Шахов В. В., От Бояна Вещего до Есенина

Липецкие краеведы обратили внимание на автобиографическую прозу Н. Успенского, в частности, на его рассказ «Декалов», где довольно прозрачно просвечивают документальные реалии. Шиповские впечатления своеобразно откристаллизовались в поэтике таких (тоже автобиографических) производи­ телей, как «Ночь под светлый день», «Брусилов», «При своём деле». Николай Успенский. На литературной карте Липецкого края особое место принадлежит всему, что связано с его творческой индивидуальностью, его тра­ гической судьбой. Нет пророков в своем отечестве— гласит философское присловье. Лермон­ товский «Пророк» — о том же... Когда же через шумный град Я пробираюсь торопливо, То старцы детям говорят С улыбкою самолюбивой: «Смотрите: вот пример для вас! Он горд был, не ужился с нами: Глупец, хотел уверить нас, Что бог гласит его устами! Смотрите ж, дети, на него: Как он угрюм, и худ, и бледен! Смотрите, как он наг и беден, Как презирают все его!» Век назад, в 1890 году, газета «Орловский вестник» поместила заметки двад­ цатилетнего Ивана Бунина «К будущей биографии Н. В. Успенского». Лермонтовские традиции органически вошли в творчество другого демо­ крата — Михаила Алексеевича Воронова, соавтора Левитова по знаменитой книге «Московские норы и трущобы». Знаменательно, что восприятие лермонтовс­ ких традиций у Воронова, как иу Левитова, сочеталось с пристальным интере­ сом к поэтическим экспериментам Н. А. Некрасова. Для своей повести «Детство и юность» Воронов взял эпиграфом вырази­ тельную некрасовскую строфу: В неведомой глуши, в деревне полудикой Я рос средь буйных дикарей, И мне дала судьба, по милости великой, В руководители псарей. Факт обращения Воронова именно к этому произведению Некрасова весь­ ма характерен и показателен. Ведь известно, что стихотворение «В неведомой глуши...» было написано Некрасовым по мотивам лермонтовских произведе- 132