Елецкий дневник. 1913 г. (г. Елец)

9 К Л Е Д К І И ДНЕИНИКЪ . Л '2 8 0 щикп, первые враги и себѣ и другимъ. Вся бѣда, горе злосчастье и состоитъ въ томъ, что слово у всѣхъ расходится съ дѣломъ. Изстари вездѣ на бѣломъ свѣтѣ во­ шло въ обычай, обратилось въ привыч­ ку привѣтствовать, поздравлять другъ друга, родныхъ и знакомыхъ съ Но­ вымъ Годомъ, съ новымъ счастіемъ, желать благополучія и въ предпріятіяхъ скораго успѣха. Всѣ прекрасно и знаютъ, что п лич­ ное и общественное счастіе, безопас­ ность зависятъ отъ достойнаго, честна­ го прохожденія каяѵдымъ своихъ обя­ занностей, коі’да каждый служитъ Богу вѣрою, начальству правдою, памятуя, что всякій чешовѣкъ созданъ во Христѣ Іисусѣ на дѣла благая (Еф. II—10), предназначенъ къ осуществленію добра, истины и красоты, что въ семъ н есть цѣль, сущность, смыслъ жизни. Нобьт годъ гі будетъ счастливъ, какъ говоритъ Златоустъ, для тѣхъ, кто въ первый день новолѣтія и въ послѣ­ дующіе мѣсяцы, всегда постууіаетъ бо­ гоугодно и благочинно (Филпп. І \ ’— 8 ). Напротивъ, неудачна судьба, незавид­ на доля тѣхъ изъ христіанъ, кто ведетъ себя неодобрительно, по сти­ хіямъ міра, увлекаясь всякимъ вѣтромъ лукавыхъ лжеученіи богохульнаго не­ честія (Еф. І \ ’—14 и Кол. I I— 8 ). Желая устроить рай земной, братство, равен­ ство и свободу современники сами то шага одного не дѣлаютъ впередъ по осуществленію хорошаго, лучшаго или идеала въ той или другой области, огра­ ничиваясь благими порывами, забывая о благой и совершенной волѣ Божіей: творить благо и бѣгать злаго (Пим. XII— 2—5), не осуществляютъ вообще христі анскихъ добродѣтелей: вѣры, надежды ы любви. Вѣрное и прочное у.лучшеніе благосо­ стоянія народнаго наступитъ тогда, ког­ да общество христіанское, благочести­ вое вѣрныхъ собраніе или св. Церковь Христова въ православномъ русскомъ государствѣ» путеводною своею звѣздою изберетъ Новый Завѣтъ или Св. Еван­ геліе, въ Вертепѣ родшагося Христа Бога Истиннаго. Если семья христіан­ ская, школа и храмъ Божій, какъ мѣсто собранія вѣрныхъ, благочестивыхъ, па- болсп/лхъ мужей, женъ іі дѣтей окажут­ ся общедоступнымъ учнливі,емъ вѣры и блг(гонравія всѣмъ отъ мала до велика и не замѣнятся суетными зрѣлищами, представленіями, ристалищами и без­ стыдными игрищами, гдѣ служатт. не Богу--добра и всякія утѣхи, а кумиру— мірскому зла лукаваго искусителя Зѣдь горнее и земное согласить нельзя т. е. работать и Христу и мамонѣ. Преуспѣвать въ добрѣ, поспѣшать въ благомъ-естественно и означаетъ стремленіе къ счастію, особеппо обнару­ живающееся въ искренней, вѣрной, на­ стоящей любвіг къ ближнему, по пеире ложному изреченію Богослова: кто ска­ жетъ любитъ Боі’а, а брата своего нена­ видитъ—тотъ лжецъ, ибо богочтец'ь пе- обиясаетъ брата своего (I IV— 20 )никог­ да и нигдѣ. II пока есть время, доколѣ живы люди для счастія обоюднаго всѣ должны дѣлать благое всѣмъ и каж­ дому (Гл. \ ' І— 10 ), потохіу что кто что сѣетъ, тотъ и пожинаетъ свой плодъ добротворенія, самъ куетъ, пріобрѣтаетт счастіе, благополучіе н благоденствіе. Безъ добраго труда, не будетъ хороша­ го плода:— счастіе гщусбій добродѣющгіхъ. Блюститель. *) Епископъ Ѳеофанъ З а творни къ—ельча- нинъ : Путь ко спасенію... Какт> аснть... Писі.ма о христіанской жнанн... (Путевыя впечатлѣнія). Хочешь поѣдемъ вь Архангельскъ? спросилъ меня мой пріятель, уже нѣс­ колько лѣтъ подрядъ перескакивающій съ поѣзда на поѣздъ и заѣзжающій до мой, только па нѣсколько дней. Сначала мнѣ показалось нѣсколько страннымъ это нредлоліеніе: зимой, въ стул;у, ѣхать къ Бѣлому морю, но по томъ мысль повидать далекій, гдѣ то на краю свѣта, :чи снѣговъ и льдовъ затерявшійся уголст.ь Россіи, о кото- томъ я слышалъ и читалъ, какъ о ка­ кой то сказкѣ, представилось мъѣ ори­ гинальной и интересной. Въ Ялту про­ сто поѣхать. Но въ Архангельскъ?!. Черезъ два дня мы уже садились въ скорый . поѣздъ Передъ отъ­ ѣздомъ родные и знакомые смотрѣли на насъ съ нѣкоторымъ прискорбіемъ вѣроятно, па отправляющихся па сѣ­ верный полюсъ смотрятъ съ такимъ же скорбнымъ сочувствіемъ и съ сомнѣ піемъ, все ли у ыутегаествепниковъ па мѣстѣ въ головѣ. Забавляясь такимъ подозрительнымъ вниманіеігь. мы ве село раскланивались подъ свистки тро нувшагося поѣзда и затѣмъ, подъ мѣр нуго качку вагона, проспали почти до самой Вологды. Яркій лучъ солнца ш ралъ п сверкалъ брилліантовыми огонь ками па замершихь окнахъ вагона, ког да, разбуженный этимъ свѣтомъ, отъ котораго давно отучили меня паши зимы я старался разглядѣть сквозь волшебные узоры, что тамъ, за стѣп ками вагона. На первой же остановкѣ я вышелъ; блистающіе сугробы снѣга въ непорочной бѣлизнѣ горѣли на солнцѣ ослѣпительно ярко, переливаясь дрожащіимн огнями на каясдомъ изломѣ [зішап вИ .- 28 декабря въ Петербургъ прибылъ болгарскій министръ финансовъ Тодо­ ровъ. Министръ иреднолагаетъ пробыть въ столицѣ нѣсколько дней, послѣ чего исФ.деть въ Паршкъ и ,'Іоидоиъ. Дѣлъ црі'Ѣзда г. Тодорова въ 1’оссію какъ го- ворят'ь въ кругахъ, близіліхъ къ динло- .матическимъ,—выжчіеиіе вопроса о ту­ рецкой контрибуціи балканскимъ госу- датствамъ, а таілке переговоры о займѣ въ 500 .милліоновъ франковъ, изъ кото­ рыхъ около 180 милліоновъ доляшо пой­ ти на уплату за [іеквизицііо н ЮОмил.т. на желѣ;шыя дороги; въ і)еализаціи зай­ ма кромѣ) (1>[)аііціи и Россіи будетъ уча­ ствовать и Австрія.. О цѣ>ли своего ні)і- ѣзда са.\іъ министръ категорически от­ казывается говорить. Встрѣченный на вокзалѣ чинами болгарской миссіи, во главѣ съ нослапник'омъ г. Бобчевымъ, г. Тодоровъ прослѣдовалъ въ помѣще­ ніе посольства, гдѣ» будегь нм 1 »ть пре­ бываніе. Новый гость Россіи считается однимъ изъ наиболѣе выдающихся пред­ ставителей стоящей въ пастоящее время у власти народнической партіи; оиъ не­ однократно заішмалт» высокіе посты и, меяцду и]) 0 чимъ, довольно долго былъ министромъ юстиціи, г. Тодоровъ— юристъ по образованію—окончилъ уни­ верситетъ въ Одессѣ. Бъ день пріѣзда министръ, въ сопро- вояѵденіи посланника, помѣтилъ мини­ стерство шіостраниыхъ дѣлъ, гдѣ былъ принятъ гофмейстероііъ С. Д. Сазоно­ вымъ. Па-дняхъ г. Тодоровъ посѣтитъ пред- сѣ>дателя совѣта министровъ В. П. Ко­ ковцева, а па будущей недѣлѣ выѣдетъ въ Царское Село. ФЕЛЬЕТОНЪ. Литературные наброски Бунинъ, въ сущности, гораздо боль­ ше поэтъ, нежели беллетристъ. По за послѣднее время, онъ тяготѣетъ» къ по­ вѣсти и разсказу сильнѣе, нежели къ поэзіи. бѣлоснѣжной массы. Вѣковыя ели, ши­ рокія, густыя, высоко поднимаясь крас­ ными стволами, раскинули свон мохна­ тыя вѣтви и недвил»но красовались въ своемъ тяжеломъ снѣжномъ уборѣ. Си­ не-зеленое небо надвинулось прозрач­ ной сіяющей чашей, опрокинутой надъ этимъ безмолвнымъ пространствомъ. II тихо, тихо было все кругомъ, застывъ въ пенодвнжномъ морозномъ покоѣ. Долго стоялъ я, прислушиваясь къ этой торлсественной тишинѣ природы, вели­ чавой и строгой. II какъ безконечно далеко показался мнѣ и городъ со всѣмъ его неугомоннымъ шумомъ, не­ утихающей тревогой и мелкой злобой дня, и то, чѣмъ самъ я жилъ и чѣмъ волновался. Рѣзкій свистъ паровоза, пронесшійся, какъ стрѣла, въ лѣсной чащѣ, пробу ДИЛЪ это безмолвіе, стряхнулъ странное очарованіе застывшаго покоя, п толы:о тогда я почувствовалъ, что моро.зъ не замѣтно слсалъ, какъ тисками, руки и ноги. Было 20 '^. Тронулись дальше. Въ Вологдѣ мы пересѣли па узко-колейный путь. II тутъ я невольно разсмѣялся вспоминая предостерегаюлце совѣты друзей передъ от'ьѣздомъ. Чего только намъ пи наговорили: и дорога ужасная неудобные вагоны, ничтожная скорость, станціи безъ буфетовъ, архангельскіе морозы, ужасныя іюстиннцы... Поистинѣ невинная прогулка обращалась въ от­ чаянное предпріятіе. Но дорога оказа­ лась, как’ъ дорога: все то ;ке, что и вездѣ, ни лучше, ни хуже. Отлично мы размѣстились, а на станціяхъ -ѣли таі;іе ]цн, какихъ вь Петербургѣ ниіюгда не видали. А виды какіе. Изъ за этоію одного слѣдовало бы поѣхать. Есть что то свое, совершенно особенное, не пере­ даваемое словами, въ пейзажѣ, охва­ ченномъ настоящимъ сѣверпымь моро­ зомъ. Ночью было .3-2? Лупа, цодняв- гаись падь ггѣеомъ, хрустальнымъ свѣ­ томъ заливала спавшія ели п сосны и Такъ еще давно имъ паппсана боль­ шая повѣсть „ІНревпя", гдѣ мрачно изобрялсена муікицкая лсизнь, а сейчасъ он'ь выпустилъ новую кшіЛчКу разска- зовт. „Суходолъ‘ , посвященную, глав­ нымъ образом'ь, тоіі лсе деревнѣ. Мнѣ кажется, что это стремленіе къ прозѣ отралсается въ эпиграфѣ къ но­ вому сборнику разсказовъ Ив. Бунина: Эипграфь гласитъ: ,-Весн, грады выхолсу, „Русь обдумаю, выглялгу... Задача какъ видно огромная... II, нулѵно сказать, что осуществленіе ея въ полной мѣрѣ дало бы безспорно п ре­ зультаты выдающіеся. По, къ сожалѣнію, Бунинъ выпол­ няетъ ее лишь частично. Онъ скорѣе обдумивтетъ*" Русь, нежели ее, „выг- лядываетъ“. Онъ—горожанинъ, живу­ щей кабинетной жизнью и потому къ како.му бы вы произведенію его изъ жизни деревни ни обратились, вездѣ вы почувствуете отсутствіе подлинныхъ личныхъ впечатлѣній. Скорѣе чув­ ствуется тема, падухіаппая задача, чѣмъ обьектнвно-художественнин матеріалъ, изъ котораго самъ читатель можетъ сдѣлать тотъ пли иной выводъ. Возьмите хотя бы его разсказъ »Су- ходолъ“. Въ сущности онъ представ­ ляетъ собою легенду стараго разрушен­ наго дворянскаго гнѣзда, однаго изт» тѣхъ домиковъ съ колоннами, которые сохранились еще во многихъ деревняхъ и на половину превращены ихъ новыми обладателями въ амбары для картофе­ ля, луку и т. д. Бунинъ—поэтъ, вышедшій самъ п,зъ такого гнѣяда, и можно было бы ду­ мать, что его легенда будетъ проник­ нута тѣмъ ароматомъ поэзіи, которая такъ присуща всѣмъ подобнымт» леген­ дамъ. Я при этомъ имѣю въ виду не дворянина Тургенева, но даже мужика Чехова.—Сколько очарованія въ „Виш­ невомъ Садѣ“, выращенномъ въ одномъ изъ такихъ дворянскихъ гпѣ.здъ.—Но Бунинъ разрушаетъ красоту этпхъ по­ этическихъ сказаній. Онъ ставитъ себѣ серебряипыя прогалины, и сипимъ по токомъ струился ея свѣтъ черезъ таин­ ственныя начертанія разрисоваішыхт» оконъ, ложась призрачными полосами во мракѣ вагона. Казалось, лѣсъ при слущивался, серьезно и валено, къ го­ ворившему съ нимъ голосу природы и сторолеилъ ея покой и тайну. А утромъ медленно всплыло багровое солнце, едва поднявшись надъ верхушками елей, и скоро такъ л:е .медленно начало спу­ скаться. II толы;о еще его кровавый от­ блескъ долго золотилъ недвижныя вер­ шины деревьевъ. II снова призрачный полусвѣтъ—полумракъ, а за нимъ глу­ хая сіуденная ночь. Вотъ мы и въ Архангельскѣ, по еще не въ само.мъ городѣ, а на конечной станціи: надо еще переѣхать черезъ ле­ дяной покровъ широкой, какъ море. Сѣверной Дшіпы. Во мракѣ бойко ве­ зутъ пасъ лохматыя лошаденки. Доро­ га ровная, какъ скатерть. Вотъ засту­ чали копыта по деревянному въѣзду на берегъ, насъ тряхнуло, подбросило, и сани выскочили па набережную. Длин­ нѣйшая улица передъ памп: набереж­ ная въ семь верстт. длины, освѣщенная электричествомъ. Въ прекрасной гости­ ницѣ, которая смѣло могла бы п о іг Ѣ- стнться вь Петербургѣ, тепло, уютно, 5 -добно. Мы нарочно обѣдаемъ все мѣст­ ными кушаньями, и превкусными: за­ печенная треска, свѣясая семга, свѣжія жареныя селедочки, оленьи котлеты и ростбифъ, чай съ морошкой и полени­ кой. Читаемъ мѣстныя газеты: малень­ кія, съ ладонь величины. Онѣ не гово­ рятъ намъ, что ВТ, городѣ особенно ин­ тересовались бы печатью п что самимъ газетамъ жилось бы сладко. На другое утро идемъ осматривать городтц 4 глав­ ныя улицы, вытянувшіяся параллельно рѣкѣ: отъ 7 до 10 вер. длиной каждая Зданія болыііеіі частью каменныя, двух­ этажныя, но есть и превосходныя пост­ ройки, какъ Соловецкое п Сурское под­ ворья. А сколько старинныхъ церквей: есть монастырь, ведущій начало съ 12 вѣка, есть, конечно, и домикъ Великаго Царя, такой маленькій по размѣрамъ, такой огромный въ образѣ того, кто тамъ думалъ и говорилъ. Гдѣ пѣтъ па Руси отпечатка слф>да этого гиганта мысли и труда? Спускаемся къ рѣкѣ: олени. Опустивши вѣтвистые рога внизъ, онп стоятъ понуро II непод­ вижно. Необходимо покататься на оленяхъ. Самоѣдъ, съ ногъ до головы покрытый оленьими шкурами, словно вт» мѣхо- вомѣ футлярѣ, съ добродушной и лас­ ковой улыбкой на открытомъ, удиви­ тельно пріягно.мъ лицѣ, выводитъ чет­ верку своихъ легконогихъ коней, пуг­ ливо жмущихся другъ къ другу и гра­ ціозно переступающихъ своими тонки­ ми ногами. Черезъ минуту мы летимъ по снѣжному простору громадной рѣки. Ііакое-го непопятпое слово, легкій тол­ ченъ въ оленей длиннымъ шестомъ въ рукѣ самоѣда,—и четверка несется духъ захватывающимъ карьеромъ, а легонь­ кія, высокія, гнутыя изъ вѣтвей сани, калсутся летящими по воздуху. ІІІорозъ облспгаетъ лицо, забирается подъ мѣхъ шинели, вьется паромъ вокр}тъ головы, ледяной бахромой покрываетъ усы и воротникъ II прозрачной плеикоіі пок­ рываетъ стекла пенсне. И когда я по­ думалт», что еще недавно я смотрѣлъ, какъ разбивалась у ноіъ моихъ волна Чернаго моря, а теперь передъ глазами разстилались глыбы льда, скованныя дуновеніемъ Ледовитаго океана, мнѣ показалось, что я вплгу все это словно въ сказкѣ, и сама Россія какая-то сказка. ЭЛЬ-ЭС7ъ