Шахов В. В., Сочинение о Великой Победе

24 тем, чем жил город, к которому тоже стремительно приближалась война. Как-то Петр Федорович рассказал о том, что в больницу при­ шла молодая женщина. Пришла, чтобы сохранить ребенка. Много верст пешком: в военные дни не нашлось ни машины, ни под­ воды. Будущей матери всего-то двадцать лет. Николай воодуше­ вился: — Познакомьте меня с ней. Очень прошу... Молодая женщина, увидев Бирюкова, сочувственно спросила: — Раненый? На фронте изувечили? — Считайте, что он с боевых позиций. Фронтового геройства человек. Воюет своим словом. Писатель... — ответил Петр Фе­ дорович. Будущая мама охотно отвечала на вопросы. Мужья, братья, отцы на фронте. Пожилые копают траншеи. Опустело село. Опе­ рация? Кесарево сечение? Она согласна, раз нельзя по-другому спасти ребенка. Боится немножко, да чего уж, и время военное. —Если родится мальчик, не назвать ли его Николаем? В честь писателя Бирюкова? — неожиданно предложил врач, обращаясь к ней. — Вы согласны? — Николай... Коля... Коленька... Что ж, хорошее имя! И че­ ловек он, — кивнула в сторону Бирюкова, — видать, хороший, добрый. Я согласна! Петр Федорович разрешил Бирюкову присутствовать на опе­ рации. Совершалось таинство спасения двух жизней. Где-то там, на западе, лютовала, бесновалась война: обрывались человеческие судьбы, испепелялось все живое, стонала земля, скрежетало же­ лезо, дымились травы и мхи. А в ее деревушке, до которой немало верст, мирно щебечут ласточки, в росистых овсах стучат перепела, в речном омуте плещут полосатые окуни, чибисы тоскуют в за­ ливных лугах. Война и мир, смерть и жизнь, зло и добро — где их порубежье? Доколе боль не отпустит человека разумного? Родился мальчик. Родился человек! Дитя человеческое... Петру Федоровичу доложили о прибытии группы раненых, и он приступил к новым операциям. Главному врачу из Липецка суждено будет стать прототипом хирурга Матросова в романе "Липецкое эхо войны"