Очерки из истории Тамбовского края. Выпуск 3-й.

— 159 — которые и въ раннемъ дѣтствѣ не могли не поразить меня своею суровостію. Мнѣ было около четырехъ лѣтъ, когда внезапно умеръ отъ холеры мой отецъ священникъ, а че­ резъ двѣ недѣли послѣ его смерти до тла сгорѣлъ весь домъ нашъ со всѣмъ имуществомъ. Глубокаго житейскаго смысла совершившихся событій, обрекшихъ всю нашу семью на неисходную нищету, я, конечно, не понималъ, но меня потрясали отчаянные вопли моей матери и неунимаемый крикъ маленькихъ сестеръ, къ которому невольно присоединился ия... Мы поселились въ простой избѣ и кое-какъ зажили... Когда мнѣ минуло шесть лѣтъ, мать отдала меня въ науку къ заштатному дьякону Степану Алексѣевичу, который, изъ жалости къ нашему бѣдственному состоянію, взялся выучить меня азбукѣ за три рубля, а часослову и псалтыри—за во­ семь рублей. Ученіе мое продолжалось обыкновенно цѣлый день, причемъ добродушный и недалекій мой наставникъ, слѣдя за мной съ полатей , требовалъ, чтобы я читалъ какъ можно громче и чаще. Въ этомъ онъ видѣлъ окончательную цѣль своего педагогическаго относительно меня призванія. Иногда мнѣ удавалось чѣмъ нибудь угодить своему учителю. Тогда онъ бралъ меня съ собой, смотря по времени года, или въ лѣсъ за дровами, или на рыбную ловлю, и въ обоихъ случаяхъ доставлялъ мнѣ величайшее удовольствіе. Имепно только этими-то удовольствіями и красно было мое суро­ вое дѣтство... Среди высокихъ елей и сосенъ Спасскихъ дремучихъ лѣсовъ или же на зеленомъ берегу тихаго и рыб­ наго Бада я забывалъ всѣ свои невзгоды: и щелчки моего учителя, на которые онъ, ири всей своей добротѣ, по ста­ рой педагогической методѣ былъ очень щедръ, и безтолко­ вое цѣлодневное зуденье азовъ, и нищету домашнюю... Къ концу перваго моего учебнаго года, въ одинъ изъ зимнихъ' дней, со мной случилось происшествіе, едва нео­ кончившееся роковыми послѣдствіями. Степанъ Алексѣевичъ куда-то ушолъ изъ дому и я остался одинъ въ дымной и жарко натопленной избѣ въ сотый разъ читать одну и ту же страницу псалтыря. Не помню, долго ли я просидѣлъ