Очерки из истории Тамбовского края. Выпуск 1-й.

37 дѣйствительно проникли и въ нашу глушь, распечатывала на почтѣ подозрительныя частныя письма, ловила на улицахъ и площадяхъ неосторожныхъ собесѣдниковъ, учреждала чрез­ вычайные военные и полицейскіе караулы и въ то же вре­ мя была крайне смущена и въ сущности не знала, что дѣ­ лать. Нѣкоторыя письма, обнаруженныя перлюстраціей, осо­ бенно тревожили городъ Тамбовъ таинственнымъ своимъ со­ держаніемъ. Таковы были письма, адресованныя надворному совѣтнику Рубцу полякомъ Дробыгаевскимъ. «Градъ Моги­ левъ, писалъ Дробышевскій,—засыпалъ и дальніе около не­ го города, а нашего дождя не слышно. Надивиться тому не можно, что все сіе значитъ. Слышно, что ничего дурнаго не дѣлаетъ, но много и много есть слуховъ дурныхъ.» Въ другомъ письмѣ тотъ же авторъ писалъ: «извѣстная туча, разсыпала свои дожди уже около Борисова. День въ день идутъ обыватели чрезъ Оршу до Смоленска. Мы еще ничего опаснаго не слышимъ. А жена моя не пишетъ отъ того, да­ бы въ этомъ мѣстѣ не было ничего русскаго.» Тогда за Руб­ цомъ стали наблюдать и противъ него оказались новыя ули­ ки. Однажды Рубецъ говорилъ въ своемъ домѣ предъ много­ численнымъ обществомъ: «Французы Вильну взяли и народъ встрѣчалъ Наполеона съ колѣнопреклоненіемъ и тотъ пол­ ководецъ Французскій обѣщалъ всѣмъ русскимъ крестьянамъ вольность». Рубецъ, повидимому, былъ весьма дѣятельнымъ польскимъ агентомъ и велъ съ своими корреспондентами ожив­ ленную и нѣкоторымъ образомъ шифрованную переписку на польскомъ языкѣ. Это видно изъ слѣдующихъ словъ письма, полученнаго имъ отъ сестры изъ Стародуба: «читаю твои письма очень внятно, а моихъ писемъ ты не понимаешь»*). Тревога въ Тамбовской губерніи по поводу событій оте­ чественной войны увеличилась еще болѣе потому, что мѣст­ ныя власти долго ничего не знали объ участи русской арміи. Къ этому присоединись замѣшательства въ сосѣдней Пен­ зенской губерніи. Такъ, въ Инзарѣ собраны были Пензен­ скіе ополченцы въ количествѣ 2400 человѣкъ, которыхъ по­ чему-то долго не приводили къ присягѣ, тогда они сами по­ требовали присяжной церемоніи. Это принято было за бунтъ. *) Арх. Губер. Правленія № 77.