Шахов В. В., От Бояна Вещего до Есенина

Автобиографический герой «ет Тгаиег.чр1еЫ — глубоко и сильно чув­ ствующая натура («...жил поэт,.Скрываючи в груди мятежной Страданья многих, многих лет»); «мечты былого» пронизаны в его юном сердце поис­ тине трагическими воспоминаниями. Психологический анализ в трагедии «Люди и страсти», конечно же, лишён глубины идиалектичности зрелого Лермонтова, но в персонаже Юрия Волина проявляется индивидуальность многогранная, незаурядная, наделённая твор­ ческой энергией. «Лучшим разговором для меня было размышленье о людях. Помнишь ли, как нетерпеливо старался я узнавать сердце человеческое, как пламенно я любил природу, как творение человечества было прекрасно в ос­ лепленных глазах моих?» — вопрошает Волин своего приятеля; свои чувства, мысли, надежды, мечты и сомненья Юрий подвергает холодному рациональ­ ному анализу, не находя однако ответа на многие вопросы, сомневаясь, стра­ дая («...от колыбели какое-то странное предчувствие мучило меня»). Юрий признаётся, что часто «во мраке ночи плакал над хладными подушками» от одиночества («нет совершенно никого, никого, никого на целом свете»). Монологи Юрия Волина могут послужить для нас своеобразной психо­ логической информацией о мироощущении самого Михаила Лермонтова: «...у моей бабки, моей воспитательницы — жестокая распря с отцом моим, и это всё на меня упадает...» Автобиографический герой произведения выра­ жает отнюдь не только «книжные» чувства, но выстраданное, болевое: «Не­ справедливости, злоба —- всё посыпалось на голову мою, — как будто туча, разлетевшись, упала на меня и разразилась... Любовь мою к свободе челове­ чества почитали вольнодумством...» 7. Кропотово — Пенза, Тарханы: «Да будет с ним благословенье...» П о нескольку раз на день заговаривали о Пензе: в Кропотово поступило известие о том, что Елизавета Алексеевна с внуком Михайлой Юрье­ вичем отбыла из Тархан в губернский город. У Юрия Петровича тоже были в Пензе знакомые, радушие и гостеприимство которых вспоминалось те­ перь с особой теплотой и признательностью. ...Бабушка с внуком жила в Пензе несколько раз. Зимой 1816—1817 годов она останавливалась в доме своего родственника Г. Д. Столыпина. Архивы сохранили письмо пензенского губернатора М. М. Сперанского А. А. Сто­ лыпину: «Елизавета Алексеевна также здесь. Не знаю, увижу ли Лермонто­ вых...» Следующий визит в Пензу бабушки с внуком — в июне 1817 года — имел целью засвидетельствование гражданской палатой духовного завеща­ ния, по которому «движимое и недвижимое имение, состоящее Пензенской губернии, Чембарской округи в селе Никольском, Яковлевское тож» (так раньше именовались Тарханы — В. Ш.), должно переходить в наследство Михаилу Юрьевичу. До мая 1818 года Арсеньева с внуком жили на Дворян­ ской улице в доме Дубенского. 114