Переселения крестьян Рязанской губернии.

— 16 — не отходятъ далѣе 40-хъ годовъ; переселенія изъ бывшихъ помѣщичьихъ, конечно, начались лишь послѣ освобожденія ихъ отъ крѣпостной зависи­ мости; самыя же раннія выселенія могли происходить (и дѣйствительно происходили) изъ разряда бывшихъ государственныхъ крестьянъ восточ­ ной половины уѣзда. Въ нашихъ матеріалахъ имѣются указанія на высе­ ленія раньше 40-хъ годовъ изъ селеній бывшихъ государственныхъ кресть­ янъ Курбатовской, Корневской, Измайловской и Маклаковской волостей, лежащихъ въ восточной части уѣзда. Еще въ первыхъ годахъ столѣтія (лѣтъ 80 назадъ) выселилось нѣ­ сколько семей въ Оренбургскую губернію изъ села Большаго Подовечья, Курбатовской волости. Съ тѣхъ поръ до 30-хъ годовъ у насъ есть ука­ заніе лишь на одинъ случай выселенія: около 1820 года (въ «голодный годъ») ушла въ Саратовскую губернію половина села Маклакова. Въ 30-хъ годахъ переселенцы направлялись тоже преимущественно-въ Саратовскую губернію, изъ Бакланова (Маклаковской волости) и изъ Полотебнаго (Курбатовской) вышло туда по нѣсколько семей, а другое село той же волости—Дехтяр- ка—выслало V* своего населенія; крестьяне хорошо помнятъ, что въ 30-хъ годахъ посылались предварительно въ Саратовскую губернію «ссадчики» для осмотра мѣстъ будущаго поселенія. Въ 30-хъ же годахъ изъ Чулков скихъ выселокъ (Корневской волости) ушло 5 семей въ Землю Войска Донскаго, но (хотя нѣкоторыя изъ нихъ и устроились полнымъ хозяйствомъ) всѣ онѣ живутъ и до сихъ поръ, по паспортамъ, не отчисляясь отъ своей родной деревни, такъ что даже при дѣлежѣ земли въ 1881 году и имъ нарѣзали землю по числу ихъ мужскихъ душъ. Въ 40-хъ годахъ ходили на развѣдку въ Саратовскую, Самарскую, Уфимскую и Оренбургскую гу­ берніи, и затѣмъ вышло туда по нѣсколько семей изъ селеній бывшихъ госу­ дарственныхъ крестьянъ Курбатовской волости (изъ Большаго и Малаго ІІодовечья, Дехтярки и Борщовки), да изъ Спасскаго, Измайловской волосги, выселилось тогда около 50 душъ въ Саратовскую губернію. Всѣ переименован­ ные до сихъ поръ случаивыселеній происходили по иниціативѣкрестьянъ, оезъ матеріальной поддержки правительства и даже, повидимому, безъ его вы­ зова и указаній; очевидно, что менѣе значительныя выселенія изъ Скопин- скаго уѣзда (сравнительно съ двумя болѣе южными) почти до самой Х-й ревизіи не обращали на себя вниманія администраціи. Около 1856 г. «кличъ на вольныя земли» дошелъ и до Скопинскаго уѣзда; на него отозвались государственные крестьяне Курбатовской во­ лости: ушло нѣсколько душъ изъ Малаго ІІодовечья, около 10 душъ изъ Большаго Подовечья и изъ Дехтярки—до 50 душъ; всѣ шли въ Самарскую губернію «по манифесту»: правительство, по словамъ крестьянъ, давало помощь на проходку, дозволяло пасти коней на большихъ дорогахъ, а по прибытіи на мѣсто поселенія отпускало для перваго обзаведенія по 140 р. ассигнаціями на двухъ работниковъ и по 39 сотенныхъ десятинъ (въ 100X 40=4,000 кв. саженъ каждая). Въ то же время выселялись семьи и на