Шахов В. В., Куликовская битва и Липецкий край, ч. 3

Л ипецковедение Уроки отчизнолюбия 11 4. НАД ПОЛЕМ КУЛИКОВЫМ — СВЕТЛАЯ ТЕНЬ ЕВПАТИЯ КОЛОВРАТА (героические традиции древнерусского воинства в прозе В.Д. Ряховского) Мы, сам-друг, над степью в полночь стали: Не вернуться, не взглянуть назад. За Непрядвой лебеди кричали, И опять, опять они кричат... На пути —горючий белый камень. За рекой —поганая орда. Светлый стяг над пешими полками Не взыграет больше никогда. И, к земле склонившись головою, Говорит мне друг: “Остри свой меч, Чтоб недаром биться с татарвою, За святое дело мертвым лечь!” Я —не первый воин, не последний, Долго будет родина больна. Помяни ж за раннею обедней Мила друга, светлая жена. А. Блок. “Мы, сам-друг, над степью...” Наш замечательный земляк Василий Дмитрие­ вич Ряховский (1897—1951) — один из наиболее компетентных знатоков истории государства Рос­ сийского. Успешно экспериментируя в жанрах ис­ торико-документального повествования, уроженец Данковщины использовал свои личные наблюде­ ния, впечатления. Его родная Перехваль, придон­ ские окрестности были первыми учителями и вос­ питателями любознательного отрока, который с детства усваивал нравственно-духовные уроки от­ чизнолюбия. Подобно лирическому герою сочине­ ний великого земляка, Ряховский открывает и ос­ мысливает несказанно прекрасный мир малой ро­ дины (“Но более всего любовь к родному краю Ме­ ня томила, мучила и жгла” ; “О край разливов гроз­ ных И тихих вешних сил, Здесь по заре и звездам Я школу проходил” ). Внимание юного перехвальца привлекали былинные и летописные сказания (“ ...резвецы и удальцы, узорочье, воспитание ря­ занское...” ). В круге чтения Ряховского — авторы, художест­ венно-философски и психологически осмысливав­ шие тему Древнерусья (в их числе — создатель “Песни про боярина Евпатия Коловрата” Лев Алек­ сандрович Мей). “На святой Руси быль и была, да быльем давно поросла...” , — сказал Л. Мей, про­ следивший древние пути-перепутья русских витя­ зей. Ох, вы зорюшки-зори! Не один год в поднебесье вы зажигаетесь, Не впервой в синем море купаетесь: Посветите с поднебесья, красные, На бывалые дни, на ненастные!.. Вы, курганы, курганы седые! Насыпные курганы, степные! Вы над кем, подгорюнившись, стонете, Чьи вы белые кости хороните? Расскажите, как русскую силу Клала русская удаль в могилу!.. Размышляя об истоках событий, которые спо­ собствовали победе на поле Куликовом, Ряховский обращался к более ранним этапам отечественной истории. В этом плане примечательна работа Ря­ ховского над циклом документально-художествен­ ных жанров по истории Древней Руси. Творческая лаборатория прозаика — историчес­ кого романиста... Выписки из летописей... Старин­ ные рисунки, гравюры... Вот, например, половец­ кое торжище на Рясском поле весной 1217 года. Вместе с другими товарами (косяки коней, дико­ винки из Персии, Индии, из арабских и тюркских стран, венецианские зеркала, самоцветы и благо­ вонные масла) — русские пленники, за которых на­ значались крупные выкупы. Ряховский изучает сложные, противоречивые от­ ношения между русскими князьями. Раздоры. Бра­ тоубийственные побоища... Злодеяние в Исадах (“ ...князь-убийца утек вслед за половецкой ордой на Дон” ). Проследим за сюжетными линиями историчес­ кого повествования прозаика-данковчанина. ...”На конях, с копьем и луком” ... “Степи... к вер­ ховьям Дона... Весенняя степь поразила юного кня­ жича. Привыкший видеть на близком горизонте темные рязанские леса, Федор растерялся перед раскрывшимся простором. Зеленая, с редкими озерками стоячей воды степь грядами уходила к неуловимой черте горизонта. Травы, все травы, ис­ пещренные цветами, высокое небо и ветер...” Куликовская битва и Л ипецкий край