Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

ДѢВИЧШ ГРѢШОКЪ. 73о Въ чемъ же, сдѣдовательно, имѣетъ выразиться С}^ть обы­ деннаго отечественнаго событія, прибавившаго новое лицо къ обыденнымъ отечественнымъ' типамъ, воспѣваемымъ пошлыми хореями нашей сказки? Выражается суть моей исторіи въ нѣкоторыхъ, весьма круп­ ныхъ, отступленіяхъ отъ обіцепринятой въ этихъ сказкахъ поэ­ мы, по которой несомнѣнно выходитъ, что каждый Иванушка недолго скорбитъ съ нами—простыми смертными—въ нашемъ печальномъ мірѣ, обыкновенно, будто бы, улетучиваясь изъ него на крутыхъ горбахъ волшебнаго „Конька-Горбунка“ въ свѣтлое царство балета, въ объятія прекрасной и могупдест- венной Царь-Дѣвицы. Вотъ эти отступленія, имѣюпдія въ виду начертить глубокую ложь плѣнительныхъ декорацій тѣхъ пейзанскихъ мѣстностей, изъ которыхъ, на потѣху художественныхъ душъ, выпрыгива­ ютъ счастливые Иваны, скача н чудодѣйствуя на разные ма­ неры.... Октябрская дождливая ночь, съ которой начинается моя исторія, не нуждается въ жестяной театральной лунѣ. Равно­ мѣрно—проливной дождь этой ночи не болѣе, какъ въ ка­ кой-нибудь часъ, превратилъ бы въ грязный, ничего не сто- ющій, парусинный клокъ самую масляную декорацію, исписан­ ную самыми обаятельными пасторалями. Мѣстность, по которой несутъ сейчасъ человѣка предлага­ емыхъ главъ, напротивъ,такая же плоская, какъ плоско рож­ деніе описываемаго человѣка, его возрастаніе, жизнь и самая смерть. Все здѣсь нлосвд: это конечное московское захолустье, съ бѣдными, безпробудно спяпдими домиками, надъ которыми гул­ ко шуршатъ вѣковыя деревья, еще не загубленныя различны­ ми потребностями цивилизаціи; плоска дорога, грязная и, какъ изъ сита, поливаемая холоднымъ дождемъ. По одну сторону дороги идутъ длинные огороды, на черныхъ грядахъ которыхъ однообразно мелькаютъ сѣрыя кочерыжки срубленной капусты, ко другую—нескончаемо тянутся ряды бѣлесоватыхъ, слов­ но оы смѣющихся дикой пустотѣ мѣстности, дровъ, которыхъ