Кировец. 1962 г. (г. Липецк)

!|»»*»*«им»***«|мь#**м1#*#*#**г»ее*ее*ег»е1е#е*е»е»ее|1 В есна и поэзия. Эти слова неотделимы друг от друга. Нет такого времени года, кото­ рое могло 6М „соперничать" с весной в смысле упоминания в стихах. С весной поэты сравнивают и любовь, и юность, и труд. Вес­ на-олицетворение поэзии, вдохновенья, радости, счастья. Сегодня мы знакомим наших читателей с новыми произведения­ ми местных поэтов. Написанные по-разному, они в то ж е время объединены общим чувством, проникнуты лиризмом и любовью к людям. Л я т е р а т у р я СТ Р АНИЦА Станислав СЕРИКОВ Д Е В Ч О Н К А Выла озорной девчонка, Была козырной девчонка, Возьмёт за рога хоть чёрта И справится с ним сама; Носила девчонка чёлку, Плясала девчонка чечётку, А взглядом очей Своих чёрных Сводила ребят с ума. Мы звали девчонку артисткой, Писали девчонке записки; Мы все поголовно влюблялись, Понравиться ей старались. Хотелось нам всем хоть малость Быть смелыми рядом с нею, Девчонка над нами смеялась, А мы обижаться не смели, Семнадцатйлетние парни. Мы были её рабами. Посадили Танюшу в конторку, Чтоб выписывала наряды; На столе вислоухим котёнком Телефон* примостился рядом. Десятью глазенапами с диска На Танюшу уставилась киска. Уставилась и не пожмурится- Удйвительная умница! Протянула Татьяна руку, Поднимает чёрную трубку, Зажужжал, замурлыкал котёнок, Заморгал, замигал, чертёнок! И спросила Танюша:—Игорь?— И румянцем покрылась мигом. Зашептала в трубку;—Сегодня? Ровно в семь? Ну, конечно, свободна! Трубка тихо легла на рычаг. У Танюши искринки в очах. Чудеса творятся с Татьяною- Сидит за столом полупьяная. В конторку заходят рабочие, Подписывают наряды, Смотрят в счастливые очи: -Чему ты, Танюша, рада? А Таня только смеётся, А Таня не признаётся, Косится на телефон— Как бы не выдал рн. Но чёрный котёнок замер И не моргнёт глазами. Была огневой девчонка, Была боевой девчонка. Она под своими чарами, Как фея, держала дом; Взаимностью не отвечала, В ответ головой качала Да так поводила очами, Что ночью не спишь потом. И вдруг... подменили девчонку, Перекроили девчонку: Стала девчонка строгой, П О Э М А Стала совсем недотрогой. Былая шальная весёлость Вдруг у девчонки пропала, Утром через посёлок Идёт на работу, как пава. Губы у ней—напомажены, Чёлка на лбу—разглажена, Юбочка—абажуром, Кофточка—разутюженная, И вся-то девчонка ажурная, И вся-то она воздушна я.,. Живёт в нашем доме по-прежнему, А стала какой-то нездешнею. Напрасно играешь, девчонка! Зря ты скрываешь, девчонка! Ты думаешь—нам неизвестны Эти твои секреты?— Вон ои стоит у подъезда. Закуривает сигарету,,. Откуда ты, парень, явился? Сквозь землю бы ты провалился. Или нашёл бы невесту Себе из другого подъезда, Приходишь сюда в потёмках И даже не знаешься с нами. Оставил бы нам девчонку Такую, какую мы знали: Гордую и непокорную— Дьяволицу нашу чёрную, Да пострадал бы ночами, Да походил бы следом, Записки писал бы сначала Да ждал бы сто лет ответа... Мы любовались девчонкой, Мы вместе смеялись с девчонкой, Всегда подчинялись девчонке И верили ей всегда. А нынче никто ей не нужен, Она забывает про ужин— Девчонке голову кружит Тот, кто приходит сюда. Откуда такая оказия? Откуда такие напасти? Девчонку наверно сглазили, Наобещали ей счастья. Уходит от нас девчонка. Мы глупо её потеряли. Ой, очи волшебные чёрные, Вас тоже околдовали! Что стало, девчонка, с тобою? Кому ты сдалась без боя? Глаза твои чёрные стали Серыми от печали. Напрасно ты брови подводишь. Приглаживаешь чёлку: , Парень к тебе не ходит— И ну его, Таня, к чёрту! Подумаешь—был интересным! Подумаешь—был аккуратным! В двенадцать часов к подъезду Тебя приводил обратно! Да что гы нашла в нём такого? Ведь ты же сама—будь здорова] Брось ты, честное слово; И улыбайся снова! Обвисли чёрные уши У телефона-котёнка. Три дня не видно Танюши, В конторке—другая девчонка. Сидит со студёным взглядом, Выписывает наряды. Толстая, белобрысая, По имени Наташа, Выписывает и выписывает— Не улыбнётся даже. В конторку заходят рабочие, Заходят, дымят папиросами, Бывало всегда хохочут, А нынче все серьёзные. Скажут сквозь зубы полслова И замолкают снова. С Наташей совсем не шутят— Странные, странные люди. Сидит Натаща-толстушка, Забрызганная веснушками. Пригладит светлые волосы, Вздохнёт, поглядит в окошко И скажет простуженным голосом: — Эх, красоты бы немножко... Дождик потоком мутным Переполняет лужи... Мы видели нынче утром, Как в дом возвратилась Танюша. Маленькая и тонкая, С выцветшими глазами, Она пронесла ребёнка, Не поздоровавшись с нами. Долго на лестничной клетке Стояли мы, чуть не плача. Нам после сказала соседка, Что у Танюши—мальчик. Сказала с ехидной улыбочкой, Как будто мы все провинились, И мы почему-то на цыпочках Тихо во двор спустились. А дождик всё лил осенний— Нудный, холодный дождик. И каждый из нас, наверно, Молчал об одном и том же... ««и»—>м» ^ Николай БИРЮКОВ ВЕЧЕР В СЕЛЕ Туман в лощинах курится, Вечерний воздух чист. Идёт по сельской улице С гармошкой тракторист. Вдали багровым пламенем Плескается закат. В садах цветущих яблони, Как в инее, стоят. Искрятся звёзды ранние В просторе голубом. Любовные страдания Взлетают над селом. Поёт гармонь без устали, Частушками звеня, Про наши сёла русские, Про русские поля. И девушки бедовые, Забыв про все дела, Несут ей песни новые Со всех концов села. Бежит тропинкой узкою В поля ночная сонь, И льются песни русские Под русскую гармонь. Евгений ВИКУЛИН МОЙ ГОРОД Как близкого друга при встрече Хочу тебя крепко обнять. Готов я с тобой весь вечер Огни над рекой считать; Здороваться о липами в парке, Улыбки знакомых ловить И в зорях от домен жарких Хочу я с тобой побыть. Мой город, я сердце оставил В твоих бирюзовых глазах... Не смог я себя заставить Об этом молчать в стихах. В Е С Сергей ПАНЮШКИН Н А В садах ещё голые ветки, Дождями исхлёстанный снег, Крылатые тёплые ветры Летят; говорят о весне. У птиц перелётных забота; Ровняя кильватерный строй, Летят—что ковры-самолёты— Лебёдушки вешней порой. Широкие крылья лебёдок. Как белые шали девчат, Седеющий мой одногодок, Вздыхая, промолвил: «Летят,..» Он вслед улетающим птицам, Покуда не скрылись, глядел. За тёмной измятой ресницей Солёный зрачок заблестел. И он пошутил в оправданье, Мужскую суровость храня; «Без глаза... Теперь на заданье К врагу не направят меня», „ Я вспомнил разведку той ночи, , __ .............................. . . I '|Н Н (1 1 Н !И М * » М 1 » 1111М 111М П и11111Ш М 1М Ш 1К 11»1|||М 1М »>М 9М Ц Н *11рШ Ц Н |>|М >1>1М Ш *1И в*1*НМ >Н 1# Как вынес его на плечах. —Скажите, он выживет? Точно?— Пытал у сестёр и врача. А было всё это на фронте Такой же весенней порой, Мы вылезли с ним из воронки. А в небе лебёдушек строй. Недолго на них мы глядели Нелёгким тем памятным днём— Нам сосны, берёзы и ели Грозили свинцовым огнём. А к полночи в часть возвращаясь, Я шёл по «ничейной» земле, От ноши тяжёлой качаясь, Шагал, спотыкаясь, во мгле.., И вот мы стоим, загрустили. А птицы, что скрылись в пути, Лебяжий пушок опустили, Медалью он лёг на груди. ВОЗВРАЩЕНИЕ Поля, перелески, покосы и сад, Встречайте, вернулся со службы солдат. Мешок вещевой за окрепшим плечом, Я жадно склонился над резвым ручьём. Струю озорную губами ловя, Я понял всю звонкую радость ручья; Он, словно безумный, смеялся и пел, Я тоже смеяться и плакать хотел, И ласковый шелест подружек-берёз Мне детство напомнил, родное до слёз. Какая-то птица вспорхнула с ветвей И крикнула, словно спросила;—Ты чей?/ Мне крикнуть хотелось той птице в ответ: —Я ваш! Я вернулся. Привет вам, привет/ С Ч А С Т Ь Е Широка земля целинная! Распахнулась гладь степей . Дай мне руку, выйдем, милая, Погулять в простор полей. По росе, тропинкой узкою Рука об руку пройдём. Хороша сторонка русская, Степь умытая дождём. Дорогая, ненаглядная/ Посмотри, какая ширь; —Позади хлеба бескрайние, Впереди в огнях Сибирь. Рожь волнуется высокая, Шелестит пшеничный ус. Всё смотрю в поля далёкие И никак не насмотрюсь. А. ЛЯПУШОВ, обрубщик чугунолитейного цеха.