Хочу кричать истину... Лев Николаевич Толстой и Липецкий край.

хоть не оправдаться, а очиститься от того, в чем не я, а вся жизнь их обвиняет... То же, что я писал в статье о голоде, есть часть того, что двенадцать лет на все лады пишу и говорю и буду говорить до самой смерти и что говорит со мной все, что есть просве­ щенного и честного во всем мире". Данковской полицией контролируется огромная корреспонденция Толстого, которой была завалена ме­ стная почтовая контора. В донесениях полицейских агентов особо отмечается, что Толстой и его сотруд­ ники раздают крестьянам книжки - популярные изда­ ния для народа издательств "Посредник" и И. Д. Сы­ тина. Некоторые из книжек, в частности, толстовская "Сказка об Иване-дураке", пересланы в канцелярию губернатора, чтобы получить на этот счет соответст­ вующие распоряжения. Видимо, полицейские чины были в курсе, что в марте 1892 года Московский цен­ зурный комитет постановил тщательно рассмотреть ру­ кописи и книги, представленные фирмой И. Д. Сы­ тина, так как этой фирмой "издаются многие произ­ ведения графа Л. Н. Толстого". В конце 1892 года последовал жесткий циркуляр министра просвещения на имя попечителя Московского учебного округа с предписанием председателям ученых обществ при Мо­ сковском университете не принимать для прочтения никаких рефератов и статей от Толстого. Н. Н. Страхов, литературный критик и философ, близко знавший Толстого, писал ему весной 1892 года в Бегичевку; "Обнаружилось что-то удивительное - против Вас поднялась такая злоба, такое непобедимое раздражение, что ясно было: Вы задели людей за жи­ вое сильнее всех революционеров и вольнодумцев". Желание правящих кругов принять к Толстому более жесткие меры сдерживалось все более растущим об­ щественным мнением в России и в мире в пользу Толстого. Пожертвования для голодающих поступали 14