Кировец. 1977 г. (г. Липецк)

Нинолай АНСЕНОВ Здравица народному депутату Почетно и сложно быть депутатом: Права и обязанности переплетаются. У нас человек с депутатским мандатом Слугою народа в стране считается. А в заморской стране иной, Где избиратели подкупаются, Где бизнес и кризис всему виной, Лишь перед золотом пресмыкаются... А я голосую в свой праздничный день За плоть от плоти народного сына, За дочь народа я голос отдам, Рожденных Советской Россией. горячие с пахучею жарой. О X л И пусть я не был ветераном, Солдатом огненных годов. Но хлеб ржаной ценю недаром... Он нас спасал от холодов В ту злую зиму лихолетья. И помню, помню, как сейчас. Как умирали, пухли дети Однажды мама испекла мне пышек, посыпала их сахарным песком. И я собрал своих друзей-мальчишек... Мы обжигались пышкой, как огнем. А пышки, правда, только что из печки, ФОТОКОНКУРС „Наш труд, наш отдых" Ю. ЖИТЕНЕВ. «Последняя по­ пытка». (Инструктор спортклу­ ба «Пламя» неоднократный при­ зер крупных соревнований по лег­ кой атлетике мастер спорта СССР Петр Вышлов), Иван СТРЕЛЬНИНОВ Е Б Е От лебеды В тот горький час. О, хлеб ржаной. Ты — наша сила! Богатство Всей моей страны. Тобой сильна моя Россия с седой, былинной старины. И гулко бились детские сердечки, и хлебный дух витал над головой. А где-то там, в тиши между боями, отец мой грыз заржавленный сухарь. И думал я: вот если б был он с нами, была б цы проходят выступления певцов, музыкантов, танцоров из РСФСР — участников Первого Всесоюз-. ного фестиваля самодеятельного художественного творчества тру­ дящихся. На верхнем снимке: народный ансамбль танца «Нартхаса» Ур- ванского Домакультуры Кабарди­ но-Балкарской АССР. На нижнем снимке: на ‘сцене Дворца культуры Первого Госу­ дарственного подшипникового за­ вода выступает ансамбль ятаги- сток Бурятского хорового общест­ ва из города Улан-Удэ. Фотохроника ТАСС. Москва. Во Дворцах культуры крупнейших предприятий столи- УЧАСТНИКИ ФЕСТИВАЛЯ- В СТОЛИЦЕ не только пышка — и букварь. ВениаминЦЫГАНОВ О А Э Н А Ступив на берег златоглавый, Я стольным городом дивлюсь, С которым в пору Ярослава Крепчала Киевская Русь. Ладьи, что Славутичем плыли, Встречал чарующий полон... О, как же преданно любили Мужья своих прекрасных жен! Ну что ж, и в нынешних хоромах Княгини славные живут: Одну я вижу в сладких дремах. Ее Олэною зовут. Через ворота Золотые Я въеду в Киев на коне: Благослави меня, София, Олэна будет ждать в окне... Пускай каштановый Крещатмк Цветет улыбками княгинь. Князьям в свои сердца вмещать их И подниматься в неба синь! Анатолий ФИСЕНО Великолепная пора: С утра еще ночная свежесть, А днем звенящая жара И ветра яростная нежность. Великолепная пора. Когда по лужам серебристым, Под небом празднично- лучистым Музыка пронизывает ночь, Разрывая тьму волной эфира, И антенны ей спешат помочь Зазвучать во многих точках мира. Зеленый дым листвы По роще Свои владения простер, И было бы Подумать проще: «Это не роща, А костер...» Бежит вприпрыжку детвора. А меж зеленых стен аллей, Как будто маки заалели У пионеров на груди. Идут — и песня впереди. А мир таким наполнен светом. Какой бывает только летом! Над Землей в накидке дождевой Я лечу за радиоволною. И пронзаю сумрак гопубой, Оставляя утро за спиною. И лился свет Зари неброской От угасающего дня, И ветер Все шептал березкам, Что нету Дыма без огня... ДОБРОТА Говоришь беспокойным голосом о заботах сегодняшних дней. Разукрашены жизнью волосы, И морщины друг друга длинней. Тело будто придавлено древностью — слово вымолвить тяжело. Но такой от них веет душевностью, Как зимою от печки теплом! Говоришь — не лукавишь, не мудрствуешь, Ненавязчиво говоришь. Но желаньем бороться, чувствую, загораешься вдруг изнутри. Походить на тебя хочу я, Жизнь хочу я в борьбе постигать. Чтобы мог все плохое корчуя, загораясь, других зажигать. В. ЗЕНИН, конструктор отдела главного сварщика. РАССКАЗ м о л о т о к Отец ругал мою козочку, когда она, залезая на крышу до­ ма, нюхала трубу, чихала, виляла хвостом и вообще чувствовала себя там в центре внимания. ...Соседка Надя не захотела оставлять четырех родившихся козлят, а мама сжалилась и взя­ ла мне. Мы поили их коровьим молоком и горячей водичкой, ста­ вили на теплое место. А как только заострилась травка, я ста­ ла заправским пастухом. Дедушка Иван Артемович, доб­ рый, интеллигентный человек с ореховой тросточкой, часто встре­ чал нас по дороге на выгон. — Как же зовут козляток? — интересовался он. — Синичка! — кличу я,, и ко­ зочка с голубой шерсткой быстро оборачивает голову. — Кузя, — называю следующе­ го. Кузя вопросительно взглянув из-под волнистого чубчика, пере­ стает жевать. — Зиночка! — и третья, верт­ лявая самая, смотрит на меня понятливыми глазами. — А это Молоток, — представ­ ляю, наконец, мою любимицу, изящную комолую козочку чер­ ной масти. — Отчего же Молоток? — не спешит расстаться с забавной компанией дедушка. — Значит, молодец, — заклю­ чаю я, потому что баловница по­ лезла в огород. — Куда же вы сейчас? — Де­ душка вскидывает руку с трос­ точкой и, опершись на нее, вы­ прямляет для поддержания шага. — Куда они, туда и я, — гово­ рю. Но козлята, словно щадя мою пастушескую честь, доходят до развилки и ждут, куда поверну. Корм и здесь неплохой, но они-то знают, что дальше, ’в лощине, полно бурьяна и сурепки, можно по уши скрыться в клевере, пере­ хватить колоеков, освежиться свекольником. А в леске поблизо­ сти они расчухали сено и моло­ денькие дубки (их все равно по­ том прореживали). Понравилось в песке наваляться и — в тене­ чек! Молоток всегда возле меня. Только поднесу ко рту что-ни­ будь съестное — земляничку, огу­ рец или хлеб, — сразу унюхает пушистым, чистеньким носом. Уважать начнет. То бочком за­ форсит — припрыгнет, то поло­ жит свою безрогую голову на ко­ лени, глаза прикроет и тихо­ тихо сопит себе, вроде б не го­ лодная. И ни жадности, ни воров­ ской хитрости не обнаружит, съест то, чем поделюсь. Притупишь бдительность и — в сад! Ненадолго убежит, а все равно обидно, скажут хозяева, что плохо стерегу. Но шмель загу­ дит или хлестнет вдалеке пастух кнутом, и тут как тут она, возле ног моих, испуганная и послуш­ ная. Растолкает друзей своих заспанных, подзадорит чуть-чуть, и те затевают... спектакль. Сцепив рожки, Кузя и Зиночка упираются лбами, стучат друг на друга копытцами. Потом, верт­ ляво кинувшись назад, встают на задние ноги и норовят при паде­ нии снова стукнуться лбами. Тог­ да Молоток ловко поддевает Ку­ зю, чтоб- не особенно злился, и тот послушно выходит из борьбы. Он берет в зубы травинку и важ­ но шевелит ею, словно папиро­ ской. А «девочки» придумывают дру­ гие игры. Молоток убегает пря­ таться, а Синичка следит за ней во все глаза. Соскучившись, начи­ нает кричать дрожащим голо­ ском: «Пле-э-э! Пле-э-э». Моло­ ток шустро выскакивает с не­ жданной стороны, и обе, как на­ тянутые струнки, летят ко мне, запыхавшиеся и довольные... Первого сентября мама отвела меня в класс, и козочки, расте­ рянные, бежали следом чуть ли не до школы. Маму и отца они совсем не слушали, в стадо не хо­ тели, и пришлось их продать. Дол­ го годя, самой последней продали Молотка. В. КУПАВЫХ.