Шахов В. В., Истоки и горизонты: сочинение о Великой Победе

Истоки и горизонты 37 роход и свинцовую реку День ненастный рядил в домино”) раскры­ вает реалии “нэпмановского” отдохновения (“Первый класс был разнеженно-весел: На балконе стерляжий жирок Так чудесно и чувс­ твенно грезил В теле женщин, крутом, как белок”). Последующее развитие сюжета проясняет авторскую позицию: Я от флиртов спустился пониже... Между кип, где машина кипит, Коротышка, с гармоникой, рыжий На обрубках стоял инвалид. Костыли его в бляхах сверкали (И уродству нужна красота). На Карпатском, должно, перевале Эти ноги лежат без креста. Заиграл он, как мать провожала Паренька в большевицкий поход, И как будто бы молнии жало Пронизало меня... Весь народ! В повести “Сибирка” (1930) А. Липецкий осмысливает трагедий­ ность отечественной истории на “сгибе эпох”: “На новых фронтах за новую мужицкую и рабочую власть опять разливным морем по­ текла кровь. Горячими ручьями выплеснулась в самую сердцевину мужицкой земли, захлестнула по горло, обожгла пуще германского ядовитого газа надсадившиеся злобой и мукой сердца. Опять объя­ вили набор, опять заскрипели телеги, направляясь на сборный пункт” (глава третья). Крутые перевалы истории. Оптимистическая трагедия, трагедийный оптимизм мятежных упований “ищущих бу­ ри”. К добру или худу происходящее? Главу четвертую повести “Си­ бирка” прозаик начинает горестным размышлением: “Вдосыт напи­ тались кровью донские степи, крымские седые солончаки, тамбов­ ские и воронежские черноземы. Вместо штыка и сабли закачался на ожившей борозде поднявший без боязни голову усатый колос... Только слила полая вода, в имение приехали плотники, кровельщи­ ки и столяры. Во дворе, в доме застучали топоры, завизжали пилы, приводя в порядок разоренное гнездо...” Нет необходимости искусственно выпрямлять творческий путь Ал. Липецкого. Были у него житейские зигзаги, кризисы, сомнения. Общественный и этический идеал его одухотворялся романтической утопичностью. “Россия моя, тучевая Россия, Что ж солнца не видно на небе твоем?” - вопрошает его лирический герой (“Моя Русь”, 1915). Революционные события страшили его стихией безудержного Сочинение о Великой Победе