В.Д. Лелецкий, М.И. Корольков, А.Н. Исоченко, Время выбрало нас.

ники) полагалась офицерская шапка со звездой. Зимой также полагался темно-зеленый китель. Зимой в спецшколе были двухнедельные каникулы с выездом учащихся к родителям, а летом спецы убывали в месячный отпуск. В отпусках по при­ бытии на железнодорожную станцию спецы обязательно снимали звезду и надевали на шапку офицерскую авиационную кокарду («краб»), а летом снимали с фуражки звезду и надевали авиационную кокарду с крылышка­ ми, при возвращении из отпуска начальство, разумеется, видело проколотые тульи фуражек и тень крылышек на тулье, но спецов не журило (ведь все-та- ки дети), негласно поощряя стремление учащихся побыстрее приобщиться к большой авиации. Поступить в спецшколу ВВС было непросто: необходимо было пройти медицинскую комиссию по месту жительства и получить справку о годно­ сти к летной работе, собрать необходимые документы с печатями и, что не менее важно, от своих родителей получить справку с подписью отца или матери о том, что они согласны, чтобы их сын поступал в спецшколу. Мои родители заупрямились и не хотели писать подобную справку, говоря: «Ты поступишь в летную школу, будешь летать, в авиации бывают катастрофы, а мы с кем останемся?». Мне стоило больших усилий и нервов, чтобы убедить родителей написать и подписать такую справку, дать им гарантии в том, что я буду осторожным и буду выполнять все наставления командиров. Собрав все документы с печатями и подписями, я - пятнадцатилетий мальчишка - поехал поступать в Воронежскую спецшколу Х°6. По приезде абитуриенты (кандидаты) были размещены в казармах и раз­ делены на группы. В нашей группе было 45 человек, которые сразу были на­ правлены на медкомиссию. Слухи ходили пугающие: медкомиссия «режет» немилосердно, особенно все боялись вращающегося кресла (для проверки вестибулярного аппарата). Кандидата сажали в кресло, резко и быстро вра­ щали кресло вокруг оси, резко останавливали и предлагали быстро пройти по одной доске. Если чуть-чуть отклонился или зашатался, а тем более сде- .лал шаг в сторону от доски, сразу писали в карточке: «Не годен». Кандидат забирал документы и с поникшей головой уезжал домой. Из 45 человек к экзаменам было допущено всего 7 человек. После экзаменов тем, кто успешно их сдал, говорили: «Поезжайте домой, вам пришлют письмо из спецшколы после 20 августа с сообщением, зачисли­ ли вас или нет. Все уезжали в неведении: то ли примут, то ли нет. Время тя­ нулось ужасно медленно. После 20 августа, зная время прихода почтальона, я выбегал к нему с вопросом: «Есть ли письмо из авиашколы, из Липецка?». Ничего не было до 25 августа. Настроение было хуже некуда, все валилось из рук - видимо, не приняли. 27 августа впервые не встречал почтальона, о чем-то рассеянно разговаривал со знакомыми ребятами. Вдруг из-за спины голос: «Леня, тебе письмо из Липецка!». Меня как током ударило. Бегу к 229