Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

668 СОЧИНЕНІЯ А. ЛЕВИТОВА. кую, самую ничтожную вещицу своего ближняго считаютъ • Божьимъ даромъ, непремѣнно долженствующимъ безраздѣльно поступить въ ихъ загребистыя лапы. И между тѣмъ какъ ни­ гилизмъ подозрѣвалъ существованіе самымъ основйтелышмъ образомъ изстари укрѣпившихся на землѣ предметовъ, опи­ санные господа благодушно признавали тѣни и призраки пред­ метовъ за самые предметы. Такъ, напримѣръ, принимая отъ какого-нибудь пропившагося барина на „храненіе“ сюртучную фалду, они, при оцѣнкѣ ея, деликатно относились къ ней, какъ къ цѣлому сюртуку, хотя впрочемъ нѣсколько и поно­ шенному. И не только, что особы „ссудныхъ кассъ", видимо оппонируя нигилизму, сомнѣвавшемуся во всемъ, признавали часть за цѣлое, онѣ, кромѣ этого, могли, въ одно мгновеніе ока, сообразить, сколько стоитъ самая мизерная часть извѣ­ стнаго цѣлаго, принимаемаго ими на сохраненіе; будь это облѣз­ лый, кошачій хвостъ, или безцѣнный голкондскій алмазъ. Трудно и даже прямо сказать, что для геніальныхъ только личностей возможно было мало-мальски сносное выполненіе тѣхъ ролей, разыгрывать которыя принуждены были описы­ ваемые господа властительнымъ вѣяніемъ своего спекулятив­ наго вѣка; но роди эти выполненныя даже самымъ блистатель­ нымъ образомъ, окончательно стушевывались предъ рельэф- ною дѣятельностію „Черной Женщины", которая умствен­ нымъ окомъ своимъ проникала, такъ сказать, въ тайны буду- шаго, считая возможнымъ и полезнымъ давать деньги нетодь- ко тѣмъ людямъ, которые обладаютъ облѣзлымъ кошачьимъ хвостомъ, или галкондскимъ алмазазамъ, но даже и тѣмъ, ко­ торые намѣреваются еще только возобладать этими, столь разныхъ цѣнностей, движимостями. По выраженію знаменитаго Расилюева мальчишкой и щен­ комъ являлся Епифанка, подстраивая подъ маменьку штучки, которыя бы расположили ее, въ видахъ скорой и выгодной продажи украденной имъ у иностранца Ъ. собаки, выдать ему, на необходимую въ день Ангела, тихую скромную и благород­ ную выпивку, одинъ рубль серебромъ. Такою же, какъ и Ешг фанка, дрянью оказался и Егоръ Сластынниковъ, когда онъ, вопреки Епифанкѣ, благоговѣйно ужасавшемуся необъятныхъ