Шахов В. В., "И звезда с звездою говорит..."

Ужасная судьба отца и сына Жить розно и в разлуке умереть, И жребий чуждого изгнанника иметь На родине с названьем гражданина! Но ты свершил свой подвиг, мой отец, Постигнут ты желанною кончиной; Дай бог, чтобы, как твой, спокоен был конец Того, кто был всехмук твоих причиной! Но ты простишь мне! Я ль виновен в том, Что люди угасить в душе моей хотели Огонь божественный, от самой колыбели Горевший в ней, оправданный творцом? Однако ж тщетны были их желанья: Мы не нашли вражды один в другом Хоть оба стали жертвою страданья!.. Чахотка свела в могилу владельца кропотовского имения. Последние дни жизни. Мысли о сыне, разлуке, теперь уже вечной. Стонали вязы в осеннюю круговерть-непогоду; осы­ пались листья с серебристых тополей; последними про­ щальными кликами грустило холодеющее поднебесье. Удалось ли проститься Михаилу Юрьевичу с отцом при похоронах? Или застал он уже могильный холмик, крест православный? Юный гений "воздвиг" отцу свой памятник. Исповедальные лирические строки пульсируют болью, го­ речью, любовью. Диалог с усопшим. Как с живым, бесконеч­ но близким. Не мне судить, виновен ты иль нет; Ты светом осужден. Но что такое свет? Толпа людей, то зльос, то благосклонных, Собрание похвал незаслуженных И столько же насмешливых клевет. Далеко от него, дух ада или рая, Ты о земле забыл, как был забыт землей; Ты счастливей меня, перед тобой Как море жизни — вечность роковая Неизмеримою открылась глубиной... Дорога от Москвы —к Туле, Ефремову, Кропотову. Хол­ мы-курганы с бурыми дубняками. Жнивье. Озимые. Дере­ веньки с потемневшими соломенными крышами. Такими, 43