Кировец. 1973 г. (г. Липецк)

Русь - Родина По большим полям. По холмам, Лесам Не устану я по Руси бродить. Не устану я по Руси бродить — Спозаранку день на заре будить. Мне печаль-тоска Ни к чему Сейчас. А хором-дворцов и не надобно. Мне хором-дворцов и не надобно. Лишь цвела бы Русь белым садом бы! Только б ветер мел Желтый бархат Крон, Да летели б вдаль гуси-лебеди. Да летели б вдаль гуси-лебеди, Прилетали б вновь, не обидели. Удаль русская Мне милей Всего — Загорелая да вспотелая, Загорелая да вспотелая, На особый лад пышнотелая. Мне печаль совсем Ни к чему Сейчас. Ведь хором-дворцов мне не надобно. Мне хором-дворцрв и не надобно. Лишь цвела бы Русь белым садом бы! И. Х А Р И Н . С т р а ш н ы й Сегодня бухгалтерский отдел напоминал пчелиный улей. Только что инструктор по физкультуре Озим Ибрагимович притащил но­ вость: соседний конструкторский отдел вызывает бухгалтеров на соревнование. Оставив счета, все сотрудники плотным кольцом окруж ил и ин­ структора. — Утрем, дорогой, вам нос. Утрем по всем статьям, говорю М ыш кину, — захлебывался Озим Ибрагимович. -— А тог ехидно улыбнулся и пожал плечами: дес-. кать, посмотрим еще. К а к бы на­ оборот все не вышло. Такой наглости от соседей ни­ кто не ожидал. Перебивая друг друга, все разом завозмущались. Н о больше всех надрывался пред­ седатель цехкома Иван Кузьмич: — В а г это номер! Противно да­ ж е слушать. К то в прошлом году в домино «генеральскими» из-за стола вылез? К о го в ту субботу в преферанс ободрали? — А в крестики и в нолики? — подсказала Надя Самохвалова! — Да. Но сейчас совсем другое дело, — продолжал Озим И браги­ мович. — Чтобы поддержать свой престиж, они вызывают нас на соревнование... по боксу. Все разом замолкли. Иван Кузьмич почему-то заскучал и, схватившись рукой за сердце, по­ шел к своему столу. Сотрудники тож е моментально заняли свои места. — Постойте, — крикнула Н а ­ дечка. Н о ее никто не слушал. —- К о го пошлем? — нарушил молчание Озим Ибрагимович. — Ведь подумают, что струсили. — Ивана Кузьмича! — вырва­ лось у Надечки. — Нет уж , увольте, — встрепе­ нулся предцехкома. — Годы уж е не те, голубуш ка. М не до пенсии два го д а ' осталось. Д айте спокой­ но доработать. — Знаете, что, — предложил. Озим Ибрагимович, — давайте пошлем Колю Евдокимова. П а ­ рень он молодой. Спортивный, на­ до сказать, парень. Разрядник. Недавно пришел в отдел. — И с работой справляется, — поддержал Иван Кузьмич. — Ему и карты в руки. — Д а вы что, товарищи, — заикал Коля, — Говорят, у них в отделе кандидат в мастера по боксу, а у меня второй разряд, да и то_ по шахматам. Убить мо­ жет. — Пострадай, Коля, за общее Дело, — сказал Иван Кузьмич. — Надо. Очень надо. Семьи у тебя нет. Если будет худо — позабо­ тимся, даю честное слово, ка к председатель цехкома. — Коленька, милый, — залепе­ тала Надечка... Евдокимов тяжело вздохнул и сказал: — Хорошо!.. И страшный день наступил. Д о выхода на ринг .оставалось не­ сколько минут. Коля Евдокимов лежал на спортивном мате и, Сталелитейный цех. Идет плавка. Фотоэтюд М. Манаенкова. УТРО Мой день, зовущий песнями — Он, кан дитя мадонны, По бархату небесному " Идет — новорожденный. Ему навстречу труд несу — Хлеб-соль на полотенце... И пусть захватит радостью, Как первый шаг младенца. * * * Пусть небосвод и чист и тих, Пусть гром гремит над головой — В любое утро, в точный миг Я исчезаю в проходной. Вот ждет меня машинный ряд, Друзьям почтенье отдаю. Нан будто все за мной следят И пишут летопись мою. О жизнь, за щедрые года Перед тобой непогрешим. Пусть и не буду никогда На высоте твоих вершин. С. Ф Е Д Е Р Я К И Н , инженер-конс груктор. О С Е Н Ь Я еду в трамвае, а осень вдогонку. Прямо скажу, не ленива она: То желтые листья отбросит в сторонку. То плачет дождем у окна. И только ступеньки покину трамвая. Чувствую, чмокает грязь под ногой. Иду, незаметно для всех проклиная Тех, кто назвали ее золотой. А сяду за стол за обеденный дома, В чувстве уюта обида уйдет. И вижу — сынишка ручонкой знакомой Яблоко желтое мне подает. Смотрю на него и на яблоко тоже, Щеки мои загорелись огнем, Хотел бы я видеть, на что стал похожий, Да зеркала нету в кармане моем. Теперь никогда не хочу торопиться, Обиды слать в адрес и свой и чужой, Сгорев от стыда, надо просто влюбиться В ту самую грязь на дороге земной. Н. Ш А Д Р И Н , слесарь четвертого механо­ сборочного корпуса. М О Н О Л О Г Любимая! Устал я жить тревогой, Но долго будет, длиться этот путь. И будут загораться над дорогой Лампады звезд, мерцающих чуть-чуть. Я не ищу покоя. Избавь, боже! Но я скажу, ни капли не тая, Что на стремленье к тишине похожи Мои дела и заповедь моя. * Есть большая, любимая, разница: Плакать от боли и плакать от радости, Быть судьею и быть Когда я шел под сонным снегопадом И свежий след еще хранил тепло, Твоя звезда опять же, как лампада. Глядела сквозь оконное стекло. Но я ушел. Скорее по наитью, Чем за свои немногие грехи. Себя связал я золоченой нитью И заковал в чуть грустные стихи. подсудимым. Крепко любить и быть... нелюбимым. ВЯ Ч Е С Л А В П А П И Н , конструктор. П Е С В нас живут родники Вместе с клубами пыли дорожной. Перекресток сроднил Нас с тобой, кан прохожих. Ну прощай, не суди Мой уход так ревниво и остра. Перехлесты судеб, Как дорог перехлесты.’ Ухожу по полям: Извини, родниковость босая. * Благославляю боль. Кляну привычку к боли. Кто боль разбавил прелестью очей... день бледнея, следил за своим буд у­ щим "соперником, который мощ ­ ными ударами методически сми­ нал старенький заплатанный бре­ зентовый мешок. — Ничего себе бугай, — тр у­ сил .Евдокимов. — Такой раз треснет, будто лошадь копы том— и домкратом не поднимешь. Соперник в сиреневой майке и в кож а ны х тапочках на босу ногу сДул челку, свисавшую на лоб, и ловко запрыгал на пятках, ко п и­ руя Мохамеда Али. Евдокнмовское сердце в страхе перевернулось. В животе что-то булькнуло, И ЛИПКИЙ ХОЛОДНЫЙ ПОГ испариной покрыл Колькины ла­ дони. Когда главный судья в микро­ фон пригласил соперников на ринг, Евдокимов пошел туда, ка к на эшафот. Перед глазами к р у ^ ми поплыли лица друзей и знако­ мых. Затем почему-то всплыл хвойный венок с алыми б ум аж ны ­ ми розами, перевитый траурной черной лентой: «Незабвенному Н. Ф. Евдокимову от группы то ­ варищей». Волна жалости к са­ мому себе охватила К ол ьку, и в груди, в области сердца, он по­ чувствовал резкие толчки. — Ваш боксер готов? — обра­ тился судья на ринге к Озиму Ибрагимовичу. Тот утвердительно кивнул и легко подтолкнул Колю к середине. И тут Евдокимов увидел Н а ­ дечку, которая с нескрываемым восхищением следила за ним, В. Борисов н я Но глаза так болят, Так болят, высыхая. Сотни верст прошагав, Пересохший, уставший, Опаленный в лугах, Передрогший по чащам, — Я пойму, рассудив, Став прямым, словно, тополь: Перехлесты судеб — Перехлесты притоков. Ты всей собой сжигаешь мою кожу, Но умоляю, чтобы горячей. держа в руке букетик гвоздик. Евдокимов улыбнулся ей. Но улыбка вышла какой-то кислой и неуклюжей. ’ Л о пнул гонг. И Николай, за­ крыв глаза, смело пошел на пр о ­ тивника. Что было потом, он помнил смутно. Противник почему-то при­ жался к канатам и надрывно заголосил: «Мама!». Судья сразу остановил бой. И под гром аплодисментов высоко поднял Кол ькину руку. Сотрудники на р уках несли ге­ роя три квартала. Он был счаст­ лив. Н о больше всех радовались предцехкома, Озим Ибрагимович и Наденька. Утром на работе появилась «молния» с теплыми поздравле­ ниями в а-дрес чемпиона. Целый день сотрудники чествовали Евдо­ кимова. А в конце работы к нему вдруг подошел Озим И брагимо­ вич и сказал: — Соседний отдел вызывает нас ца соревнование по плаванию. Т ак что будь готов. — Я же плавать не умею, — жалобно сказал Евдокимов. — Если утону? — Д аю честное слово предцех­ кома, — сказал Иван Кузьмич, — у тебя семьи нет... Но тут вступилась Надя: — Мы с Колей завтра расписы­ ваемся. Я ни за что не пущ у его в бассейн. Хорошо, что тот «бок­ сер» оказался кандидатом в ма­ стера по теннису. Поплыву я. Коля облегченно вздохнул и с благодарностью посмотрел на бу­ дущ ую жену. А. М АРЕ В . Рассказать тебе сказку!.. Да ладно. Нынче ветер капризный и злой. На осенней тропе переплясы, Кружит лист с снеговою крупой. Это страшная старая ведьма Закрутила небес колесо. Мчатся тучи, скрывая деревья От вишневой зари полотном. И В АН С Т Р Е Л Ь Н И КО В , кладовщик-приемщик отдела сбыта. СОЛДАТУ И Д Р У Г У Ты пишешь — стосковался очень, Что ждешь нескорой встречи ты со мной. А мне тут не хватает просто мочи . Быть без тебя совсем, совсем одной. Как ива, наклоню я в воду ветки, Чтоб люди не видали слезы те... Какой же я была с тобою ветхой. Какою сильной стала я теперь! И я люблю тебя, жду днем и ночью, Позвал бы что ли, крикни — прилечу, Коль правда ждешь ты нашей встречи очень, Мне моя верность будет по плечу. Н. КОС ТИ Н А . ПРОЧТИТЕ ДЕТЯМ К О Т И ПЕС Во дворе стоит забор, Кот Василий на заборе. Под забором пес Задор, Вредный пес — ну просто горе! Бедному Василию, Как бы ни просили вы — Ни за что не даст Задор Потереться об забор. Л . КО Л Т У Н О В . Страница подготовлена литера­ турной студией Дворца культуры.