Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

4() СОЧИНЕНІЯ А. ЛЕВИТОВА. рово сдвинули ему густыя брови; но еще суровѣе и мрачнѣе глядѣли на унылую избу святыя иконы, ярко освѣщенныя лам­ падками и восковыми свѣчами. Пріютились мы съ Мишуткой въ уголку II смотримъ. — Умретъ? спрашивалъ меня шепотомъ Мишутка. — Умретъ непремѣнно, говорю я. Посматривай, Миша, какъ изъ него душа вылетать станетъ. Сказывали; голубемъ бѣлымъ вылетаетъ она изъ человѣческаго тѣла. — У меня небойсь мимо не пролетитъ, говоритъ Мишутка. Я подкараулю,— только это ты вѣрно сказываешь; дѣдушка мой когда умиралъ, такъ я самъ видѣлъ, какъ изъ него душа го­ лубемъ улетѣла.. И теперь еще голубь-то этотъ у насъ подъ крышкой живетъ. Мы того голубя, такъ дѣдушкой и зойемъ. И не одни наши съ Мишуткой толки въ это время по избѣ ходили. Совѣтниковъ II совѣтницъ всякихъ, какъ это яшвому еще человѣку на вѣчный покой поудобнѣе отойдти, много тутъ разныхъ стояло. — Липатъ Семенычъ! бабочка одна — и въ лѣтахъ ужь эта бабочка довольно - таки престарѣлыхъ была — умирающему самымъ слезнымъ образомъ стонетъ, — ты бы родненышхъ- то своихъ благословилъ, прощальное бы слово свое родитель­ ское сказалъ имъ... — Охъ, отойди ты отъ меня! Безъ тебя тошно, баба, че­ резъ силу отзывается Липатъ. — Нечего тутъ объ земномъ толковать, съ угрозой говоритъ мѣщанинъ Кибика, — (на клиросѣ онъ всегда перваго баса дер- ліалъ) йъ небесному умъ свой, при послѣднемъ концѣ, напра- влять*слѣдуетъ. Кайся, Лшіатъ Семенычъ, при всѣхъ—право­ славныхъ, кого ты, когда и чѣмъ обижалъ, вслухъ; а ежели вслухъ совѣсть зазритъ, въ душѣ кайся, — это все единст­ венно... . — Охъ! Много я народу на своемъ вѣку изобидѣлъ, дорогіе мои! Всего теперича не зчірмнигаь,—болѣзнь великая душу мою гнететъ, говоритъ больной. - Нечего, нечего тутъ стоять, господа! Не до васъ теперь, вступается братъ Лииата. (Изъ Коломны онъ нарочно пріѣ-