Шахов В. В., "И звезда с звездою говорит..."

"Что-то слышится родное" в той же лермонтовской "Воле": Моя мать —злая кручина, Отцом же была мне — судьбина, Мои братья, хотя люди, Не хотят к моей груди Прижаться; Им стыдно со мною, С бедным сиротою, Обняться. Фольклористы, этнографы, лингвисты, краеведы, дотош­ ные газетчики-журналисты, литературоведы пройдут по "лермонтовским тропам"; запечатлют, услышат, запишут, проанализируют, сопоставят, убедятся: присутствие Лермонтова несомненно. Он вобрал в себя это философско- сказовое, эпически-былевое, а затем лермонтовская муза вновь "ушла" в народно-поэтическую стихию-основу. Лер­ монтовское зазвучало как песенно-народное: Но мне богом дана Молодая жена, Воля-волюшка, Вольность милая, Несравненная; С ней нашлись другие у меня Мать, отец и семья; А моя мать — степь широкая, А мой отец —небо далекое; Они меня воспитали, Кормили, поили, ласкали; Мои братья в лесах — Березы да сосны. Несусь ли я на коне, — Степь отвечает мне; Брозюу ли я поздней порой, — ' Небо светит мне луной; Мои братья в летний день, Призывая под тень, Машут издали руками, Кивают мне головами; И вольность мне гнездо свила, Как мир — необъятное! 12