Переселения крестьян Рязанской губернии.

43 — шева». Изъ Демкина двинулся въ Бійскій округъ богатый мужикъ; съ собой понесъ 1,500 р.; нро него говорятъ: «жилъ здѣсь—лучше не надо, да тѣсно скотинѣ, говорилъ». Изъ Ляпуновки пошелъ съ 200 рублями: «скотины держать нельзя,—штрафы (за потраву скотомъ) одолѣли». Во­ обще тѣснота угодій для скота, тѣснота усадьбы и боязнь, что у дѣтей земли будетъ мало,—почти всегдашнее объясненіе переселеній зажиточ­ ныхъ крестьянъ. Эти причины, конечно, не менѣе вліятельны и на стрем­ леніе къ выселенію бѣдняковъ. Изъ Буховаго выселился однолошадный домохозяинъ съ 150-ю руб­ лями; про него говорятъ: «жилъ сносно, да отъ зенкинскаго поля бѣ­ жалъ,—неспокойно было на однойлошади». «Зенкинское поле»—лучшая часть надѣльной земли буховскихъ крестьянъ; она лежитъ за 15 верстъ отъ села. Въ селѣ Дубовомъ такая замѣтка противъ переписи одного изъ самарцевъ: «Годъ отъ году все труднѣй становится, да и дальше хорошаго не видать. Собралъ 270 р. и уѣхалъ за другими». Изъ села Колыбельскаго идутъ два бѣдняка; каждый взялъ съ собою по 50 р. Про одногоговорятъ: «хлѣба не хватало; дровъ купить йена что»; про другого: «земля была сдана на 12 лѣтъ; самъ жилъ въ людяхъ,—врядъ добромъ вспо­ мянетъ свою сторону». Временно - обязанный крестьянинъ села Гагина пошелъ въ Томскую губ. съ 70 рублями: «отъ тяжелаго оброка, говорилъ, ѣду да отъ трудной кормежки». Переселенецъ въ Уфимскую губ. изъ Анненскаго беретъ съ собою 400 р.; про него: «жилъ хорошо, да опускаться сталъ отъ дорогой аренды,—захотѣлось устроиться попрочнѣй». Изъ ІІро- сѣчья (бывшіе г. Прокоповича) ушли двое. Одинъ «жилъ неплохо, съ собой взялъ 400 р., да на 1 душѣ (земли) впятеромъ житье тяжелое»; другой понесъ 25 р.: «былъ старшиной, да аренда въ худой годъ ра­ зорила, поправляться ушелъ». Одинъ «самарецъ» пишетъ: «Слава Богу, отъ картошки убегъ»,—разумѣя подъ этимъ вообще худшія условія пита­ нія на своей родинѣ: «въ Шубенкѣ (деревня Бійскаго огруга) пшеницу ѣмъ, а дома ржи не хватало!» Изъ этихъ примѣровъ видно, что нужда въ разныхъ ея проявленіяхъ гонитъ крестьянина въ далекую, но прос­ торную сторону: то неудобное расположеніе надѣла, то аренда на тяже­ лыхъ условіяхъ, то недостатокъ топлива, то хлѣба не хватаетъ, подати тяжелы. Въ этой, почти исключительно земледѣльческой сторонѣ отхожихъ про­ мысловъ «не уважаютъ», хотя въ западной части Скопинскаго уѣзда они и развиты; обращаются къ нимъ въ крайности и иногда идутъ «на Самару», чтобы избавиться отъ нихъ; про одного «самарца» говорятъ: «зиму и лѣто онъ на заработкахъ (отхожихъ),—не въ охоту, а тамъ (въ Томской губ.), Богъ дастъ, жителемъ (настоящимъ хозяиномъ-землепашцемъ) станетъ». Или:идетъ на самару семья съ 3-мя работниками; земли у нея 27, деся­ тины четвертная'; уходъ объясняютъ: «земли мало; ребята на сторонѣ (т.-е. на заработкахъ) балуются; оттого и пошелъ».