Стерлина И.Д., Иван Алексеевич Бунин

альный и морально-этический упадок. Бунин объектив­ ным содержанием своих произведений подводил читате­ ля к выводу о несостоятельности, порочности социального строя, доведшего Россию до полного разорения. И рас­ сказ «Танька» пронизан ощущением тревожного небла­ гополучия, неустроенности жизни. Острым, публицистичным является рассказ Бунина «Вести с родины» (1895 г.), где он пишет о голодной смерти крестьян, об отрыве от народа интеллигенции, занимающейся лженаучными проблемами. В то время, как вокруг в деревнях мрут люди от голода, сельскохо­ зяйственное общество изучает вопросы «сохранения кор­ мовой свекловицы». Обездоленные, тоскующие по родному гнезду кре­ стьяне предстают в рассказах «На чужой стороне», «На край света». Они отправляются на заработки в чужие места или переселяются в далекий Уссурийский край в поисках хлеба. Кругом равнодушные люди, впереди полная неизвестность. Бунин видел красоту крестьянского труда, цельность, моральную чистоту труженика, умел противопоставить эти качества крестьян опустошенности, духовной дряб­ лости господ. Воспитанный в духе дворянских традиций, Бунин, однако, навсегда сохранил грусть по изжившему себя прошлому. Приверженность к старому была причиной известной ограниченности общественно-политических взглядов художника, его исторического пессимизма, на­ ложившего определенный отпечаток на все творчество. Эти черты мировоззрения писателя отразились и в рас­ сказах о крестьянстве начала 900-х годов. Бунин идеализировал крестьянское смирение, покор­ ность, религиозность, считал эти черты выражением на­ родного духа. Таким настроением пронизаны рассказы «Сосны», «Мелитон», где автор стремится обобщить свои наблюдения над жизнью крестьянства. Рассказ об одном человеке («Сосны») разрастается до горького раздумья обо всей пустынной, заснеженной стране, России, родине безответных, довольствующихся батраческой жизнью людей. Мысль о смирении и долго­ терпении обитателей голодных деревушек окрашена мо­ тивом былинной традиционности. В мрачном, одетом снегом лесу под завывание зловещего ветра, «поевши