Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

АХОВСКІИ ПОСАДЪ. «37 ши, -когда уже оба они вдоволь настрадались и наплакались, распѣвая характерный напѣвъ, залетѣвшій въ глухія, степныя равнины изъ-подъ мрачныхъ сводовъ Кіевскихъ пещеръ,Илюша, послѣ послѣдняго ,,аллилуія“ , задумчиво сказалъ Шароварову; —А што, дѣдушка Акимъ, давно я сбираюсь сказать тебѣ... стыдливо растягивалъ юноша-ребенокъ.—Давно это я прось­ бицу къ тебѣ... со слезами хочу... — Што, што такое, Илюша? живо встрепенулся Шарова- ровъ, испуганный и лицомъ, и голосомъ ребенка, какіе у него постоянно бывали предъ болѣзнями.—Ужь ты въ хороминахъ пево не сбаловалъ ли?.. — Не про то, дѣда! хрипло и болѣзненно говорилъ Илья, уставивъ въ Акима неподвижные, стеклянные глаза. Я гово­ рю, што ты очень гораздъ всему... — Ну? все больше и больше тревожился Шароваровъ. Сле­ зы, частыя какъ весенній ливень, полились въ это время изъ глазъ юноши. Громко рыдая, онъ въ судорогахъ повалился на глиняный полъ стариковой избы и закричалъ:—Ради Хри­ ста, скажи мнѣ, дѣдушка: колдунъ ты, али нѣтъ? Всѣ про тебятакъ понимаютъ... Царствія небеснаго тебѣ ни за што не будетъ,—всѣ такъ говорятъ... Легче же, дѣдушка, я за тебя (му заложусь — нечистому-то... Мнѣ бы за тебя въ адъ-то... Я, можетъ, отмолилъ бы какъ-нибудь... Я въ пустынѣ, дѣдуш­ ка, за твой грѣхъ цѣпьми себя къ дереву прикую.... на всю жнсть,... Тебѣ бы только.... святымъ быть.... И въ то время, когда такъ страстно бунтовала Чернолобов- ская кровь, Акимъ брызгалъ на нее холодною водой и ра­ достно шепталъ: — Вотъ и мое дитё Бога узнало!.. Истинно, што узнало... То- тоа гляжу-погляжу на него, какъ это онъ толку все добивает­ ся... Шепчетъ все: ^кто душу свою, говоритъ, положитъ за други своя‘\ . . Слава Тебѣ, Господи! крестился Шароваровъ.— Все же, по крайности, и моя.теперь копѣечка не щербата... Съ свѣтлой улыбкой утишалъ старикъ судороги юноши и ДУ.Дъ ему въ воспаленное лицо своимъ сѣдымъ, бородатымъ яйцомъ, какъ бы стараясь переселить въ него свою беззлоб­ ную, любящую душу...