра- Военные действия в Греции БЕЛГРАД, 30 декабря (ТАСС). — В сводке верховного штаба демократической армии Греции и в сообщении агентства «Элефтери эллада», переданном вчера ра;. диостанцией Свободной Греции, говорится, что 25 декабря части демократической ар мии начали наступательные операции про тив 75-й бригады правительственных войск, обороняющих город Коницу. Овладев ча стью высот, господствующих над городом, части демократической армии в результате ожесточенных боев прорвали сильно укреп ленную оборону противника и 27 декабря вечером, ворвались в город. В течение 28 декабря демократические части освободили юго-западную часть города и вели кроз% пролитные улпчдые бои в центре города. Противник пытался оказать помощь окру женному гарнизону с самолетов, но почти все сброшенные на парашютах грузы попа дают в руки демократических частей. Радиостанция подчеркивает н а ч а в ш у ю с я деморализацию солдат правительственных войск, считавших Коницу н е п р и с т у п н ы м пунктом. Все попытки противника оказать помощ^ укрепленному гарнизону Коницы из Янинк потерпели полный провал. , д . V / >' а ! ‘ ' • '"V КАЗНЬ ИСПАНСКИХ КОММУЬ истов > ЛОНДОН, 30 декабря (ТАСС). — Как передает агентство Рейтер из Мадрида, С е годня в Мадриде об’явлено, что испанские коммунисты Агустино Сороа и Лукас Нуньес казнены 29 декабря. В ГОРПАРТКАБИНЕТЕ января, в 19 часов,—лекция по работе В. И. Ленина «Материализм и эмпирио критицизм» (цикловая лекция по произведе ниям классиков марксизма-ленинизма). Чй. тает т. Тищенко. 2 января, в 19 часов, — групповая кон сультация о текущем моменте. Проводит т. Пухлов. дести, чтобы ещ© крепче стояли мы на но гах, чтобы еще богаче и краше была ваша родная советская земля. И когда сорвались со стены первые уда ры часового молоточка, поднялся Руднев и» оглядев присутствующих, проговорил: — А еще я хочу сказать, товарищи, чтобы первый наш стакан мы подняли за нашу родную большевистскую партию, за нашего дорогого товарища Сталина, именем которого назвали мы наш колхоз. Встали с мест колхозники, поздравили друг друга с новым годом и дружно крик нули «ура». И снова за столом вспыхнул-у веселый гомон голосов. * Потом выпили за нежданных гостей, за новую электростанцию, за будущие уро жаи, и долго еще стояли в хате оживлен ный говор, смех и шутки. А когда колхозники разошлись и трое приезжих улеглись на разостланное для них душистое сено, долго не спали они, слушая старого колхозного вожака Петра Егорыча Руднева, прошедшего тяжелый партизан ский путь и теперь снова строящего свое большое колхозное хозяйство. И каждый из них думал в эту новогоднюю ночь о чудес ной родной стране, о новой светлей чело веческой жизни, о том, что вот они, город ские люди, случайно попавшие в колхоз, встретили здесь таких близких и родных людей, такие близкие и интересные для них дела. И весь колхоз казался им боль шой опытной лабораторией, в которой на практике 'решались важнейшие научные и практические вопросы. Они думали о том, как волею мудрой партии изменилась жизнь деревни, как исчезают грани, разделявши© когда-то се ло с городом. И снилось им в эту НОВОГОД НЮЮ ночь и сверкающая огнями колхозная’’ электростанция, и веская зелеиь орошен, ных полей, и большая выставка в Москве, где на видном месте красуется портрет чу десной девушки—колхозной звеньевой со скромной звездой Героя Социалистического Труда на груди. И. о. ответ, редактооа А. П. ШАПОШНИК. Заказ № 4.1948 г. Тираж 70 000 экг
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz