Гусев Н.В., Самохин А.Г., Николай Александрович Семашко

положении, о социальных причинах распространения бо­ лезней, поездки врача в Орел и связи с «неблагонадежны­ ми» насторожили полицию. Николаю Александровичу снова угрожает увольнение без объяснения причин. В 1904 году он переезжает в Нижний Новгород зем­ ским врачом, ведет активную работу в губернском коми­ тете партии, связ ь с которым ему удалось установить. Здесь и застала его первая буржуазно-демократиче­ ская революция в России, в которой II. А. Семашко при­ нял активное участие. Д л я связи с рабочими он организо­ вал отдельную «штаб-квартиру». В дни восстания, вспых­ нувшего в Сормове в декабре 1905 года, он возглавил ру­ ководство организацией медицинской помощи восстав­ шим рабочим. Восстание было подавлено, а многие его участники арестованы. Был арестован и посажен в тюрьму и Н. А. Семашко. Темная з атхлая камера сделала свое дело, стал быстро развиваться туберкулез. Близкие и знакомые забили тревогу, предпринимая все возможное, чтобы вырвать Семашко из тюрьмы, и им удалось добиться его освобождения до решения суда, ко­ торое ничего хорошего не сулило ему. В 1906 году Н. А. Семашко покидает Россию и эмигрирует в Швейцарию. В Женеве в это время жил Г. В. Плеханов . Многие из представителей русской интеллигенции, прибывшие за границу, же л а ли встречи с выдающимся пропагандистом марксизма . Дл я Н. А. Семашко Плеханов был не только пропагандист марксизма , но и близкий родственник — дядя. С большим волнением Семашко подходил к дому че­ ловека , получившего мировую известность. После не­ скольких минут ожидания в гостиной на пороге кабинета появился небольшого роста, одетый по-европейски чело­ век с большими усами, пригласил в кабинет. Встреча была вежливой, но сдержанной, далеко не родственной. Семашко имел уже опыт революционной борьбы, твердо стоял на позициях большевиков, и это на­ с тораживало Плеханова . Политические ра зногласия дяди и племянника со временем росли. Впоследствии, вспоминая об этом, Семашко' писал: «Это, конечно, было неприятно. Но я за это глубоко ува ­ жа л Плеханова . Это не был человек, у которого убежде ­ ния в одном к а рман е , ' а личные симпатии в другом. Это Ю