Струков А.Ф., Александр Иванович Левитов

рявшая вместе с совестью свое имя, забывшая родного отца. Она известна теперь в своей компании под именем Амалии Густавовны. Все эти персонажи обрисованы с большой художест­ венной силой. Мастерски построеннме диалоги, меткие и яркие авторские характеристики делают их правдивы­ ми и убедительными, раскрывают их внутренний мир и историю прошлой жизни. Интересен образ дворянина, которому больше всех известны темные дела меблированных комнат Татьяны Алексеевны и посетителей их. «Подумаешь, что заправ­ ский барин к заправской барыне пришел в гости, — го­ ворит он про сердитого посетителя,— и, подумавши, ис- пужаешься. А как знаешь эти порядки, ничего ты не боишься, потому ежели тебе самое, мудреное немецкое имя скажут, ты уже и знаешь, что врут...» Он сочувству­ ет горю крестьянина Петра, приехавшего отыскать сбив­ шуюся с пути дочь. «Стрекулятников этих в столице про­ пасть. Всякую они деревенскую девку, самую степенную, беспременно с пути собьют. Хитры на эти дела, бездо- мовники проклятые!» Искренне желая помочь горю Пет­ ра, дворник советует ему: «... По судам-то не ходи, по­ тому, вижу я, простоват ты — обчешут. Возьми, говорю, за косы-то ее да по зубам хорошенько, чтоб она отца с матерью не срамила». В скупых, но метких и образных выражениях писа­ тель заключает скорбные думы о том, как капитализи­ рующийся город губит и ломает жизнь людей, как его роковые удары в первую очередь обрушиваются на жен­ щин, девушек, прибывших из далеких деревень на поиски заработков. Вот одна из Адельфин, услышав знакомую мелодию на гитаре, запела: «Ах, где ты была. Моя нечужая? Ай в степи ты брала лен, Ай ты с кем гуляла?» В ее представлении на миг воскресли картины золо­ того детства на фоне прекрасной деревенской природы. «Родимая песня распрямила ее стан, сгорбленный раз­ вратом города; от зеленых полей, на которых растет па­ хучий лен, засветились потухшие глаза и закраснелись прежде времени поблекшие щеки...» И сам собою напра