Книга Памяти. Том 10.

Память 25 ныне США вредили мирному развитию, рассчи­ тывали создать там свои базы. Внукам Алексея, детям старших сыновей, пришлось участвовать в чеченской трагедии. Евгений оказался в око­ пах, вызволял раненых, отбивал диверсии бан­ дитов. Полегло там наших ребят много, особен­ но при штурме Грозного, который наши бездар­ ные горе-министры и командиры похвалялись взять за неделю. Верно говорят, чем плутать и болтать, так лучше воротиться. Евгений полу­ чил тяжелое ранение. Одно можно сказать: Мед­ ведевы в труде и бою проявили себя истинными патриотами. Есть женщины в русских селеньях... Трижды прав поэт Некрасов, давший нам нить для связи времен и поколений. Людям сего времени долж­ но знать славный жизненный путь ветерана Ле- уту, учительницы, воспитателя детей. Родилась в казачьей семье, людей жарких в труде и герой­ ских в бою. Она пережила страшные блокадные дни Ленинграда. Ее муж, Николай Онуфриевич, с 22 июня 1941 г. сражается на Волховском, 3-м Прибалтийском фронтах. Помкомвзвода и пар­ торг роты разведчиков погиб, так и не встретив­ шись с женой, хотя, как оказалось, одно время он находился рядом с ее госпиталем. Ее назна­ чают медсестрой военно-санитарного поезда № 162. Он стал своеобразным продолжением всем известной ледовой автотрассы «дорога жизни», по которой шла помощь защитникам Ленинграда. Врачи и сестры в любое время принимали раненых, старались сохранить им жизнь. Поезд подвергался налетам, несмотря на ярко-красные полосы Красного Креста. Как-то удалось ей вырваться с группой раненых к себе на квартиру. Она увидела... груду кирпичей, ку­ ски железа, засыпанные снегом. А когда бежа­ ла оттуда, ее остановил патруль. Откуда? Я из госпиталя. Уж не тот ли поезд с «большой зем­ ли» с продуктами? Да! При такой вести ее даже отправили на мотоцикле. Солдаты ведь жили впроголодь, их паек не намного больше граж­ данского. Было время, когда поезд въезжал по рельсам, проложенным прямо на льду замерз­ шей Невы, под дулами вражеских батарей. Но все равно раненых бойцов вытаскивали, увози­ ли и вылечивали. Ведь с ними, вместе с меди­ каментами, шли продукты, почта, посадочно­ селекционный материал к весне следующего года. Беда нагрянула внезапно. Их состав раз­ бомбили немцы. Горело все. Горели вагоны с кухней. Горели бойцы на соломенных матрацах. В спешке, при потерях, не все пострадавшие были зарегистрированы и таким образом ока­ зались «без вести пропавшими». Наша героиня была контужена. У нее сгорели документы, да­ вавшие право на льготное проживание в Ленин­ граде. Переживала за малых детей Александра и Виктора, которых удалось эвакуировать только после голодной зимы 1941-42 гг. Она не теряла бодрости духа, не сломили ее ни бомбы, ни тяж­ кий труд спасения воинов. В короткие минуты между рейдами в стихах, в дневнике выражала свое настроение, давая принципиальные оцен­ ки событиям, свое личное «Я» она правомерно отождествляла с народным делом «Мы». За всех ветеранов говорила. Своим поколеньем горды мы вдвойне За то, что врагов отвратило В такой судьбоносной войне на Земле И к звездам дорогу открыло! Соединяя дни мирные и военные, ветеран отдает дань уважения всем творцам новой жиз­ ни. Мы строили ГЭС, прорывали каналы, В пустынных песках проложили Турксиб, А в годы войны мы врагов повстречали «По полной программе» оружьем своим. Находясь в боевой обстановке, она всегда вспоминала свои места родные, родные с дет­ ства милые места. Придонский край сражался за Москву, Когда она еще лежала в колыбели. Отбиты кипчаки, монголы и татары, Фашистская орда и все, кто смерть сюда несли. Оглядывая свой нелегкий жизненный путь, наша героиня проклинала одно - войну фашист­ ских извергов против советской державы. Внезапность вторженья, Итог - отступленье... Выходит, все делали зря? Что строили доты? Что рыли окопы? Проспали, похоже, врага! Но горю никто не поможет, Лишь только один наш народ. Всем нужно собраться, В бою не теряться, Возмездье фашисту придет! Женщине-матери, жене и воину близки беды, несчастья и фронтовые потери, как и пе­ реживания народа. Будь эта проклята война. Мою семью всю разметало: На фронте муж, при фронте я, А дети вовсе где попало. Сыну Шурику, ставшему детдомовцем в Че­ лябинской области, она посылает слезы печали и теплое пожелание.