Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

382 СОЧИНЕНІЯ А. ЛЕВИТОВА. шущій горячечнымъ жаромъ лобъ, кто бы освѣжилъ его за­ пекшіяся отъ жажды губы ковшомъ холодной воды. „Двухъ смертей не бывать, а одной не миновать!" азартно говорили степняки, когда сказка рисовала имъ унылый образъ жизни, безнадежно тающей на чужой, не ласковой сторонѣ. Съ пугающей очевидностью представляетъ сказка впалыя, свѣтя­ щіяся смертью, очи, тоскливо обращенныя къ родинѣ; видятся имъ теперь, почти уже померкшимъ, какъ на оставленной ро­ динѣ, исполненные роскошною лѣтнею жизненностью, шумятъ зеленые лѣса и, освѣтленные разноцвѣтными солнечными огня­ ми, стремительно бѣгутъ куда-то задумчивые Воронежъ и Донъ; летучіе туманы витаютъ надъ цвѣтущими берегами этихъ рѣкъ и, сквозь нихъ, не-смотря на дальнія пространства, человѣкъ, заброшенный на чужбину, явственно видѣлъ знакомыя стаца, звонкіе колокольчики которыхъ веселыми голосками щебечутъ ему про беззаботное дѣтство, проведенное на донскихъ и во­ ронежскихъ берегахъ вмѣстѣ съ этими стадами; вотъ будто самъ онъ уже изъ всѣхъ силъ поспѣшаетъ къ знакомымъ избамъ по извилистой дорогѣ, проложенной въ лѣсной трущобѣ; кон­ чился высокій сосновый лѣсъ — и въ глаза возвращающемуся страннику блеснулъ яркій свѣтъ, лившійся съ креста сельской церкви, предъ которой такъ часто преклонялся странникъ, прося у ней или защиты отъ разныхъ бѣдъ, или благодаря за посланную радость.... Въ виду такой картины стихаютъ предсмертныя боди и, вмѣсто томительной тоски, овладѣвшей засыпающимъ сердцемъ, по немъ распространяется какая-то благодатная теплота, ко­ торая слу,житъ источникомъ слезъ, необыкновенно облегча­ ющимъ тяжкіе часы разставанія души съ тѣломъ. „Все равно умирать-то: что здѣсь на соломѣ, что тамъ гдѣ- нибудь!" упорствовали степняки въ намѣреніи—оставить свою однообразную, вѣчно-трудящуюся родину, не-смотря на то,чіи сказка про косца закончилась сейчасъ его страшно-болѣзнен­ нымъ водлемъ-жалобой на судьбу, отказавшую ему въ счастіи умереть въ той же избѣ, въ которой онъ родился. И вотъ передъ людьми, не взлюбившими покоя и тишниы родныхъ полей, наяву уже разстилаются необъятныя стешю