Шахов В. В., "И звезда с звездою говорит..."

Шахов В. В., "И звезда с звездою говорит..."

тим внимание на сюжетные линии, характеры, отразившие мЬрально-психологическое противоборство, восходящее к событиям в Тарханах и Кропотово. Автобиографический герой "ein Trauerspiel" —глубоко и сильно чувствующая натура ("...жил поэт, Скрываючи в гру­ ди мятежной Страданья многих, многих лет"); "мечты было­ го" пронизаны в его юном сердце поистине трагическими воспоминаниями. Читатель (потенциальный зритель) узнает о причинах, характере происходящего конфликта уже в явлении первом первого же действия. 38-летняя горнишная Громова Дарья (в ней исследователи "узнают" ключницу в Тарханах Дарью Григорьевну Соколову) утром, у стола с самоваром, чайни­ ком и чашками беседует со слугой Юрия —Иваном (в реаль­ ности,—Андрей Иванович Соколов, муж Дарьи Григорьев­ ны, лакей, "дядька”Лермонтова): И в а н . А можно спросить, отчего барыня в ссоре с Ни­ колаем Михалычем? Кажись бы неотчего —близкие родня... Д а р ь я . Неотчего? Как неотчего? Погоди —я тебе все это дело-то расскажу. (С а д и т с я ) . Вишь ты: я еще была девчон­ кой, как Марья Дмитревна, дочь нашей боярыни, скончалась —оставя сынка. Все плакали как сумасшедшие —наша ба­ рыня больше всех. Потом она просила, чтоб оставить ей вну­ ка Юрья Николаевича —отец-то сначала не соглашался, но наконец его улакомили, ему и вздумалось к нам приехать — а елухи-то и дошли от добрых людей, что он отнимет у нас Юрья Николаевича. Вот от этого с тех пор они и в ссоре — еще... И в а н . Да как-ста же за это можно сердиться? По-моему, так отец всегда волен взять сына —ведь это его собствен­ ность. Хорошо, что Николай Михалыч такой добрый, что он сжалился над горем тещи своей, а другой бы не сделал того —и не оставил бы своего детища. Д а р ь я . Да посмотрела бы я, какой стал бы его воспиты­ вать —у него у самого жить почти нечем —хоть он и нарах- тится (стремится —В. Ш.) в важные люди. Как бы он стал за него платить по четыре тысячи в год за обученье разным языкам?.. Одна из психологических кульминаций трагедии "Menschen und Leidenschaften" —сцена решительного объяс­ нения зятя и тещи (действие второе, явление второе): 49

RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz