Очерки из истории Тамбовского края. Выпуск 1-й.

— 109 — Наиболѣе опредѣленно дѣятельность Іеронима прояви­ лась въ Тамбовѣ. Прежде всего онъ поражалъ своихъ уче­ никовъ отрицательнымъ отношеніемъ къ обрядамъ православ­ ной церкви. Одинъ изъ этихъ учениковъ, со словъ котораго мы теперь пишемъ, однажды, по обязанности семинарскаго старшаго былъ въ квартирѣ о. Іеронима. Это было во вре­ мя какого-то праздника, кажется Троицы, Почтенный еубъ- инспекторъ пилъ чай и закусывалъ. Потомъ онъ пошелъ въ церковь и отслужилъ обѣдню. Впослѣдствіи нѣкоторые се­ минаристы, вышешіе уже изъ семинаріи, выражали о. Іеро­ ниму свое недоумѣніе по поводу его крайняго религіознаго либерализма, на что получили слѣдующій отвѣтъ: „какіе вы глупые! Развѣ вы не знаете, что тайная вечеря была уже послѣ обѣда". Въ концѣ 40-хъ и въ началѣ 50-хъ годовъ въ высшихъ правительственныхъ сферахъ шла рѣчь о назначеніи духовен­ ству жалованья. Какъ извѣстно, противъ этого проэкта яви­ лись сильные противники, въ томъ числѣ и покойный Мос­ ковскій митрополитъ Филаретъ. Узнавъ объ этомъ Іеронимъ, бывшій сторонникомъ матеріальнаго обезпеченія духовенства, и съ обычною ему безцеремонностію говорилъ однажды при­ ближеннымъ ученикамъ своимъ слѣдующее: „и чего это смо­ трятъ наши попы; сговорились бы они потихоньку, да вдругъ во всѣхъ церквахъ и объявили бы народу: православные! та­ кіе-то и такіе-то вельможи наши и архіереи—еретики". Въ особенности іеромонахъ Іеронимъ памятенъ бывшимъ Тамбовскимъ семинаристамъ, какъ неутомимый, безжалостный и искусный гонитель всей семинарской молодежи. Несомнѣн­ но, каждый открытый имъ проступокъ семинариста достав­ лялъ ему большое наслажденіе, какъ сыщику по призванію. Іеронимъ разъѣзжалъ иногда по семинарскимъ квартирамъ въ полночь и позднѣе, и если ворота квартиръ были заперты и на стукъ его долго не отворялись, то онъ, подобравши ря­ су, ловко перелѣзалъ черезъ заборы. Цѣль этихъ внезапныхъ посѣщеній была та, чтобы прослѣдить: нѣтъ-ли у семинари­ стовъ водки и не пахнетъ-ли у нихъ гдѣ нибудь табачнымъ дымомъ. Ученики должны были дыпіать на него, послѣ чего Іеронимъ устремлялся въ кухню, въ сарай, въ разныя дру-