Переселения крестьян Рязанской губернии.

— 139 — пинскаго уѣзда до 70-хъ годовъ) направлялось главнымъ образомъ въ ^емлю Войска Донскаго и въ Ставропольскую губернію. Переселялись туда преимущественно бѣднѣйшіе хозяева. Благодаря дешевизнѣ арендной земли, многимъ удалось обзавестись своимъ хозяйствомъ на съемныхъ станичныхъ земляхъ; но большая часть такихъ сходцевъ и до сихъ поръ живетъ по квартирамъ, занимаясь шерстобитствомъ или нанимаясь въ батраки и на иные заработки. Особенно плохо стали устраиваться ушедшіе «въ степь» въ 70-хъ годахъ, что и повліяло сначала на пріостановку переселенческаго движенія изъ Скопинскаго уѣзда, а затѣмъ на измѣненіе его направленія,— когда стали извѣстны обильныя землей восточныя губерніи. Повидимому, ни въ Землѣ Войска Донскаго, ни въ Ставропольской губерніи переселен­ цамъ Рязанской губерніи не удавалось устроиться; на собственной или на надѣльной землѣ, не слышно и о припискѣ къ городамъ, а потому почти всѣ они до сихъ поръ живутъ по паспортамъ съ своей родины, только очень немногіе одинокіе сходны—входили въ семью мѣстныхъ крестьянъ степныхъ губерній («выходили замужъ») и, такимъ образомъ, всецѣло сли­ ваясь съ мѣстными жителями, устраивались вполнѣ прочно. Обратимся теперь къ послѣдствіямъ переселенческаго движенія для остаю­ щихся членовъ общины. Необходимо замѣтить, что во всѣхъ 3-хъ разсматриваемыхъ уѣздахъ Рязанской губерніи земля настолько цѣнна, арендныя цѣны,на нее такъ высоки, что почти во всѣхъ общинахъ надѣлъ сдается въ аренду не только за всѣ подати и повинности, лежащія на немъ, но сдающій еще получаетъ приплату въ 1, 3, 5 и даже 8 рублей въ годъ за каждую земельную душу. Понятно, что при такихъ условіяхъ переходъ земли переселенца къ обществу или отдѣльнымъ его членамъ очень выгоденъ, хотя бы съ тѣмъ вмѣстѣ пере­ ходили на нихъ и всѣ платежи; но съ отчисленіемъ новосела по новому мѣсту жительства, подушная подать его слагается съ прежняго общества, а, слѣдовательно, и указанная выгода становится еще ощутительнѣе. Ыы знаемъ уже, какъ крестьяне трехъ изслѣдуемыхъ уѣздовъ стѣснены въ выгонахъ. Съ уходомъ переселенцевъ становится скоту просторнѣе, что, весьма понятно, очень цѣнится крестьянами, и они раньше всего ука­ зываютъ на это благопріятное послѣдствіе переселенческаго движенія. Мы имѣемъ цифры скота, бывшаго у переселенцевъ передъ ихъ выходомъ, только за послѣднее шестилѣтіе. Во всемъ районѣ изслѣдованія у крестьянъ, ушедшихъ на новыя мѣста съ 1877—82 годъ, было: 2,024 лошади, 1,431 корова, 6,602 овцы и до 600 штукъ остальнаго мелкаго скота. Большая часть лошадей взята переселенцами съ собой; много мелкаго скота и часть коровъ продана на убой, а остальной скотъ, проданный односельцамъ, поднялъ достатокъ отдѣльныхъ дворовъ да и другіе домохозяева, понятно, получили возможность нѣсколько расширить размѣры своего скотоводства. Но еще важнѣе, что и остальная земля переселенцевъ перешла въ поль-