Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

МОСКОВСКІЯ УЛИЧНЫЯ КАРТИНЫ. 465 іі.іи-бы тамъ даже на четыре года (какъ Богъ!..) и сыграна вожделенная свадьба. Тридцать человѣкъ гостей, присутствовавшихъ на ужинѣ, говорили другу своему Кирилѣ: — Кирюша! Ну Господь съ тобой! Живи не тужи теперича. Слава Богу, нонича ты въ своей волѣ человѣкъ—и есть тебѣ съ кѣмъ въ трудный часъ въ несчастный перемолвить, не то, что намъ—мастеровщинѣ разгорькой... выпьемъ! И, можетъ быть, что ни у гостей, ни у Кирилы отъ роду такъ сладко не бились сердца, какъ билпсь они у нихъ въ эту счастливую минуту, по вѣрно надобно, чтобы сердца та­ кого рода людей такъ и изсохли бы, такъ бы навсегда и ус­ нули, не узнавши того, что на бѣломъ свѣтѣ еще живетъ свѣтлая радость... Въ это самое время въ такъ рѣдко-радующійся уголъ тру- .іовыхъ людей вошелъ кто-то пьяный, разодѣтый бариномъ. Обратившись къ старухѣ, невѣстиной матери, онъ сказалъ ей: — Кто женихъ, сказывай? Затряслась старуха, побѣлѣла, какъ полотно, имѣющее'ско­ ро закрыть ее совсѣмъ съ ея погибельною, хотя и невольною .іожыо, и указала на Кирилу. — Бла-дарю, блад-ддарю, братецъ, благдарю! сказалъ ба­ ринъ жениху. — Отнынѣ я твой покрр-ви-тель? Понимаешь?.. Съ тѣхъ самыхъ поръ запилъ Кирилъ и заскрипѣла на ста­ ромъ домѣ его осиротѣвшая вывѣска: — Ахъ, Кнрила! Ахъ, хозяинъ! Да сорви ты меня поско­ рѣе... Вѣдь срамъ!.. Такъ ясно говорила сапожная вывѣска о срамѣ и лжи, ко­ торыми домъ неизбѣжно крылъ всѣхъ тѣхъ людей, какіе жили въ немъ! О томъ же срамѣ и объ этой же лжи говорили и жалкіе карманные часишки, выставленные въ одномъ заскорузломъ, подвальномъ окнѣ. Часишки эти были то, что называется лу­ ковицей, хотя въ стеклѣ былъ выставленъ только одинъ ци­ ферблатъ, безъ стрѣлокъ, оборванный и потому весьма замѣт­ ный всей улицѣ. Серебряные колпаки, дѣлавшіе часишки глу" хпми и утолщпвавшіе ихъ въ характерную луковицу, давнымъ- СО Ч . А . Л Е В И Т О В А . 30