Шахов В. В., "И звезда с звездою говорит..."

И много, много., .и всего Припомнить не имел он силы!.. "Познанья жадный", сам Саша Левитов до самозабвения погружался в волшебно-таинственный мир поэтических об­ разов, пластически осязаемых видений. "Мой Демон" Лер­ монтова с какой-то интимной болью-радостью становился частью его, Левитова, натуры, волновал, окрылял, звал куда- то, лишал покоя: Собранье зол его стихия. Носясь меж дымных облаков, Он любит бури роковые, И пену рек, и шум дубов, Межлистьев желтых, облетевших Стоит его недвижный трон; На нем, средь ветров онемевших, Сидит уныл и мрачен он. Он недоверчивость вселяет, Он презрел чистую любовь, Он всемоленья отвергает, Он равнодушно видит кровь, И звук высоких ощущений Он давит голосом страстей, И муза кротких вдохновений Страшится неземных очей... Лермонтов был у истоков левитовского дарования; Лер­ монтов одухотворял первые творческие опыты сына добро- вского пономаря; Лермонтов "врачевал" душевные раны мя­ тежного разночинца, обреченного на невзгоды; Лермонтов и его поэзия, проза окрылили левитовскую музу. * * * "Позвольте посоветовать следующее: проштудируйте бо­ гатейших лексикаторов наших —Лескова, Печевского, Л ев ­ и т о в а купно с такими изящными формовщиками слова... ка­ ковы Тургенев, Чехов, Короленко..." —то, что в числе "бога­ тейших лексикаторов наших" назван Александр Иванович Левитов, отнюдь не случайность, не юбилейное преувеличе­ ние. "Прекрасно можно отдохнуть душою на милых книгах Левитова, одного из лучших лириков в прозе", —говорил М. Горький, относя писателя-демократа к "младшим богаты­ рям русской литературы", незаурядным мастером русской речи. 66