Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

моя ФАМИЛІЯ. 79 дѵоровый мальчишка. Скорый молніей мелькнули тутъ въ воз­ бужденной головѣ моей какія-то новыя, ни разу еще не по­ сѣщавшія меня, мысли. Какіе-то странные, никогда не видан­ ные мною предметы сверкну.іи въ залитыхъ слезами глазахъ моихъ, — ито-то уродливое, въ высшей степени изможденное и страдающее, стало тогда предо мною, освѣщенное вывѣ­ ской—дворовый, и плакало вмѣстѣ со мною. Собака—дворо­ вая, Агафью зовутъ дворовой,—думалось мнѣ, и тутъ я вспом­ нилъ, какъ мы съ матерью были въ гостяхъ у иопа и попъ спрашивалъ про меня у матери: — Онъ у васъ къ дворнѣ приписанъ? — Къ дворнѣ, смирно отвѣчала моя, всегда тихая, покор­ ная мать. — Значитъ, и я дворовый? спрашивалъ я себя, не чувствуя острыхъ и рѣзкихъ уколовъ жидкихъ, березовыхъ прутьевъ. — Дворовый! отвѣтила мнѣ горячая волна слезъ, вдругъ съ новою силой хлынувшая изъ глазъ моихъ—и я сталъ съ это­ го времени человѣкомъ, потому что вся грудь моя закипѣла тогда той непримиримой, никогда не прекращавшейся зло­ бой, которая сдѣлала хрипучимъ и шипящпмъ мой, нѣкогда звонкій голосъ п отъ которой избавитъ меня только темная, навсегда мирящая .людей другъ съ другомъ, могила... II. Молча и низко нагнувши голову, стаскивалъ я шапчонку съ моей головы, при встрѣчѣ съ бѣлобрысымъ существомъ. Какъ теперь помню, что-то въ высшей степени тяжелое и горячее подкатывалось мнѣ въ такія времена подъ грудь; хотѣлось, почему-то тогда удариться этой грудью о землю, валяться по ней, биться о нее, громко стонать и плакать. — Эй, ты, мальчишка, подп-ка сюда, властительно повелѣ­ валъ мнѣ баринъ и я подходилъ ’къ нёму тѣми медленными, неровными шагами, какими подходятъ обыкновенно молодые- щенки къ людямъ, которые ихъ дрессируютъ.