Очерки из истории Тамбовского края. Выпуск 1-й.

— 123 - лась, считая ѳго существомъ слишкомъ недоступнымъ для людей. Остальные Мордовскіе боги существовали будто бы попарно. Напримѣръ: Мастаръ-ате (отецъ земли) и Мастаръ- ава (мать земли); Вѣдь-ате (отецъ воды) и Вѣдь-ава (мать воды); Пакся-ате (отецъ поля) и Пакся-ава (мать поля); Кал- дасъ-ате (отецъ двора) и Калдасъ-ава (мать двора); Кудъ- ате (отецъ дома) и Кудъ-ава (мать дома). О началѣ міра языческая Мордва думала такъ. Сперва не было земли, повсемѣстно разливалась вода. Однажды богъ Вярдя-шкай плылъ въ лодкѣ и плюнулъ въ воду, отъ чего произошелъ злой духъ въ видѣ птицы. Замѣтивъ его, Вярдя- шкай предложилъ ему принять участіе въ сотвореніи земли и для этого послалъ его на дно моря за землею. Дьяволъ ис­ полнилъ повелѣніе Вярдя-шкая, но при этомъ скрылъ у се­ бя во рту частицу земли. Когда же на поверхности воды ста­ ла образовываться суша, то и у злаго духа земля во рту ста­ ла увеличиваться, вслѣдствіе чего онъ сознался въ своемъ проступкѣ и выкинулъ изо рта покражу; отъ этого образо­ валась превысокая гора. По сотвореніи міра богъ заключилъ съ злымъ духомъ усло­ віе, по которому живые люди должны были принадлежать бо­ гу, а мертвые—злому духу. Но такъ какъ по дѣйствію зла­ го духа люди стали быстро умирать, то Вярдя-шкай вынуж­ денъ былъ принять мѣры къ искупленію рода человѣческаго. Для осуществленія этого намѣренія Вярдя-шкая одинъ изъ его слугъ иритворно покорился злому духу, вошелъ къ нему въ довѣренность и похитилъ у него условіе, заключенное съ Вяр- дя-шкаемъ, которое хранилось на днѣ моря въ одномъ камнѣ. Объ исторіи перваго человѣка Мордва тоже имѣла свои представленія, именно такія: Богъ помѣстилъ перваго человѣка, у котораго кожа бы­ ла твердая, роговая, въ раю, а самъ куда-то отправился, по­ ручивъ охраненіе рая собакѣ, которая тогда еще не была покрыта шерстью и считалась чистымъ животнымъ. Въ от­ сутствіе Вярдя-шкая къ райскимъ воротамъ подошелъ злой духъ, пообѣщалъ собакѣ покрыть ее шерстью и безпрепят­ ственно вошелъ въ рай и оплевалъ всего человѣка, кромѣ оконечностей пальцевъ на рукахъ и ногахъ. Между тѣмъ въ