Списки населенных мест Российской империи. Тамбовская губерния.

XXXV лѣса; въ южныхъ, наоборотъ, скудость въ лѣсѣ заставляетъ крестьянина съ особенною забот­ ливостію охранять отъ порчи свое жилище и вообще всѣ постройки, къ его усадьбЬ принад­ лежащія. Въ нѣ.юторыхъ изъ бывшихъ помѣщичьихъ селеній, въ уѣздахъ малолЬсныхъ, построено не мало каменныхъ избъ Дороговизна постройки новаго дома отчасти служила и служитъ причиною, какъ многолюдности селеніи, такъ и многолюдности отдѣльныхъ дворовт. Отдаленіе полей отъ домовъ весьма чувствительно для крестьянъ и указываетъ на необходи­ мость выселенія, а недостатокъ въ строительномъ матеріалѣ вынуждаеть къ перенесенію неудобствъ и отдаленности усадьбы отъ поля и тѣсноты ея помѣщенія. Впрочемъ, все-таки число селеній и дворовъ увеличивается значительно: по свѣдѣніямъ за 1847 г. въ Тамбовской губерніи считалось 2.349 селеній, а въ нихъ 173.227 дворовъ; нашъ списокъ показываетъ; что нынѣ селеній 3.191, а дворовъ въ нихъ 202.317. Вообще населеніе губерніи возрастаетъ значительно: по седьмой ревизіи, въ 1816 году, считалось здѣсь жителей 1.266.700 душь; по девятой, въ 1852 г., было уже 1.666.503 человѣка; по нашему списку значится 1.859.958 человѣкъ. Отсюда видно, что, среднимъ числомъ, ежегодно приращеніе было отъ 0,92% до 1,02%. Это подтверждается и метрическими свѣдѣніями о числѣ рождающихся и умирающихъ: перевѣсъ первыхъ надъ послѣдними оказывается также отъ 1 % до 1 , 20 % . Составъ населенія Тамбовской губерніи въ отношеніи къ племенному происхожденію не представляетъ особенной пестроты, какая замѣчается въ нѣкоторыхъ сосѣднихъ съ нею губер­ ніяхъ, особенно въ Саратовской. Главная масса населенія образована изъ чисто русскихъ (болѣе 93%) и православныхъ (болѣе 98%); инородцы и иновѣрцы составляютъ незначительное меньшинство. Инородческое населеніе замѣтно только въ сѣверныхъ уѣздахъ, изъ которыхъ въ Спасскомъ оно даже оказывается преобладающимъ. Русское населеніе, какъ видно изъ историческаго очерка, образовалось здѣсь изъ переведенцевъ и выходцевъ изъ разныхъ областей, но преимущественно около-московныхъ. Слѣды этой разнородности замѣчаются, какъ въ говорѣ народа, такъ и въ одѣяніяхъ. По свѣдѣніямъ, полученнымъ отъ приходскихъ священниковъ, въ нЁкоторыхъ селеніяхъ, кромѣ великоруссовъ, показываются также Малоруссы и Бѣлоруссы, а въ с. Новоселкахъ (Тамбов­ скаго уѣзда, № 20) и въ деревнѣ Дюкѣ или Кошеляевкѣ (Шацкаго уѣзда, № 2998) показаны «казаки». Не имѣя болѣе точныхъ указаній, нельзя сказать, что собственно выра­ жаетъ послѣднее наименованіе. Извѣстно, что словами «казакъ» и «черкасъ», означали въ старину малороссійскихъ выходцевъ; точно также «казаками» назывался особый классъ слу­ жилыхъ воинскихъ людей при городкахъ и острожкахъ; наконецъ, положительно извѣстно, что въ предѣлахъ нынѣшней Тамбовской губерніи водворялись прежде и нѣкоторые изъ Донскихъ «казаковъ». Во всякомъ случаѣ несомнѣнно здѣсь только то, что подъ словомъ «казакъ» должно разумѣть человѣка русскаго, а не инородческаго происхожденія. Сомнительно пли очень неопредѣленно названіе «бѣлоруссовъ»: хотя совершенно возможно было водвореніе настоящихъ бѣлоруссовъ въ здѣшнихъ предѣлахъ, однако есть основанія думать, что сельскіе приходскіе священники означали этимъ именемъ или коренныхъ русскихъ (великороссіянъ) или малороссіянъ. При всемъ томъ, для болѣе точныхъ изслѣдованій на мѣстѣ, поименуемъ селенія, въ которыхъ показываются бѣлоруссы: въ Тамбовскомъ уѣздѣ — Козмодемьянская Кріуша (№30): въ Кирсановскомъ—Калаисъ (№ 1166); въ Лебедянскомъ—Филатовка, Панино и Богородицкое (№№ 1885, 1887 и 1888); въ Спасскомъ — Авдаловъ Уметъ, Авдалово,