Переселения крестьян Рязанской губернии.

— 42 помѣщичьими, владѣющими худшимъ надѣломъ. Знакомые съ недостаточ­ нымъ количествомъ фактовъ, они доходили до такихъ странныхъ увѣреній, что помѣщичьи крестьяне обставлены въ экономическомъ отношеніи лучше, чѣмъ бывшіе государственные, благодаря близости къ нимъ частновладѣль­ ческихъ хозяйствъ, дающихъ имъ возможность мѣстныхъ заработковъ. Едва ли надо указывать неосновательность такого мнѣнія; замѣтимъ только, что крестьяне, получая за полную обработку и уборку десятины отъ 3—5 р. .(изрѣдка 6 р.), по большей части забираютъ деньги впередъ за іодъ , за два и что зажиточный крестьянинъ всячески избѣгаетъ такой работы, какъ крайне вредной для его хозяйства. Мѣстные землевладѣльцы прекрасно это понимаютъ и нерѣдко сдаютъ въ аренду землю при непремѣнномъ условіи въ счетъ арендной платы обработать и убрать опредѣленное число десятинъ экономіи; при этомъ имѣется въ виду совершенно вѣрный раз- счетъ, что нужда въ землѣ заставитъ крестьянина взять ненавистный для него заработокъ. Другіе же, не желая признать первой причины, указы­ ваютъ на какой-то «переселенческій зудъ», на свойственное русскому крестьянину непосѣдство, видя въ этомъ основную причину движенія. Одни утверждаютъ, что идетъ съ родины бѣднякъ и пропойца, другіе не сомнѣ­ ваются, что чуть ли не однибогачи составляютъ контингентъ переселенцевъ. Нѣкоторые видятъ едва ли не исключительную причину движенія въ легковѣріи крестьянина къ заманчивымъ вѣстямъ изъ далекихъ, но обильныхъ мѣстъ, а есть и такіе, что увѣрены въ осмотрительности крестьянина. Словомъ, даже у мѣстныхъ жителей, близко видѣвшихъ движеніе, но неохватившихъ достаточнаго числа фактовъ,—маеса мнѣній, исключающихъ другъ друга; очевидно, приведенныя сужденія зависятъ отъ тѣхъ случаевъ переселенія, съ какими приходилось сталкиваться ихъ автору. Сами крестьяне, если заговорить съ ними о переселенческомъ движеніи вообще , даютъ на­ столько же спутанные и противорѣчивые отвѣты. Другое дѣло, если за­ ходитъ рѣчь объ извѣстномъ домохозяинѣ, ушедшемъ «на самару»; тутъ отвѣты вполнѣ опредѣленны, хотя тоже крайне разнообразны. Въимѣю- щемся у насъ матеріалѣ (подворной переписи каждаго переселенца) ихъ очень много; приведемъ нѣкоторые изъ нихъ. Ранено, уѣздъ. Идетъ въ Томскую губ. крестьянинъ села Буховаго; семья его изъ 10 человѣкъ; съ собою взяли 500 р.; про него говорятъ: «Кредитный былъ человѣкъ, да земли только на 1 душу,—ну и пошелъ». Изъ села Колыбельскаго уходитъ на вольныя земли богачъ, тысячникъ: «ребятъ, говорятъ, на вольныя земли повелъ: 5-ти работникамъ на 10-тн десятинахъ дѣлать нечего, да и сватъ звалъ». Изъ Колычева уходитъ «на самару» кое-какъ перебивавшійся крестьянинъ, на дорогу сбилъ 100 р. да 2 повозки: «дѣти одолѣли,—не прокормить ихъ на нашей землѣ». Идетъ въ Уфимскую губ. изъ Салтыковъ крестьянинъ, имѣвшій 13 десятинъ соб­ ственной земли и собравшій отъ распродажи своего имущества 2,500 р.; даютъ такое объясненіе: «выгоны и усадьбы тѣснили, а тамъ земля де-