Коммуна. 1946 г. (г. Воронеж)

В ИЮНЯ 1946 г., № 115 (4871). Л ОМ М У Н А 3 С А Т 4 Р 4 4 Р 1 Щ 4 Ц « А « А л . Ш У Б И Н БОЛЬШАЯ АРИФМЕТИКА I Ш & - Студентки мединститута тт. Гаршина, Аранская, Заикина и Кур­ дюкова готовятся к зачетам. Фото X. Копелиовича. Возвращение Время позднее, нерабочее, а в кабинете Григория Даниловича ярко горит висячая «молния». Григорий Данилович сидит за столом, напро­ тив него — секретарша, такая мо­ лоденькая. что посетители сельсове­ та запросто зовут ее Надей, а сам Григорий Данилович — внучкой. Надя заканчивает посевную свод­ ку. Привычная работа на этот раз у нее не клеится. «Отпустит, пли не отпустит?» — думает она, пог­ лядывая на Григория Даниловича.— «Ни за что не отпустит». И цифрь? сводки начинают ей казаться уди­ вительно противными. Такое состояние девушки вполне об’яснимо. В ее сумочке с утра ле­ жит телеграмма, извещающая ее о приезде в город одного знакомого лей тенанта. Разумеется, в город приез­ жает ежедневно много лейтенантов, но этот особенный — Надин лей­ тенант, и ей очень хочется завтра поехать встретить его на вокзале. Но разве об’яснишь это Григорию Даниловичу. Скажет: «А как же работа?» и не пустит. «Сидит, слов­ но сыч, и думает, — сердится На­ дя,—наверное о том, что в «Крас­ ной Заре» плохо сеют, вот и сер­ дится. Ни за что не отпустит»... Надя ошибается. Совсем не о том думает Григорий Данилович. У него думы свои, сокровенные, торжест- веинце и немного грустные. Перед войной, когда стукнуло ему шестьдесят восемь лет, стал, помыш­ лять Григорий Данилович об уходе на покой. Удержала в ту пору Гри­ гория Даниловича одна мысль: две­ надцать лет ходил он председателем, последний раз выбрали его по ста­ линскому закону прямым и тайным голосованием единогласно. Такое доверие до конца оправдать надо! Так и не решил Григорий Данило­ вич 'Вопроса об уходе, а там война * прянула, и он сам собой отпал. И вот пришел мир, долгождапный, радостный, озаренный блеском вели­ чайшей победы... Об этом думает Григорий Данило­ вич: много сделано, много видано, теперь уже и на покой можно. И заменить старика теперь есть кому, потому что война очень многих от­ личных людей вырастила. Размышления Григория Данилови­ ча прерывает мерный и четкий стук мужских шагов. Оба — и Григорий Данилович и Надя поворачивают головы в сторону двери. На дороге вырастает статная фигура в красно­ армейской шинели Григорий Дани­ лович приподнимает очки, разгля­ дывая позднего посетителя. — Честь имею явиться, —- ве­ село говорит тот. —■ Здравствуйте. Григорий Данилович! Прибыл р ва­ ше распоряжение .. — Постой, постой... Никак Федор Глазнев! — Он самый!—прибыл по демо­ билизации... А и Надюшка здесь? Слышал— секретарствуешь? Здрав­ ствуй, Надюша! Разговор получается простой и несерьезный, по мнению Григория Даниловича, не соответствующий торжественности минуты. Ведь че на базар человек ездил, а с фронта, из Германии вернулся?.. — Погоди, не егози, Федор! — останавливает он гостя. — Коли вернулся, нужно по поряд■ ку. Во-первых, шинель расстегни. — Зачем, это? Ведь я сейчас пой­ ду... — Затем, что она у тебя не стек­ лянная, а мне твою грудь видеть желательно. — А, понимаю... Федор распахнул шинель. На зе­ леном сукне гимнастерки поблески­ вает гвардейский значок, с левой стороны пестрит колодка с орден­ скими лентами. — Так, — говорит Григорий Да­ нилович. За боевые заслуги одобряю... Те­ перь расскажи мне, за что орден Красного знамени имеешь? — Да так, за дело одно... Григорий Данилович хмурится. — За «так» этакую награду не дадут. Рассказывай по порядку. Но Федор уклонился от рассказа, пообещав сделать это при следую­ щей встрече. Старик согласился, но тут же осведомился, а что Глазнев— партийный человек? — Так, так. Партия она всегда лучших к себе призывает,— говорит Григорий Данилович, довольный тем, что в селе прибавился еще один коммунист. — Так, так... Ну, а о буду­ щем что думаешь? У нас в сельсо­ вете останешься, или иное место знаешь? — Обдумывал я это и решил так: при родном селе и родном кол­ хозном деле остаться. Был бригади­ ром, бригадиром стану. Лицо Григория Даниловича свет­ леет. — Зачем бригадиром? Теперь и выше можно, работы непочатый край... А тянет • она, родина-то? Везде хорошо, а дома лучше? Проводив гостя, Григорий Данило­ вич щелкает ключом стола и достает из него голубую ученическую тетрадку. На обложке этой тетрад­ ки, о существовании которой изве­ стно одной только Наде, красуется надпись: «Учет героев Глазневского сельсовета». Внутри тетрадка разлинована по графам. Вслед за порядковым номе­ ром идет большая графа для фами­ лии, имени и отчества, потом для звания, а затем многочисленные гра­ фы с названиями орденов и меда­ лей и, наконец, «примечание», где Григорий Данилович отмечает даль­ нейшую судьбу отличившихся глаз- невцев. Дойдя до страницы, еще не запол­ ненной до конца, Григорий Данило­ вич вписывает новую строчку. «249. Глазнев Фед. Ив. гв. стар­ шина». Проставив против фамилии палоч­ ки под наименованиями орденов, Григорий Данилович доходит до «примечания» и задумывается. «А что, — размышляет он, — вот по­ ставь его на мое место — и уп­ равится. Очень стоющий человек». Мысль добрая, хорошая, верная, но от нее старику делается немнож­ ко грустно. «Нет такого человека, чтоб один все дела переделать мог, — успока­ ивает он себя. — И го сказать, есть чем отчитаться». И ему представляется, как будет он выступать на предвыборном соб­ рании. — Товарищи1 — скажет он. — О том, что такое советская власть и большевистская партия, лучше гет­ то судить по делам и фактам, а фак­ ты—вот они... И здесь он вытащит голубую тетрадь и расскажет о том, сколько отличных людзй выросло в глазнев- ском сельсовете, об их славных те­ лах на полях сражений и трудовом фронте. Надя точно угадывала мысль Гри­ гория Даниловича. — Федора Ивановича записали в тетрадку? — спрашивает она. —. А то как же, — охотно отве­ чает он,—обязательно записал. И сегодня мы с тобой имеем на учете без одного четверть тысячи. В глазах Нади мелькает лукавая улыбка. Она вспоминает о пристра­ стии Григория Даниловича к «круг­ лым» числам: то и дело жалуется: «Эх, а до сотенкп-то не дотянули». — Григорий Данилович, — изда­ лека начинает Надя, — а ведь я вчера от Даши Булыгиной письмо получила. Эта новость мало трогает предсе­ дателя. . , г Какой еще. Дапга? — спраши­ вает он. — От школьной подруги. Вер ненькая такая... Помните, когда я к вам полила работать, она в фельд­ шерскую школу учиться поехала? — Вспоминаю... — Пишет, что на фронте была и теперь уже лейтенант медицинской службы. Григорий Данилович насторажи­ вается. — На фронте, говоришь, была? А какие качества проявила? — Она о себе мало пишет... Вот карточку прислала. Хотите посмот­ реть? Григорий Данилович берет кар­ точку. На него смотрит веселое и мужественное девичье лицо. — Теперь хорошо вспомнил, — говорит он. — Славная девушка..: Постойка-ка, что это у нее?... Григорий Данилович поднимается и идет к лампе. — Пойди-ка сюда, — зовет он Надю, — что это здесь? Оба. разглядывают карточку. Сом­ нения нет — на правой сторове гимнастерки четко чернеют два ор­ дена «Красной звезды», а слева — медаль, но какая— понять невоз­ можно. . — Письмо-то ее при тебе? — спрашивает Григорий Данилович. Давай почитаем... Письмо бодрое, веселое и умное. Питая его, Григорий Данилович улыбается, а, прочитав, достает тет­ радку. — Что ж ты, внучка, раньше молчала, ведь ее, пожалуй, запи­ сать надо? Теперь мы с тобой имеем ровно четверть тысячи... — Точно — четверть тысячи! Самое время заговорить Над-; о поездке в город — может быть, и отпустит? Но Надя не успевает открыть рта. Лицо Григория Даниловича ста­ новится деловым и серьезным. — Сводку закончила? — спра­ шивает он. — Закончила, можете подписать. — Так, хорошо... Григорий Данилович просматри­ вает сводку, подписывает ее, потом лицо его делается еще серьезнее. — На сегодня с делами покончи­ ли, — говорит ои,—а на завтра... «Все кончено! — мелькает в го­ лове Нади, — все, все кончено». — На завтра, — неторопливо продолжает Григорий Данилович, — тебе поручается срочное задание... Под очками старика, около глаз, едва приметно вздрагивают веселые морщинки. — Отправиться в город, — нето­ ропливо продолжает он.— и провеет: день, как пожелается, а мы уж как- нибудь без тебя одни здесь упра­ вимся. Понятно? Ты что думаешь, внучка, я не уразумел, о чем ты думала, когда мне утром телеграм­ му показывала?.. Стар, стар, а ума пока не прожил... Наде очень хочется броситься на шею Григорию Даниловичу и расце­ ловать его, но она прекрасно знает, что нежностей он не любит. — А теперь можешь отправ­ ляться домой—туалеты готовить,— заканчивает Григорий Данилович. Оставшись один, старик еще раз достает голубую тетрадку и пере­ листывает ее, потом задумчиво гово­ рит: • — Ежели по одному нашему Глазневскому сельсовету четверть тысячи, то сколько же по всему Союзу отличных людей имеется? Многие тысячи тетрадок исписать надо! Очень большая арифметика! Вот опять иду по тем дорогам, Что ведут в знакомые поля, Где мальчишкой резвым, босоногим Пробежала молодость моя. Все,. что вижу, всей душой об’емлю. Радость сердца, чем тебя унять? Хочется упасть на эту землю, Как родную мать поцеловать. Не моя ль здесь молодость бродила По просторам пашен и лугов И не ты ль, земля, меня вскормила Сочной гоудью золотых хлебов? За тебя в любую непогоду Спал в окопах, шел через снега, За тебя через огонь и воду Я дошел до логова врага, Вспоминал я часто на чужбине Трепет рощ березовых твоих. У меня на сердце и поныне Огонек той грусти не утих. Милый край мой, родина моя. Я, твой сын, пришел к тебе опять, Чтоб твои широкие поля Всей душой попрежнему обнять. Алексей БАГНО. [ М о с к в а ишел я с запада домой 3 родимые нрая. Во всей нрасе передо мной Москва, Москва моя. Иду на Москворецкий мост И улыбаюсь всем. Стоит в сияньи алых звезд, Как сказка, дивный Кремль. На звезды я бросаю взгляд И шаг держу ровней: Стоит у строгих стен Нремля Священный мавзолей. В метро ступаю на перрон, И свет мне бьет в лицо Подземных мраморных колонн И сказочных дворцов. Иду Арбатом не спеша, Вокруг меня — друзья. О как легко поет душа: Москва, Москва моя! К тебе горячую любовь Как мне вместить в слова? Я каждый камень твой готов Расцеловать, Москва! Я видел земли дальних стран, Пебедой окрылен. Я от друзей твоих — славян Принес тебе поклон. Болгарка с проседью густой Сказала мне: «Молю, Ты передай поклон земной Московскому Кремлю». Словацкий мальчик школьных лет Мне гордо произнес: «Мы в Братиславе видим свет Кремлевских ярких звезд». В час ликованья, в час побед Мне говорил хорват: «Ты передай Москве привет, Когда придешь назад. Нас не страшила в битвах смерть, Страна моя жива. У нас два солнца есть теперь Одно из них — Москва». В разливах вешней синевы, В цветеньи майских дней Я думал — сколько у Москвы Есть на земле друзей! Пройдут столетья чередой, Но вечно, как маяк, Стоять ты будешь нал землей, Москва, звезда моя! И. СКРИПКИН, V гвардии старший лейтенант. Н О В Ы Е К Н И Г И Воронежским областным книге-' издательством подготовлены к печа­ ти новые книги воронежских пи­ сателей: А. Шубин «Доктор Вели-1 канов размышляет и действует», Н. Алехин— «Рассказы» и избран­ ные рассказы, фронтовые очерки и письма Бориса Пескова, погибшего смертью храбрых в бою с немецко- фашистскими захватчиками. П и с а т е л и В о р о н е ж а к г о р ь к о в с к и м д н я м \, Воронежские писатели готовятся отметить 10-ю годовщину со дня смерти великого русского писателя Алексея Максимовича Горького. В Воронежском отделении ССП будет проведено литературное собрание памяти А. №. Горького с докладом В. Петрова «Горьковские традиции советской литературы». о жизни и творчество А. М. Горь­ кого сделает М. Подобедов. С до­ кладом о Горьком для молодежи Центрального района выступит 0. Кретова. Писатели П. Прудков- скии, М. Булавин, М. Сергеенко, 10. Гончаров проведут в горьков­ ские дни доклады и беседы о А. М. Горьком на предприятиях и в уч- Доклад для пропагандистов города реждениях г. Воронежа. Мих- М О Р Е В „ Ж И В А Я В О Д А “ (РАССКАЗ) Ленка стояла перед профессором в драной кофтенке, босая и с упря­ мой настойчивостью твердила: — Примите, дяденька, ей-богу гожусь. Я и бегать могу, и ио горам лазить умею. Я все могу. Сдвинув на лоб очки, профессор внимательно смотрел на стоящую перед ним девочку. — Сколько же тебе лет? — спросил он. — Мне-то? Пятнадцать, дядень­ ка. Ей-богу, пятнадцать... — выпа­ лила Ленка. Профессор улыбнулся. — Ну, хорошо. Приходи завтра Пораньше. Поедем. Так Ленка попала в экспедицию профессора Дубова. С той норы каж­ дую весну, как только устанавли­ вался путь, зеленая полуторатопка профессора появлялась в Белогор­ ском. Ленка, с ловкостью обезьян­ ки, взбиралась на ее кузов и, до­ вольная ярким солнечным днем, звонко и радостно шумела шоферу: — Поехали, Максимыч! А на привалах после утомитель­ ных экскурсий девочка вниматель­ но следила за тем, как геологи сортируют добытую породу, как бережно завертывают они ее образ­ ны в бумагу. Отдыхая у востра, Дубов расспрашивал Лепку о ее школьных делах, рассказывал ей о богатствах земных недр, об откры­ тых нм залежах мергелей, о том, что вот в этой степи, у берегов тихого Дона, скоро возникнут но­ вые цементны'1 заводы и как это изменит лапо сего края. Крепкая дружба пролегла между старым ученым и простым деревен­ ским подростком. Ленка сделалась необходимым членом небольшой ге­ ологической партии. Никто лучше ее не мог так молниеносно вска­ рабкаться почти на отвесную мело­ вую кручу, проникнуть в пещеру. Старый геолог научил ее различать разнообразные виды ископаемых, находить среди них полезные и нужные. И с видом знатока, де­ вочка заполняла свою походную сумку добытыми образцами и с важ­ ностью раскладывала их перед профессором. В один из жарких июньских дней, когда в походной машине Дубова иссякла вода, Ленка прого­ ворила: — Тут недалеко, в овраге, ключ один есть. Только вода там нехоро­ шая — соленая какая-то и горь­ кая... — Как соленая? — насторожил­ ся профессор. — Где этот ключ? — Километра за три отсюда, к селу ближе. Только чем туда заез­ жать, лучше к Дону проехать. Но старый геолог поехал не к Дону, а к заинтересовавшему его ключу. Опустившись в овраг, он осмотрел расселину, из которой бил родник, попробовал на вкус воду и долго стоял над ним задумчивый и строгий. А йотом этой водой он за­ полнил всю- имеющуюся у партии посуду и, прервав изыскательские работы, умчался в город. Появился он в Белогорском неде­ ли через три. Увидев Лейку, ласко­ во погладил ее встрепанные косич- ки и загадочно проговорил: — А водичка твоя не так уж плоха, Лена. Даже, можно сказать, полезная и нужная вода. II почему ты раньше не сказала о ней? П Дубов рассказал девочке о чу­ десных свойствах найденной ею воды, о блестящих, даже неожидан­ ных результатах, какие дали пер­ вые анализы. А уже на следующий год Лена провожала к источнику целую ко­ миссию ученых людей. II люди эти говорили, что скоро на этих местах вырастет новый курорт и тысячи советских людей со всех концов страны будут приезжать к этому источнику, чтобы лечиться его «живой водой». Закончив работы, профессор, как всегда, тепло прощался с Леной. — До весны, — говорил он. — А пока ты учиеь. Вот кончишь школу, пойдешь в институт, ста­ нешь геологом. Партия уехала. Потянулись одно­ образные зимние дни. В один из декабрьских вечеров Лена получила от профессора письмо. Пн сообщал, что проект строительства курорта уже утвержден, что весной он приедет вновь и еще немало они найдут па придонской земле полез­ ных и нужных родине ископаемых. Но пришла весна, а Дубова не было. Его задержали в Москве по важным делам. Об этом Лене рас­ сказали прибывшие из Москвы лю­ ди. Вооруженные инструментами, они измеряли площадь будущего курорта, изучали почву, климат, направление ветров, проектировали под’ездпые пути, намечали площад­ ку строительства. И вдруг эта бьющая ключом жизнь приостановилась. Долетела до Белогорского страшное слово, перс- оорнуло оно всю жизнь. Война... Быт нюнь 1941 года. * * * По вечерам Лена выходит из хаты и с беспокойством прислуши­ валась к отдаленному грохоту. — Подумать только, куда до­ шли... — удрученно шептала она подругам. А через село, на восток, двига­ лись войска, обозы, шли люди с тележками, нагруженными скарбом, шли старики и старухи, дети и ма­ тери с грудными младенцами из пуках. С тоской смотрела Лена на этот человеческий поток, я по верилось ей, что враг близок, что немцы до­ берутся до Белогорского. А орудийные раскаты станови­ лись все слышнее. И вот война пришла в село. Всю ночь на улице гремели выстрелы, над селом рвались снаряды, и Лена вместе с матерью и сестренкой по­ спешили укрыться в погребе. Там они пробыли до самого рассвета. А утром, осторожно выбравшись из погреба, Лена осмотрелась и вышла на улицу. Гола было не узнать. Вы летевшие из окоп стекла сверкаю­ щими брызгами усеяли землю, по­ среди улицы дымились развалины школы, на выгоне жарким пламенем полыхали колхозные амбары. Будто, смерчь прошел по селу, все пере­ путал, разворошил, обезлюдил... Лепа прошла к огороду. П там, в густом вишняке, окаймляющем усадьбу, 'она и услышала легкий стон. Подойдя ближе, она увидела незнакомого бойца. Бледный, с крепко закушенной губой, лежал ои, не шелохнувшись, на траве, ск­ рашенной кровью. Увидев девушку, он поманил ее пальцем. И когда Лена наклонилась над раненым, он прерывисто про­ шептал: — Скоро конец мне. Вот доку­ менты, сохрани. Когда придут на­ ши. передай им. Пусть знают, как погиб лейтенант Груздев. Жене от­ пиши, адрес тут есть... Недоговорив, уронил голову н впал в беспамят­ ство. ...Очнулся Груздев в глубокой каменной пещере. Было в ней тем­ но и прохладно. Лежал лейтенант па заботливо сооруженной из травы постели, ноги его были перевязаны чистыми бинтами, рядом на камне лежал его пистолет, тут жэ стояла большая бутыль с водой. Потянувшись к бутыли, лейте­ нант с жадностью глотнул холод­ ную влагу и недоуменно раскрыл глаза. Была вода какая-то соленая, горьковатая и неприятная на вкус. С досадой он выплюнул зе. А когда стемнело, он услышал легкий шорох и вскоре возле него выросла девичья фигура. — Ну как, живой тут?—про­ шептала Лена, — Живой. Это ты меня сюда упрятала? —спросил лейтенант. — С Дуняшкой мы тебя перета­ щили сюда. Тут покойней тебе будет, немец сюда не заглянет. — В селе-то немцы? — глухо спросил он девушку. Лена с минуту помолчала, а по­ том с тоской ответила: — Ош, проклятые... — Да., — протянул лейтенант. Пу, ничего, потерпи, вернутся на­ ши. Вот только досада, свалили ме­ ня не во-время. С минуту помолчали, з йотом Лена спросила: — Ты воду-то пробовал? — Пробовал, — ответил ране­ ный. — Стопроцентная дрянь. Ты уж посвежей найди, коли помочь думаешь. — Ну и чудак — рассерди­ лась Лена. — Ничего ты не пони­ маешь, а еще лейтенант. Это «жи­ вая вода» из истопника. Тут ку­ рорт думали строить, людей лечить, а ты — «дрянь»., И Леля рассказала раненому о том, как ош обнаружили этот ис­ точник, что говорили о нем приез­ жие ученые. — Вон ты какая, — удивился Груздев. — Л'' что же, выходит я первым попал ни твой курорт. С того дня Лена каждый вечер бежала в рощу, оттуда спускалась в лощину. Прячась за густыми кустами молодого дубняка, добира­ лась до оврага и проникала в пе­ щеру. Там она заботливо перевязы­ вала перебитые осколком ноги лей­ тенанта, ставила ему компрессы из «живой воды», а потом рассказы­ вала о том, что делается на селе, о зверствах и издевательствах немец­ ких злодеев над колхозниками. Лейтенант только поскрипывал зубами, сжимал от тоски и гнева кулаки и бессильно ронял плеву на постель. Так и текла эта тревожная, пол­ ная опасности жизнь в меловой пещере. И когда девушка не пока­ зывалась день-два, ранзный еще больше ощущал свое одиночество и беспомощность и с тревожным огоньком в глазах поглядывал па лежащий рядом пистолет. А потом в пещере снова появля­ лась Лена и с ней возвращались ] ацшь, надежда, вера в спасение. I Так и шли дни, недели. Прошел месяц, другой. И случилось так, что вошла раз Лена в пещеру, а навстречу ей человек идет. Девуш­ ка даже крикнула от испуга. А лейтенант смеется: «Видишь, хо­ дить учусь. Может вырвусь скоро из этой могилы, воскресну вроде.,». Видно на пользу пошла «живая вода» могучему организму лейте­ нанта Груздева. Все крепче и креп* че становился он на ноги, а когда пришла осень, когда по ночам на землю стала ложиться непроглядная тьма,— собрала Лена лейтенанта, провела его ей одной известными ходами да тропинками к Дону и, прощаясь, наказала: — Возвращайтесь скорее, заждал­ ся вас народ., И лейтенант вернулся. Вернулся в тот радостный день, когда под ударами красных воинов покатился враг от донских рубежей на запад. В только что оставленное немцами село вошла наша разведка и вел ее лейтенант Груздев. Лена издали уз­ нала его высокую фигуру и броси­ лась к нему. — Пришли., родные.... — шеп­ тала она. Крупные слезы радости оросили девичье лицо. Лейтенант крепко расцеловал девушку и, ощущая на губах соленый вкус, рассказал товарищам о своей спасительнице, о дивном источнике, что помог ему уйти от верной гибели. И уходя из села, бойцы лейте­ нанта Груздева заходили к источ­ нику, наполняли свои фляги «жи­ вой водой» п гнали с ней врага без устали на запад до того завет­ ного дня, пока над вражзекон сто­ лицей ярким полымем не заалело сверкающее знамя нашей Победы.