Отчет о деятельности Елецкого биржевого комитета за 1904-1906 гг.

номъ., выдѣляется въ какую то особую привилегиро­ ванную группу, что совершенно противорѣчитъ одному изъ основныхъ принциповъ государственнаго благоуст­ ройства— равенство всѣхъ гражданъ передъ закономъ. Въ заключеніе Совѣщаніе признало необходимымъ остановиться еще на слѣдующемъ: въ IV главѣ про- экта авторъ, как'ь на одно изъ доказательствъ въ поль­ зу предлагаемыхъ имъ измѣненій карательныхъ статей закона, касающихся стачекъ и выражающихся какъ мы видѣли, частью въ полной отмѣнѣ наказанія (за заба­ стовку), частью въ значительномъ смягченіи такового (за насилія, угрозы и т. ш, коими могутъ сопровож­ даться забастовки), ссылается па опытъ западно-евро­ пейскихъ государствъ, не указывая, къ сожалѣнію, исто­ чники, изъ коихъ почерпнулись эти свѣдѣнія, и увѣ­ ряетъ, что тамъ будто бы на «стачки установился въ настоящее время совершенно опредѣленный взглядъ, какъ на неизбѣжное и нормальное явленіе развитой промышленности страны« очевидно забывая, что еше не такъ давно (въ 1898 г.) въ Германскій Рейхстагъ былъ внесенъ по иниціативѣ Императора Вильгельма II , такъ называемый «каторжный* законопроэктъ, по которому забастовки въ нѣкоторыхъ отрасляхъ промы­ шленности должны караться каторжными работами отъ 3-хъ до о-ти лѣтъ. Если возможно появленіе проэктовъ, подобныхъ вышеназванному, то нельзя съ такой категоричностью говорить о томъ, что вышеприведенный взглядъ совер­ шенно установился. Не слѣдуетъ забывать и то, что промышленность въ западной европѣ неизмѣримо стар­ ше русской, что смягченіе наказаній за стачки и со­ провождающія таковыя преступленія отъ каторги и