Очерки из истории Тамбовского края. Выпуск 3-й.

— 160 — въ такомъ уединеніи. Послѣ мнѣ разсказывали, что я же­ стоко угорѣлъ и свалился на полъ и что педагогъ мой, вернувшись домой, счелъ за лучшее положить меня головой въ снѣгъ. Отъ этого со мной началась горячка и я проле­ жалъ нѣсколько недѣль безъ памяти, при полномъ отсут­ ствіи какихъ либо медицинскихъ пособій и въ самой не гигіенической обстановкѣ, такъ какъ изба наша въ силь­ ные морозы промерзала насквозь.,.. Весною я поправился, а въ августѣ, въ началѣ 50-хъ годовъ, меня повезли въ Іамбовъ для опредѣленія въ одно изъ духовныхъ училищъ. УЧИЛИЩЕ. Училищныя зданія, въ видѣ длинныхъ и приземистыхъ казармъ растянувшіяся на берегу рѣки Цны, съ самаго пер­ ваго раза непріятно поразили меня и своею неуклюжестію, и грязыо, и крайне затхлымъ воздухомъ. Это впечатлѣніе только усилилось, когда я на обширномъ бурсацкомъ дворѣ увидѣлъ многосотенную и шумную бурсацкую толпу, со­ стоявшую изъ дѣтей разнообразнаго возраста, отъ 8 до 20-ти лѣтъ, одѣтыхъ въ самые разноцвѣтные балахоны, между которыми преобладала синяя, изъ толстаго домаш­ няго сукна, чуйка. Обуви почти ни у кого не было... Меня провели къ инспектору, высокому и длинноносому старичку, который немедленно и сдалъ меня подъ началъ одному изъ большихъ школяровъ. Въ то время мнѣ было отъ роду во­ семь лѣтъ и я скоро почувствовалъ всѣ невыгоды этого обстоятельства... Впрочемъ, къ товарищескимъ колотушкамъ я привыкъ довольно скоро и подъ ихъ вліяніемъ даже сталъ впадать въ какую-то странную чувствительность: мнѣ начинала нравиться роль униженнаго и оскорбленнаго, я забивался куда нибудь въ дровяной уголъ, или подъ кро­ вать и плакалъ—плакалъ... Очень часто потомъ плачь мой былъ вызываемъ и реальными мотивами. Въ училищѣ кормили насъ, по чрезвычайной бѣдности заведенія, а мо­ жетъ быть отчасти и по недосмотру, изъ рукъ вонъ скверно;