Очерки из истории Тамбовского края. Выпуск 1-й.

- 1 5 8 - наго самодурства, которое было тѣмъ рельефнѣе, что нераз­ витость Тамбовскаго дворянства весьма нерѣдко выражалась въ совершенной неграмотности. Въ 1789 году у насъ были слѣдующія неграмотныя инородческаго происхожденія дво­ рянскія фамиліи: Маматказины, Булушевы, Енгалычевы, Биг- ловы, Катаевы, Еникѣевы, Маматовы, Дивѣевы, Елышевы, Мусьевы, Тюменевы, Бекмаевы, Канчурины, Сакаевы и Сам- палаевы. Всѣ они оффиціально аттестованы были такъ: „въ службѣ не были, грамотѣ и писать не умѣютъ". По словамъ Г. Р. Державина, опытнаго знатока Тамбовскаго края,— Там­ бовское дворянство было такъ грубо и необходительно, что ни одѣться, ни войти, ни обращаться какъ должно благородно­ му человѣку не умѣли, кромѣ нѣкоторыхъ, которые жили въ столицахъ. Конечно, были у насъ образованные и гуманные дворяне, такъ какъ лучшіе люди нашего отечества всетаки принад­ лежали именно къ дворянскому сословію, но таковыхъ у насъ было очень немного. Съ удовольствіемъ отмѣчаемъ мы здѣсь почтенное имя Козловскаго помѣщика И. Г. Рахманинова, извѣстнаго осно­ вателя типографіи въ селѣ Казинкѣ и замѣчательнаго пере­ водчика сочиненій Вольтера; не можемъ не вспомнить так­ же и г. Ниловой, усерднѣйшей сотрудницы Державина въ его Тамбовскихъ литературныхъ предпріятіяхъ. Съ любовію передаемъ мы современникамъ дорогое имя Козловскаго де­ путата въ законодательномъ собраніи 1767 года дворянина Коробьина, который чуть не одинъ возвысилъ свой голосъ въ защиту крѣпостнаго крестьянства. Голосъ его заглушенъ былъ оппозиціею противоположнаго ему направленія, тѣмъ не менѣе высокая иниціатива Коробьина заслуживаетъ пол­ наго вниманія. Въ особенности же въ данномъ случаѣ вни­ маніе наше останавливается на высокогуманной личности Елатомскаго помѣщика А. А. Ушакова. Ушаковъ имѣлъ 600 душъ въ селѣ Изтлеевѣ. Въ 1796 году въ это село пріѣхали изъ разныхъ полковъ на посто­ янное жительство три сына Андрея Алексѣевича, Отецъ такъ любилъ ихъ, что позволилъ имъ совершенно самостоятельно распоряжаться въ имѣніи. И начали они распоряжаться: стонъ