Переселения крестьян Рязанской губернии.

— 107 — мѣсто переселеніямъ на востокъ; это послѣднее направленіе приняло въ себя такъ много переселенцевъ, что даже явилось преобладающимъ за весь разсматриваемый двадцатичетырехлѣтній періодъ движенія (съ Х-й ре­ визіи). Въ силу такого важнаго значенія переселеній въ Сибирь, мы, про­ слѣживая передвиженіе переселенческихъ партій, сосредоточимъ главное вниманіе именно на этомъ направленіи. Къ тому же передвиженіе сходцевъ въ степныя и низовыя губерніи Европейской Россіи и на Кавказъ совер­ шается почти такимъ я;е образомъ, какъ это дѣлаютъ мѣстные крестьяне, уходя туда въ отхожіе заработки. Въ громадномъ большинствѣ случаевъ «степняки» принадлежатъ къ наименѣе зажиточной категоріи сходцевъ; наскучивъ своими ежегодными походками «въ степь» на заработки и не имѣя дома прочнаго хозяйства, они рѣшаются окончательно перебраться въ знакомыя имъ мѣстности, надѣясь тамъ современемъ обзавестись хо­ зяйствомъ или хоть «кормиться» лучше, чѣмъ на своей родинѣ. Тогда они приходятъ домой, чтобы забрать свои семьи и распродать имѣющуюся стройку и разный домашній скарбъ, а лѣтомъ окончательно перекочевы­ ваютъ по хорошо знакомой имъ дорогѣ въ мѣста новаго поселенія. Тутъ сборы просты, путь ясенъ; нѣтъ надобности въ извѣстіяхъ съ мѣстъ бу­ дущаго поселенія, а тѣмъ менѣе въ спеціальныхъ развѣдкахъ ихъ. Зна­ чительно сложнѣе сборы и ходъ передвиженія переселенцевъ въ далекую Томскую губернію и въ тѣ мѣста, куда отхода на заработки не существуетъ. Переселенецъ, поселившись на новомъ мѣстѣ, обыкновенно шлетъ сво­ имъ роднымъ письма, въ которыхъ старается знакомить съ условіями сво­ его новаго мѣста жительства. Письма читаются вслухъ собравшимся односельчанъ и переходятъ изъ рукъ въ руки, разнося вѣсть о далекихъ земляхъ далеко за предѣлы селенія. Наилучшія вѣсти идутъ изъ Томской губерніи и, главнымъ образомъ, изъ ея Бійскаго округа. Изъ первыхъ пи­ семъ у крестьянъ нашего района составилось понятіе о Томской губерніи., какъ о краѣ, не только изобилующемъ легко достающейся пахотной земг лей и лугами, гдѣ лѣсу и топки вдоволь, гдѣ «хлѣбомъ и бѣднякъ не- бьется», но и образовалась увѣренность, что старательный и хорошій ра­ ботникъ даже безъ средствъ скоро можетъ стать на ноги. Вотъ какъ пи­ шетъ изъ Томской губерніи переселенецъ Раненбургскаго уѣзда, ушедшій съ родины въ 1878 г.: «Удовольствіе, какое сѣно! Я наставилъ на душу 400 копенъ, кромѣ вольныхъ мѣстовъ. Церковь 2 версты; лѣсъ-боръ 3 версты; всякія ягоды и хмѣля возлѣ деревни. Земли пахать—сколько угодно; земля и лѣса никогда не дѣлятся, и объѣздчиковъ нѣту. Потомъ наемка очень дорога: уборка хлѣба—за десятину 20 пуд. хлѣба даютъ; нѣту кос­ цовъ косить хлѣбъ... Еще рѣки очень хороши; озера рыбныя... Хлѣба всякіе родятся: рожь, пшеница, ярица, гречуха, просо, овесъ, ячмень и горохъ. У насъ въ деревнѣ ржаная мука 30 к. пудъ. Потомъ работника подряжаютъ въ годъ 50 р. сер. и даютъ 2 десятины подъ посѣвъ хлѣба». Такихъ писемъ изъ Томской губерніи много; но и но этой выдержкѣ уже