В.Д. Лелецкий, М.И. Корольков, А.Н. Исоченко, Время выбрало нас.

управление полетом. Командир лучше других членов экипажа понимал, что должно было произойти при выводе самолета в горизонтальный полет. Чем энергичнее отклонение рулей при «отказе», тем энергичнее реакция автопи­ лота. Такова программа его работы. Все предыдущие «горки» начинались и заканчивались именно так. Сразу после включения «отказа» Владимир Фролович почувствовал, что новый режим проходит значительно быстрее, резче и, как ему показалось, с неестественно нарастающей вибрацией само­ лета. Горизонт уже остался далеко внизу, а автопилот все еще бездействовал - самолет очень быстро продолжал поднимать нос. Перед взором командира оказались далекое-далекое серо-голубое небо да разбросанные по нему за­ мысловатые шапки кучевых облаков. Положение самолета стало далеко не обычным. Такого еще не было. Да и не должно было быть. Большой опыт летной и летно-испытательной работы дал ему возможность мгновенно оце­ нить обстановку и принять единственно правильное решение - надо немед­ ленно выключить неработающий автопилот и введенный «отказ». Но он не успел еще этого сделать, как самолет очень резко вдруг начал опускать нос, а вибрация стала невыносимой. - Вык-к-л-ючи «от-каз»! - едва выдавил Владимир Фролович. Штурман и сам уже понял, но дотянуться до щитка, где размещен ока­ завшийся теперь жизненно важным выключатель, стало почти невозможно. И все же Виталий Иванович, превозмогая боль от ударов о различные де­ тали кабины, изловчившись, выключил его. Самолет теперь уже не просто трясло, его бросало из стороны в сторону. Знакопеременные перегрузки с колоссальной силой то вдавливали, то вырывали из кресел всех членов этого мужественного экипажа. На штурмана и радиста начали лететь срывающи­ еся со своих мест блоки многочисленной радиоэлектронной аппаратуры. В кабине стоял такой грохот, будто на переднем крае обороны в период артил­ лерийской подготовки. Молниеносно оценив обстановку, Владимир Фроло­ вич, как настоящий командир, в первую очередь подумал об экипаже. Теперь дорога была каждая доля секунды. Именно доля! Секунда сейчас - это очень много. Это вечность. Самолет продолжал бесноваться и грохотать, и Влади­ мир Фролович принял твердое решение выбросить экипаж на парашютах: - Виталий, Леша, катапультируйтесь! В это же мгновение Виталий Иванович увидел яркую, огненную, сопро­ вождавшуюся страшным треском вспышку. И связь с командиром оборва­ лась. Штурман, теряя сознание, все же услышал приказ командира и, превоз­ могая боль и тряску самолета, попытался перевести рычаг сброса входного .люка в положение «сброс», но в данной обстановке «поймать» его было не­ вообразимо трудно. Тряска, грохот, удары различных сорвавшихся деталей самолета окончательно вывели его из строя, он так и не понял - удалось ли ему «поймать» рычаг и перевести его в положение «сброс». 274