Хочу кричать истину... Лев Николаевич Толстой и Липецкий край.

ликого писателя и его "освобождении", Бунин утверж­ дается в мысли, что Толстой один из немногих во всей истории человечества, кто задумался над истин­ ным смыслом жизни. И не просто задумался, а под­ чинил выношенным философско-нравственным идеям все свое существование, встав, по мысли Бунина, в ряду пророков, святых, мудрецов. Пришвин как художник-мыслитель находил в Тол­ стом единомышленника во взглядах на жизнь и твор­ чество, на поведение художника в обществе, на воз­ можность и необходимость гармонического единства человека и природы. "Читаю "Войну и мир". И к сча­ стью нахожу, что Толстой жив и близок и что неко­ торые слова его еще в юности запали в меня и дали возможность самоопределиться. В особенности близко мне: Пьер был один из тех людей, которые чувствуют себя сильными только, если они чисты", - это запись в дневнике Пришвина 16 сентября 1935 года. Остав­ шись после революции в России, Пришвин, безуслов­ но, испытывал давление власти в вопросах творчества, но сумел остаться независимым художником. По его дневникам видно, как часто писатель обращался к Толстому в сложные периоды жизни, будто советуясь с ним и ища в нем поддержки, подтверждения своим мыслям. Творчество Пришвина никак не вписывалось в рамки "реализма", называемого социалистическим. В связи с запрещением к печати своих произведений Прищвин писал в дневнике; "В наще время господст­ вует литература тенденциозная, только по теме близ­ кая к жизни трудящегося человека, рабочего и кре­ стьянина. Я бы желал, чтобы современная литература заимствовала у Толстого его близость к самой жизни и через это обрела бы естественную правдивость, по­ движность, свободу" /Запись 17 июля 1928 г./. Пришвин, автор "Кащеевой цепи", "Жень-шеня", "Осударевой дороги", "Лесной капели", "Кладовой сол- 59