Шахов В. В., Сочинение о Великой Победе

28 самоотверженном дерзании, энтузиастическом порыве или оду­ хотворяет, очеловечивает магический кристалл поэзии? ...Ялта. Только что отошел от причала теплоход "Николай Би­ рюков". Еще звенят, вплетаясь в крики чаек, мальчишечьи и дев­ чоночьи голоса. Анна Ильинична улыбнулась: — Липецк? О нем Коля часто вспоминал. Да и я тоже... Анна Ильинична — прекрасная рассказчица. Самой бы книгу написать! Маленькая комнатка недалеко от карбидного завода. Устрои­ лась на работу — сменным диспетчером; специальность сложная, но освоилась. Соседи по дому чудесными людьми были, в ее отсутствие ухаживали за больным. Хлеба хватало. И еще кое-что выдавали, тем более по вредности производства. Холодновато, правда, было, цех не отапливался, прибежишь, бывало, домой — зуб на зуб не попадает. Беседа продолжалась на Красноармейской, 1. Здесь жил Би­ рюков. Здесь теперь музей его имени. — Фашисты к Ельцу подступали. Карбидный эвакуировали в Пермь. Оборудование, персонал. Мы с ними. Теплушки. Поезда тогда двигались медленно. Километрах в шести от Липецка ос­ тановились. Хотела Николаю сухарик размочить, хватилась — ба­ тюшки, мешок-то с сухарями забыла! Впопыхах, в спешке... За­ была... Что делать-то? Решилась: пойду. И так по шпалам — до Липецка, до карбидного. Догнала потом состав, он стоял под Грязями. Перед ним фашистские самолеты товарный эшелон раз­ бомбили. Зимой 1942 года болезнь обострилась, врачи предупреждали, советовали избегать всего, что связано с напряжением нервной системы. "Выбыть из строя в такое время? Нет!" — сказал себе Бирюков. В физических и творческих муках рождалась его "Чайка". "Ходит больше по ночам... Сбегутся к ней люди, и она гово­ рит... Большие слова и горячие, силы вбивает в тебя великие. Слушаешь ее и чуешь: да ведь богатырь ты! И такая лютая злость в тебе к врагу! Говорят, будто наказ ей был из Москвы: "Иди. Весь люд, который под немцем стонет, обойди, которые согну­ лись от неволи — выпрями, усталых подбодри...” А может, в "Липецкое эхо войны"